Наваждение, или Мой чужой мужчина - Адалин Черно

Спустя еще пять лет

— Нет, — уверенно говорит Вадим и пытается встать с кровати, но я тут же забираюсь сверху и не даю ему этого сделать.                                    

— Да, — шепчу порочно ему на ухо.                                    

— Женя, я не хочу детей, — в его голосе сквозит страх.                                    

— Хочешь, — уверенно говорю я, потому что знаю правду.                                    

Вадим боится меня потерять. Боится, что из-за третьего ребенка я вдруг умру, что истеку кровью и вообще, меня обязательно не станет. Я не знаю, почему он так решил. Гинеколог заверила меня, что все в порядке, в последний раз риск был лишь потому, что все произошло срочно и ни я, ни доктора попросту не были готовы.                                    

В следующий же раз мы все будем готовы. Я заранее лягу не сохранение и буду ждать часа, когда моему малышу захочется появится на свет.                                    

— Женя, я серьезно, — Вадим вдруг опрокидывает меня на кровать и резко встает.

— Вадим… — зову его и сажусь в центре огромной кровати.                                    

— Нет, Женя, — решительно говорит он. — Ты хоть знаешь, что я пережил, когда думал, что ты не выкарабкаешься? Нет! — он подходит к бару и наливает себе виски, я же не покидаю возможности уговорить его, потому что знаю: он хочет ребенка так же сильно, как и я.

Мы обсуждаем это несколько следующих часов. Я привожу ему доводы, почему “да”. Вадим тут же говорит, почему нет. Это напрягает и волнует меня. Я не понимаю такого категорического отказа и вконец просто говорю, что готова на все, лишь бы получить его сперму.

Вадим заливается хохотом. Мы вместе смеемся несколько минут, после чего он соглашается, но с условием, что мы сделаем это через год. Конечно же, я соглашаюсь, но тычу ему тест уже через два месяца. Первые несколько минут Вадим просто непонимающе смотрит на тест, а после на меня.

— Ты перестала пить таблетки? — кажется, он ошарашен.

Я молча киваю и жду гневной тирады, потому что обманула его. Я всего месяц не пила противозачаточные, смывая их в унитаз, потому что знала, что Вадим проверяет. Он растерянно смотрит на меня, после проводит ладонью по лицу и говорит:

— Ты невыносима.                                                                         

Лизе уже десять, Славе пять. Они достаточно взрослые, чтобы я могла родить третьего малыша, тем более, что я соскучилась по пеленкам, ползункам и мне не терпится достать ту самую дорогую кроватку, что Вадим купил для Лизы.                                    

Я родила спустя семь месяцев. Наша Катюшка родилась недоношенной, так же через кесарево, как Лиза со Славкой. Нам с Вадимом пришлось еще несколько месяцев ждать, пока выпишут малышку. Она действительно стала нашим последним ребенком, потому что ни я, ни Вадим, больше не хотели рисковать. Да и дети росли. Сашка стал уже совсем взрослым, да и Лиза со Славкой росли.

Мама так и осталась с нами. Она хотела уехать, но я, посоветовавшись с Вадимом, оставила ее в нашем доме. Дети любили бабушку, а для меня была важна поддержка. Вадим был не против, как не странно, но у них с мамой сложились хорошие отношения. То ли потому, что моя мама не умела выносить мозги и придираться, то ли потому, что Вадим терпелив и не обращал внимание на некоторые нравоучения, которые все же поступали.

Наши малыши росли, Сашка поступил в институт и в двадцать два уже стал папой. Вадим же стал дедушкой. Я все еще помню его ошарашенное лицо, когда Сашка привез беременную девушку и сказал, что они ждут ребенка. Он был не готов стать дедом так скоро, а я лишь смеялась, потому что мне было совершенно наплевать на то, сколько ему лет и что он уже дедушка.

Вадим стал для меня тем самым спасительным берегом, которого я ждала. Мужчиной, которого я любила, тем, на кого могла положиться в трудную минуту.

— Жень, — вечером, когда уже все легли спать, Вадим подошел ко мне ближе и притянул к себе. — О чем задумалась?                                                                         

— О том, что у нас все прекрасно, — улыбнулась ему и потянулась, чтобы поцеловать в щеку.

— Ну не все, — в шутку произнес он, а я лишь кивнула.                                    

У нас действительно идеально не все. Мы, как и любая другая семейная пара, ссоримся, я обижаюсь на Вадима, он хлопает дверью и уходит. Всегда возвращается, правда, с цветами, но ведь уходит и нервничает, потому что мы не нашли общий язык в той или иной ситуации. Иногда я думаю, что он уходит навсегда, что вот сейчас он вернется и скажет: это была последняя капля, я подаю на развод. Но нет, все идет так, как и до этого. Цветы, хороший секс и смех над нашей ссорой.

Мы вместе воспитываем детей. Нам уже далеко за… я не буду говорить сколько лет, но мы не молоды. Я знаю, что впереди еще немало лет, еще будет время понянчить внуков, а может, если повезет и мы не умрем рано, еще и правнуков. Озираясь назад, я думаю лишь о том, что моя жизнь полна сюрпризов. Что если бы однажды Вадим не оказался у меня в подъезде, я не была бы матерью троих прекрасных детей.                                      

А еще в такие моменты ностальгии я вспоминаю бабу Ташу и благодарю ее за то, что она спасла моего Вадима. Ее давно нет в живых. Мы ездили на похороны, потому что никого больше у нее не было. Она же стала для нас человеком, который, позволил не думать о плохом, который дал возможность, если так можно сказать, возродиться Вадиму. И обрести то, что у него есть.