Мы невозможны… - Алла Полански

Анна эффектная и такая же скользкая, как змея. Хотя что-то в ней мне всё же нравилось, наверное, её уверенность в себе и своих силах. Хоть она была и замужем, но до сих пор добивалась человека, которого любила, пусть и не очень корректными методами.

Я задумчиво наблюдала за гостями в самом скрытом от посторонних глаз месте. Это был угол лоджии, со стороны закрытый плющом, сквозь который пробивался свет фонарей, придавая месту романтическую полутьму. Там стояли две плетёные скамеечки и маленький столик с фруктами и соками.

Неожиданно меня стала бить мелкая нервная дрожь, когда из своего укрытия я увидела, как Анна подошла к Николаю и о чём-то мило с ним беседовала, не обращая внимания ни на собственного мужа, ни на других присутствующих. К её поведению уже все давно привыкли, и никто уже не надеялся, что она устроит скандал.

От шампанского начинала кружиться голова, поэтому, взяв в руки стакан, налила себе сок. Затем обвела взглядом всех присутствующих, ища глазами Андрея. Мне хотелось увидеть его смеющееся счастливое лицо или задумчивый взгляд, но его нигде не было видно. И я расстроилась этому факту. Может, он сейчас где-то в доме обнимается с Лилией? От этой мысли стало ещё более грустно.

В этот миг занавеска отодвинулась, и в укрытие зашёл Андрей. Несколько секунд мы, молча, смотрели друг на друга. Я вцепилась в стакан, боясь его выронить, так, что костяшки пальцев побелели от напряжения.

— Я знал, что ты здесь, — вдруг тихо сказал он.

— Я… э-э-э… немного устала от шума и решила взять передышку перед тем, как снова напялить на себя улыбку полной идиотки, — я попыталась улыбнуться, но не вышло, паршивое настроение никуда не денешь. — Трудно улыбаться незнакомым людям, да ещё когда не в совершенстве знаешь язык. Они могут говорить в глаза одно, а за спиной — совершенно другое.

Андрей тепло улыбнулся в ответ, наверное, первый раз после нашей ночи.

— Я тебя понимаю, — и на мгновение замолчал, нервно прикусив нижнюю губу. — Я искал тебя…

От удивления я даже приоткрыла рот, опешив:

— Искал?.. Зачем я тебе? То есть… Ой, я не это хотела сказать, — сама покраснела от сказанной глупости.

Он осторожно сделал шаг навстречу. Места в этом уголке было не рассчитано для того, чтобы стоять там вдвоём, было довольно тесно, и поэтому мы стояли теперь почти вплотную друг к другу.

Я чувствовала запах его кожи и парфюма, от которого сладко закружилась голова. Кровь бешено забегала по венам, дыхание сбилось.

— Так зачем ты меня искал? — прошептала, опуская глаза, чтобы он не видел моего смущения и желания, вспыхнувшего во взгляде.

— Я хотел сделать тебе маленький подарок, — прошептал он в ответ, своим дыханием пощекотав моё ухо.

— Подарок? — я, наконец, осмелилась поднять на него глаза.

— Да, — выдохнул Андрей, осторожно доставая что-то из внутреннего кармана пиджака. Это была маленькая бархатная коробочка, лежащая на его ладони. — Когда я увидел его, то подумал о тебе, — признался он.

Сердце попыталось выпрыгнуть из груди от радости: он думал обо мне. Андрей осторожно открыл коробочку. На подушечке лежала тонкая золотая цепочка с маленьким завитым кулоном в виде буквы «В», в котором блестели едва заметные камни.

Я шумно выдохнула.

— Кулон просто превосходен, — прошептала с придыханием, стараясь не расплакаться, но сердце сжалось от боли. — Спасибо огромное.

Всего через два дня я стану чужой женой, и у меня не будет возможности прикоснуться к нему, да и он не позволит. Маленькая слезинка скатилась по щеке с приоткрытого взгляда. Он осторожно стёр её большим пальцем ласково обрамив своей ладонью мою щеку. Захотелось прижаться к его ладони и наслаждаться моментом и его теплом.

— Ты уже попрощалась со мной, позволь теперь мне попрощаться с тобой, — прошептал он.

Я смотрела на Андрея, стараясь запечатлеть его взгляд таким навсегда.

Он бережно обхватил моё лицо двумя руками и притянул к себе. Его губы были такими тёплыми и волнующими, что моментально бросило в жар, и я обхватила любимого мужчину за талию, крепко прижавшись к нему всем телом. Дыхание Андрея участилось, и он крепче прижал меня к себе.

— Ника… — прошептал он, но я прикрыла его губы своей ладонью и покачала головой.

— Не говори ничего…. Я всё знаю…

Он нежно поцеловал мою ладонь и последний раз провёл пальцем по щеке.

— Будь счастлива… — на прощание прошептал он, выпустив меня из своих объятий. — А я счастлив, что повстречал тебя, — затем сделал шаг назад и скрылся за занавеской.

Я смотрела сквозь плющ, как он уходил, стараясь держать себя в руках и бороться с отчаянием и болью, душившей меня изнутри.

На столике осталась маленькая коробочка, где лежал самый дорогой мне подарок — его душа.

Прийти в себя удалось только после того, как услышала громкие голоса и поняла, что во дворе кто-то ругается. Залпом осушила стакан с соком и вышла из своего укрытия. Немецкий язык был и так грубым, а вперемешку с повышенным тоном вообще напоминал ругательства.

Все быстро засуетились вокруг ругающейся пары, которой оказалась Анна и её муж. Анна, как это ни странно, плакала. Я вообще сомневалась, что у этой женщины присутствует такая способность, однако, видимо, присутствовала.

Подошла ближе и протиснулась сквозь толпу.

Анна кричала на мужа и заливалась слезами — он кричал в ответ, пытаясь её увести.

— Не хочу! — Анна перешла на русский. — Убери руки! Я не хочу больше быть с тобой.

— Успокойся! — через толпу протиснулись Андрей и Николас.

— Ник, — Анна повесилась у него на шее. — Ник, милый, пожалуйста, не делай этого! Я не смогу жить без тебя! — плакала она.

Ник опешил, пытаясь разорвать её цепкие объятия.

— Аня, успокойся, — тихо сказал он.

— Ник, я люблю тебя, пожалуйста! — на Анну жалко было смотреть.

Видимо, за это время она успела изрядно выпить и далеко не шампанского, и теперь её пробило на откровенность. Мне стало её жаль, ведь я понимала её, как никто другой.

— Ник, — Анна плакала навзрыд. — Не бросай меня, я буду ползать на коленях, чтобы ты меня простил, я буду унижаться, только не бросай.

— Аня, — Андрею всё-таки удалось оторвать её от брата. — Аня, приди в себя, тебя уже снимают, здесь люди. Перестань позориться.

— Буду! — верещала она. — Пусти меня! — теперь она увидела меня, с мольбой обратившись: — А ты! Ты не любишь его! Зачем он тебе?!

Я опустила глаза, стараясь оставаться незаметной, но лицо горело от стыда, словно действительно была виновата в том, что когда-то Анна изменила Николасу, и из-за этого расстроилась их свадьба. Муж Анны и Андрей с трудом увели брыкающуюся девушку в дом.