Легенда о яблоке. Часть 1 - Ана Ховская

Глубокие размышления Брайана отражались на его лице. Алекс бесшумно присел за столик и, чтобы не испугать друга, шепотом спросил:

– Все еще под впечатлением?

Дьюго тут же оглянулся на Ахматова и замер.

– Я что-то говорил?

– Нет, но ты был где-то далеко. Брайан, я привез Элен. Она скоро спустится к нам. Ты готов ее встретить?

На последнем слове на губах Ахматова появилась проницательная улыбка.

– Издеваешься?– улыбнулся Брайан в ответ.

– Элен, все еще жаждет твоего внимания. Она мне все уши прожужжала по дороге сюда.

Брайан понимающе кивнул головой.

– Она все такая же неугомонная, капризная и задорная девчонка?

– Думаю, время изменило ее. Ей уже семнадцать лет.

– Эл, если что, защитишь меня от нее?– усмехнулся Дьюго и шутливо бросил в друга салфетку.

Алекс заливисто рассмеялся и с укором покачал головой.

– Она же просто девчонка, ты что – боишься ее? Это не серьезно…

– Надеюсь. А то я буду чувствовать себя обязанным оказывать знаки внимания, только чтобы не обидеть ее.

– Поверь, ты не обязан.

В зале ресторана приглушили свет, зазвучала медленная романтическая мелодия. Ахматов и Брайан оглянулись вокруг и замерли. В ресторан вошла Элен.

Сейчас, в коротком голубом платье с круглым вырезом на груди, скромно подчеркивающим достоинства фигуры и так оттеняющим солнечного цвета волосы и изумрудные глаза, Элен ощущала свое превосходство над той девочкой, которая ничего не смыслила в искусстве обольщения. Из задиристой, капризной девчонки, худой и непропорционально сложенной, она превратилась в стройную миловидную девушку, притягивающую любующиеся взгляды взрослых мужчин. И Брайан был в их числе.

Не обращая внимания на многочисленные взгляды, девушка величественно проплыла по залу в направлении Дьюго и брата. Краем глаза она заметила, что Брайан, как и прежде, обаятельный и притягательный, смотрит на нее несколько растерянно, будто пытается узнать в ней кого-то. Элен скромно улыбнулась, когда подошла к их столику и коснулась пальцами спинки свободного стула.

– Добрый вечер!– нежным голосом произнесла она и непринужденно тряхнула головой, отбрасывая пушистые локоны, упавшие на лоб.– Брайан, ты меня не узнаешь?

Молодой человек, не отводя глаз от прелестной девушки, живо поднялся, отодвинул стул и предложил ей присесть.

– Бог мой, Элен, ты так выросла!– приятно удивился Брайан.

Элен обиженно помяла губами, но не стала ничего говорить, просто легко кивнула и присела. «Неужели я для него все еще ребенок? А теперь – просто выросла? Хм, что со мной не так?!»

Алекс окинул сестру оценивающим взглядом и, украдкой улыбаясь, обратился к меню.

– Как твои дела?– вежливо поинтересовался Брайан у девушки, не скрывая искреннего восхищения ее внешностью.

Элен смущенно отвела взгляд и начала наматывать салфетку на палец.

– У меня все замечательно! Просто здорово! Я закончила школу с отличием. И уже получила ответ из университета Нового Орлеана, что зачислена на факультет изобразительного искусства. Буду изучать художественное искусство и архитектуру…

Пока Элен оживленно, с задором расписывала свое будущее, Брайан не сводил с нее глаз и время от времени одаривал комплиментами и похвалой.

Заметив увлеченность Дьюго и сестры друг другом, Алекс, не вмешиваясь и не перебивая, заказал на всех ужин и украдкой продолжил наблюдать за парой. В глазах Элен по-прежнему отражались тепло и нежность к Брайану, в них все еще читалась тайная надежда на взаимность. Но было заметно, что вместе с годами повзрослели и чувства: они были уже осмысленны, глубоки и смелы.

Дьюго, тронутый чистотой и смущением девушки, тоже читал это в каждом движении Элен, в каждом слове, взгляде. Детская нетерпеливость, импульсивность переросла в оживленность и впечатлительность, откровенная восторженность во взгляде сменилась смущением.

И сама Элен теперь была уверена в значении тех взглядов, которые бросал на нее Брайан. Это льстило ее самолюбию и заставляло трепетать юное сердечко. Душа наполнялась томной надеждой.

С большой неохотой Элен согласилась расстаться с Дьюго и братом, когда трехчасовой ужин подошел к концу и тем нужно было спешить по своим делам. Ахматов косо взглянул на полные тарелки Дьюго и Элен и, тихо усмехаясь, расплатился за ужин.

Когда Элен попрощалась и вошла в лифт, Алекс кивнул ей на прощание и с иронией в голосе спросил друга:

– Может, поужинаем?

Брайан недоуменно, но весело ответил:

– А разве мы не ужинали только что?

– Да, но твоя тарелка осталась полной! И тарелка Элен – тоже!

Дьюго накинул пиджак и первым проскользнул в дверь из холла отеля на улицу.

– Ты на что намекаешь?– притворно наивно спросил Брайан.

Ахматов сложил руки в карманы брюк, поиграл бровями, отчего его лицо сделалось комичным, и, подозрительно щурясь, поинтересовался:

– Брайан, мне показалось, или ты действительно заигрывал с Элен?

Дьюго откашлялся и виновато склонил голову.

– Да, признаюсь… Эл, но она так изменилась. Почему ты мне не сказал, что у тебя такая хорошенькая сестричка?

– Шутник…

– Ладно, ладно. Тебе как брату это незаметно, но у меня сердце екнуло при виде нее. У мелькнула шальная мысль, что у нас с ней может что-то получиться…

Брайан остановился и взглянул на Алекса. Тот пристально изучал выражение его лица.

–…Ну, разумеется, когда она еще немного повзрослеет,– украдкой улыбаясь и почесывая затылок, добавил он.

Ахматов не сдержался и добродушно рассмеялся.

– И кого это надо спасать от чар?

– Ну все, я с тобой больше не обсуждаю эту тему,– будто обиженно заявил Брайан и дал другу легкий хук справа.

Они оба рассмеялись еще громче и стали дурачиться прямо на виду у прохожих, изображая драчливых петухов.

Дружба Алекса и Брайана крепла с каждым днем. Не было повода обижаться и сердиться друг на друга всерьез: они безгранично доверяли друг другу, разделяли интересы друг друга, в сложных ситуациях находили компромисс. Их отношения были прочно склеены искренним уважением, терпением к недостаткам друг друга и великодушием. И не было такого человека или обстоятельства, которые могли бы встать между ними.

Элен провела в Вашингтоне еще один день и, очень довольная оставленным впечатлением на Брайана, отправилась на новое место жительства и учебы – в Новый Орлеан.

А Ахматову и Дьюго предстояло официально проститься друг с другом через два дня. У обоих расставание вызывало грусть, но вдохновляло то, что они будут видеться практически каждый день совершенно в другом качестве – как агенты-новобранцы АМБ. После того, как Макстейн сделал им предложение – вступить в ряды АМБ, через неделю оба дали свое согласие встать на новую дорогу в своей жизни.