Лорд-мошенник - Патриция Райс

— Я не глупый юнец, чтобы влюбляться в красивые глазки, Алисия. Я знаю, чего хочу. Я не делал из этого тайны.

— Но я не знаю, чего хочу я… — Тоскливый взгляд Алисии красноречиво свидетельствовал о ее растерянности. — Мне нравится учить детей. Мне не нравится, что я мало знаю о мужчинах. И я ничего не знаю о тебе, кроме того, что ты самонадеянный, нахальный и настойчивый тип!

Перечисление его «достоинств» вызвало у Трэвиса смех. Он откинулся на спинку стула и, отпивая из чашки, с довольным видом поглядывал на Алисию.

— Учительствовать можно где угодно, это не проблема. Единственный мужчина, которого ты познала, мерзкий ублюдок. В душе ты осталась такой же невинной, как и все девственницы. Так что единственное, что тебя удерживает, — это отношение ко мне. Ты знаешь, что я отнюдь не филадельфийский джентльмен, но не думаю, что тебя устраивают хлыщи такого сорта. Думаю, ты выстраиваешь мнимые барьеры, чтобы не допустить меня к себе, но давай заключим сделку. В субботу вечером в зале для собраний будут танцы. Предлагаю пойти туда со мной, там ты сможешь весь вечер задавать любые вопросы, которые придут в твою очаровательную головку. И это станет новой точкой отсчета в наших отношениях.

Алисия заподозрила в его словах подвох. У него на уме были совсем не танцы. В зале для собраний не играют вальсы, а разговаривать, танцуя аллеманду, невозможно. Это был просто повод, с помощью которого он хочет выманить ее из дома. Ну что ж, у нее найдется достаточно веская отговорка.

— В следующую субботу у отца состоится свадьба. Прием затянется допоздна, и я должна присутствовать на нем.

— Тогда, может быть, ты согласишься просто погулять со мной в пятницу? — Трэвис покачал головой, даже не дождавшись ее ответа. — Нет, вижу, ты не согласишься. Ты сводишь меня с ума, Алисия. Мне что — похитить тебя?

Безысходность, с какой он произнес эти слова, была совершенно несвойственна этому самоуверенному человеку, и это растопило лед в ее сердце. Он так старается заполучить ее, а она не дает ему никакой надежды. Что она выигрывает, избегая единственного мужчину, который знает о ее прошлом и, несмотря на это, хочет ее? Алисия не думала, что из этого может получиться что-то серьезное, но дорожила его дружбой. В отличие от того же доктора Фаррара, например, его не удивляли ее сумасбродные поступки, как, например, сегодня вечером. Ей нужен был друг, на поддержку которого она могла рассчитывать. И возможно, он тоже, хоть немного, нуждается в ней.

Взор Алисии смягчился — она сдалась.

— Я могу достать тебе приглашение на прием. Отец обещает много вальсов.

Трэвис поставил свою чашку и наклонился вперед. Его пьянил сладкий аромат ее духов, и он различал прозрачные грани сапфиров в ее глазах. Он приподнял ее подбородок кончиком пальца и прильнул горячим ртом к ее губам.

Осторожное вторжение его языка вызвало сладкую истому в ее теле, и Алисия забыла обо всем, желая одного — чтобы это мгновение длилось вечно. Но это было невозможно. Состояние транса было нарушено голосами приближавшихся к кухне людей.

— Мы потанцуем, поговорим, а потом я покажу тебе, чего тебе не хватает.

Он прошептал эти слова с такой нежностью, что Алисия могла бы даже представить себе это, но знала, что у нее не хватит воображения. Ее сердце продолжало громко стучать, даже когда в кухню вошли Бесси с Огастом. Она чувствовала, как горят ее щеки, и рука Трэвиса на ее спине не способствовала ее спокойствию. Она не знала, что с ней произошло, но на этот раз она не отступит от принятого решения.

В течение нескольких дней Бекки исполняла роль покорной, наказанной девочки. Это продолжалось до тех пор, пока в дверь кухни не постучал Огаст, пожелавший справиться о здоровье больной и оставить ей маленькую коробочку сладостей; После этого к ней вернулась строптивость, и она игнорировала все попытки наставить ее на путь истинный.

— Огаст — такая же речная крыса, как и все остальные, Ребекка! — предостерегла ее Алисия в тысячный раз, когда та в тысячный раз пела хвалебные оды этому мужчине. — Придет весна, и он исчезнет, и что тогда будет с тобой, если до этого он уговорит тебя лечь с ним в постель?

— Думаю, то же, что и с вами после вашего индейца! — парировала Бекки. — Не думайте, что никто не замечает, как он вскидывается, стоит вам оказаться рядом. И я не заметила, чтобы вы слишком возражали!

Уже готовясь резко ответить, Алисия прикусила язык. Эта проницательная чертовка права. Ее уже мягко предупреждала Летиция, и с большим трудом удалось успокоить отца, и к тому же Алисия не обращала внимания на досужие сплетни. Возможно, Трэвис использовал ее, но и она тоже использовала его. Ей хотелось знать, сможет ли она стать полноценной женщиной, так пусть Трэвис будет ее наставником. Возможно, весной он опять исчезнет, но к тому времени это уже не будет иметь значения.

Похоже, они с Бекки не так уж и отличаются друг от друга. Когда целомудрие утрачено, стать жертвой соблазна не так страшно. И они обе предпочли диких лодочников респектабельным, достойным, воспитанным парням. Трэвис был прав. Ни один из джентльменов, с которыми знакомил ее отец, не вызывал у нее желания поступиться остатками своего целомудрия! Только Трэвис с его вызывающей мужественностью смог склонить ее к пересмотру обета сексуального воздержания.

Даже зная, что представляет собой Трэвис, она не могла отказать себе в прихоти пускать его в дом или достать для него приглашение на прием. Он строил лодки, владел салуном, был наполовину индейцем и, возможно, британским шпионом, но он также был способен рассмешить ее, разговаривал с ней не только о погоде, с уважением относился к ее мнению и помогал ей ощущать себя самой красивой женщиной на свете. Почему она должна отказывать ему? Всю свою жизнь она следовала наставлениям матери, и это закончилось для нее несчастьем. Наступило время получать удовольствие, а о последствиях можно будет подумать позже.

Трэвис с удивлением и радостью отметил эту перемену в ее настроении. Возвращавшаяся домой под руку с ним Алисия смело смотрела на него, громко смеялась над его остротами и вежливо, но решительно отваживала любопытных. Он видел теперь уверенную в себе женщину, какой она, по-видимому, была когда-то, ту, которая общалась с сенаторами и послами, вращалась в высшем обществе. Ее больше не пугали пренебрежение и язвительные замечания, когда ее видели с лодочником-метисом. Он решил заполучить Алисию любой ценой, и такое развитие их отношений сулило многообещающие перспективы..

Даже если всплывет его прошлое, то и в этом случае она, наверное, сможет его защитить.