Ты мое счастье - Ася Лавринович

Проголодавшись и смертельно устав, мы с радостью приняли приглашение. А что нам оставалось делать? До города далеко. Не спать же, как обезьянам, на деревьях. Нам чертовски не везло и везло одновременно. Ведь это просто чудо, что ребята попались нам на пути. И от эмоциональных качелей – от отчаяния до облегчения – кружилась голова.

Парень, который спрашивал, не заблудились ли мы, сразу привлек мое внимание. Весь наш разговор он кидал заинтересованные взгляды, отчего я сильно смущалась. Девицы же окружили Волкова, охая и ахая, где же он так покалечился. Даже будучи избитым, Богдан произвел на девушек неизгладимое впечатление. А может, девицы просто соскучились по мужскому вниманию, так как парням определенно было не до них. Ребята с жаром обсуждали предстоящую ночную рыбалку, из-за которой и сорвались из города сюда, в лес, на берег небольшого красивого озера. Об этом месте рассказала одна из девушек, Оля. В детстве она проводила все каникулы у дяди в соседней деревушке, до которой мы так и не дошли. Теперь Оля училась в мединституте вместе с остальными ребятами. Девушка так заманчиво рассказывала одногруппникам об этих красивых местах и рыбном озере, что друзья решили махнуть на природу и проводить здесь последние дни лета.

Высокий брюнет, который кидал на меня многозначительные взгляды, – Гена, тут же уселся рядом со мной. Тогда я смущенно уставилась на потрескивающий костер. Щенок, набив брюхо, прилег у моих ног и тут же сладко засопел. Я осторожно, чтобы не разбудить, потрепала его по мохнатой макушке.

Чувствовала, что Гена не сводит с меня взгляда. Я с первой минуты нашего общения поняла, что понравилась ему. Внезапно он стянул с себя ветровку и накинул ее мне на плечи. Я сдержанно его поблагодарила. Тут же Оля поднесла мне горячую душистую уху и кусок горбушки. Я взглянула сквозь скачущие языки пламени на Богдана. Он стоял, привалившись спиной к высокой старой ели. Рядом с ним вертелась вторая девчонка, Лена. Смеясь, она что-то увлеченно рассказывала Волкову, а тот ее внимательно слушал и вежливо улыбался, чем снова меня сильно злил. Я запихнула булку в рот. Быстро жуя, так и не сводила взгляда с этой парочки.

Щенок, который до этого дремал у меня в ногах, вдруг зарычал и бросился в сторону кустов. Я озабоченно завертела головой.

– Еж, наверное, – подсказал Гена. – Так как вас занесло в эти края?

– Мы сбежали от местной мафии, – ответила я, с трудом прожевав булку. Гена так пялился на меня, что кусок в горле застрял. – Там у каждого члена преступной банды – по судимости. Самый главный из них, Сема, этой весной едва человека в реке не утопил. Они избили Богдана, а я одному из этих бандитов камнем по голове попала. Вот он и решил отомстить…

– Отомстить? – заинтересовался Гена, не слишком веря моему сбивчивому рассказу. – И как же?

– Ну как-как? – Я пожала плечами. – Избить, наверное. Только мы практически на ходу из поезда выпрыгнули. И вот – итог. Мы здесь с вами.

– Очень занимательно, – обескураженно пробормотал Гена. – Ну, а до этого? Как вы на них нарвались?

Гена плеснул немного красного вина в пластиковый стаканчик и протянул мне. Я, поколебавшись несколько секунд, все-таки приняла стакан из рук парня. В конце концов, сегодня был просто сумасшедший день! А мне через пару часов стукнет восемнадцать. Вполне себе имею право расслабиться. Я сделала глоток, и от кислого вкуса во рту меня передернуло. Костер полыхал, отбрасывая жар на лицо. Щеки горели.

– А что до этого? До этого мы возле кладбища жили. У одной знахарки. Она хорошая женщина, духи мне с приворотом дала. Только я сегодня с утра подушиться ими не успела, потому что мы от головорезов сбегали. С этими духами я бы точно тебе понравилась.

Я вовсе не думала кокетничать с незнакомым парнем. Если честно, мне было совсем не до этого. От усталости и вина в голове шумело, и на ум приходили только такие сбивчивые мысли. Но Гена воспринял мои слова по-своему. Придвинувшись ближе, так, что я почувствовала его крепкое плечо, он склонился ко мне и негромко проговорил:

– Ты мне уже понравилась. Без всяких духов.

– Вот как, – пробормотала я. – Ты тоже очень симпатичный, Гена.

Я подняла глаза на Богдана. В ту минуту он обратил внимание на меня и моего собеседника. Пламя костра заплясало на лице Волкова. Теперь Богдан не сводил с нас взгляда.

– Ага. Так что было до кладбища? – поторопил меня Гена. Казалось, его очень веселил мой странный рассказ. Будто все это я сочиняла на ходу.

Я сделала еще пару глотков, которые обожгли горло.

– До кладбища было болото. Мы вытащили из него одного мальчишку, чуть сами не утонули. Одежду испортили, мне пришлось свою выбросить. И еще у меня украли рюкзак. Там были деньги и телефон старый. Мужик, наверное, один украл. Бездомный. С бородой такой. Настоящий леший.

– Леший? – Гена, внимательно разглядывая мое лицо, заулыбался. – Ты чертовски милая, Майя. Тебе кто-нибудь это говорил?

– Про милую? Про милую – никто. Но про красивую говорили недавно.

Я припомнила свой разговор с Ринатом на берегу. И снова Гена воспринял мои слова как кокетство. Внезапно положил мне голову на плечо. Я растерялась. Теперь нас сверлил взглядом не только Богдан, но и эта Лена. Возможно, она имела виды на Гену. Черт их всех разберет…

Пристальный взгляд Волкова раздражал. Хотелось прокричать: «Ты снова выбрал себе собеседницу поинтереснее!.. Так какого черта пялишься на меня? Предатель!»

К нам подошел другой парень, Стас, с бутылкой вина в руках.

– Еще долить?

Я с удивлением уставилась на свой пластиковый стаканчик, будто только что обнаружила его в своих руках. На дне еще было вино.

– Да вообще-то… – начала я.

Но тут голос подал Волков:

– Она не пьет.

Гена с удивлением уставился на Богдана:

– Это еще почему?

«Очень даже пью!» – хотелось сказать в пику. Хотя вкус кислого дешевого вина мне совсем не понравился.

– Она не пьет, – жестким голосом повторил Богдан.

– А-а-а, – засмеялся парень с бутылкой в руках. – Я все понял. Майя – твоя сестренка?

Ага, братишка. Этот вопрос я уже слышала в Юрьево от Алисы, и тогда он меня рассердил. Сердил и сейчас. Ведь Богдан снова сидел не рядом со мной, а выбрал себе на вечер другую девицу. Я, не дав ответить Богдану, на сей раз кивнула:

– Ага, сестренка, сестренка. Наливай.

– Майя! – одернул меня Богдан. Но я, не глядя на него, упрямо подставила стакан. Необязательно же все выпивать? Можно и в кусты вылить. А вот позлить Богдана – мой долг.

Я чувствовала, что он своим колючим взглядом скоро дыру во мне просверлит. Но мне было плевать на его негодование. Я страшно злилась. Нет, это никогда не закончится! Все время рядом с Богданом будут крутиться какие-то девчонки, а он все время будет выбирать их, а не меня. Стоит нам очутиться вдвоем, наедине, я чувствую, что ему небезразлична. Потом появляется кто-то на горизонте, и эта связь между нами тут же исчезает. Богдан приближается, отдаляется, приближается, отдаляется… Как теплая ласковая волна накатывает на песчаный берег. И снова, и снова. Я не могу больше так. Я устала. Меня укачало, и скоро от всего этого стошнит.