Рождество на острове - Дженни Колган

– Этот выродок придет сегодня?

На лице Колтона выступил пот. Финтан скривился. Вчера он сказал – нет, Триппа не найти. Колтон расслабился, принял лекарства и погрузился в медикаментозный сон, что, как знал Финтан, теперь было для него наилучшим.

А Финтан бродил по пустым коридорам и комнатам большого особняка, прежде принадлежавшего приходскому пастору, прислуга тихо разбегалась при его приближении, и толстый ковер приглушал его шаги, а он думал: «Вот так оно и будет… Так и будет всегда после его смерти…»

Довольно эгоистично на этот раз, но, когда Колтон проснулся, Финтан сказал: да, наверное, он придет сегодня, зная, что заставит Колтона злобно застонать, но при этом взбодрит, и он откажется от лекарств, чтобы быть настороженным и бодрым, хотя теперь даже простое прикосновение Финтана вызывало у него огромную боль.

Но Финтан мог сидеть рядом с ним на кровати, чувствовать его совсем рядом, – и пусть Колтон довольно бессвязно высказывался о своем брате, Финтан мог кивать и соглашаться, в глубине души зная, что все это тщетно… и даже жестоко. Но именно поэтому он позвонил Иннесу и сказал, чтобы тот прислал Триппа.

Однако сегодня Трипп вошел бочком, и вид у него был такой, словно он стыдится самого себя.

– У меня тут есть одна идея, – пробормотал он, глядя в пол.

– У тебя за всю жизнь не было ни одной идеи, – ответил Колтон. – Ни одной такой, которую ты не подхватил бы из новостей на канале «Фокс», то есть абсолютно глупой.

Он кашлянул, и похоже было на то, что его сознательное состояние могло продержаться довольно долго. Финтан подал ему носовой платок.

– Нет, ты послушай, – настаивал Трипп.

Колтон посмотрел на Финтана, тот пожал плечами. Финтан уже думал об этом. И полагал, что Трипп прав.

Итак, все было устроено. Джоэл согласился, потому что знал, что ему придется кое за чем присматривать. Финтан, это очевидно. Сайф, если вдруг это понадобится. И Трипп, из-за которого комната переполнилась тестостероном.

У Колтона всегда был самый новый из компьютеров, так что нетрудно было перенести его в спальню и наладить. А также, в ужасе от качества Интернета на острове, Колтон поставил большую спутниковую антенну, так что у него был свой собственный. А потом он обнаружил на своих территориях множество людей, пытавшихся поймать сигнал, и предпочел поставить «тарелку» и в деревне тоже. Это уже делали. Впрочем, Джоэл не слишком спешил. Он был убежден, что возможность каждую минуту заглянуть в миллионы уголков Земли, которые не были Муром, весьма переоценивается, и не торопил специалистов.

К тому же у него было и много другого на уме, вроде конфликта между «эгоистичной задницей» – так выразилась Марша после двух порций виски – и «холодным, отстраненным, пагубным отцом» – так он решил сам, примерно в четыре утра, когда смотрел в окно, – и его постоянной, болезненной тоской по Флоре, не отпускавшей его ни на секунду. Но это была тоска по любящей его Флоре, а не по той, которая злилась на него. Ну почему он оказался таким трусом?

Не в силах усидеть в «Скале», Джоэл первым явился в особняк Колтона и присел на край кровати. Финтан занимался какими-то проводами. Трипп нервно расхаживал по коридору.

– Не… не говори Финтану о ребенке, – без предисловий начал Джоэл.

– А… ну да, как скажешь, приятель, – ядовито откликнулся Колтон.

– Могу я тебе чем-то помочь?

– Можешь добыть весь морфин мира и цистерну шотландского виски, – проворчал Колтон.