Расколотый рай - Джейн Энн Кренц

Члены городского совета Авалона с большим энтузиазмом отзываются о влиянии, какое окажет новый курортный отель на экономику…

Траск оторвался от чтения и сложил газеты. Единственный абзац в ежедневной газете с упоминанием коллекции Алексу вряд ли удовлетворит. Для возвращения в мир искусства ей нужно гораздо больше.

Он протянул газеты Питу:

— Неплохое начало.

Тот широко улыбнулся:

— Мы не перестаем принимать заказы.

Траск показал глазами на автобус для туристов.

— Здесь, кажется, тоже все в порядке.

Пит радостно кивнул:

— Весенний Авалонский фестиваль сейчас — гвоздь программы. Мы открылись в удачное время. Авалон становится популярным.

— Отец был прав. — Траск направился к лестнице. — Но видно, тогда еще время не пришло. Так всегда бывает.

Он поднялся на второй этаж и прошел в западное крыло. Открывая дверь номера, подмигнул «Танцующему сатиру»:

— С каждым днем ты выглядишь все лучше и лучше. Тот ехидно, так показалось Траску, подмигнул тоже. Сообщений на автоответчике было три. Все из Сиэтла. Большой важности они не представляли. Траск их стер, затем сварил себе кофе. И только после этого позвонил Филу Окуде. Тот отозвался немедленно.

— Как дела? — спросил Траск.

— На след Лиз Гатри напасть пока не удалось, — сухо ответил детектив. — Она скрывается, это уже определенно. Никто из знакомых ничего не знает, а близких родственников у нее нет. При расчетах, видимо, использует только наличные. Ни кредитных карт, ни чеков нигде не предъявляла.

— Но отыскать ее можно? — холодно осведомился Траск.

— Конечно. Просто потребуется немного больше времени.

— Фил, ее нужно найти как можно скорее. Привлеките к этому делу столько людей, сколько сочтете нужным.

— А в чем проблема?

— Возможно, ее разыскивает еще кое-кто. И его интерес состоит в том, чтобы она была мертва. Или сейчас, или в ближайшем будущем.

— Вы сообщили в полицию? — спросил Фил.

— Да. Но они считают, что Лиз Гатри просто решила попутешествовать, А как насчет Белла? Есть какие-нибудь новости?

— Ничего существенного, — ответил Фил. — Пока он кажется чистым. Чего нельзя сказать об одном из его ближайших помощников — Фостере Редстоуне.

— Вот как? — Траск устроился в кресле. — И что у вас на него появилось?

— Для начала хотя бы то, что до появления в Авалоне, в «Институте других измерений», он был известен под именем Флетчер Ричардс.

— У вас есть соображения насчет того, почему он сменил имя?

— Наверное, потому, что его разыскивают власти штата Флорида. Он построил там финансовую пирамиду, причем вкладчиками большей частью были пенсионеры, и скрылся.

Дилан постучал ложкой по бокалу, чтобы привлечь внимание небольшой группы, собравшейся в кафе «Апогей».

— Внимание, внимание! Разрешите открыть заседание ассоциации Торгового центра Авалона.

Алекса оглянулась:

— Но еще нет Джоанны.

Стюарт поднял голову от большой жестяной коробки, наполненной чайными листьями.

— Она сегодня не придет. Оставила в магазине помощницу. Сказала, что плохо себя чувствует.

— Джоанна вообще в последнее время ведет себя как-то странно, — заметил Брэд.

Среди присутствующих пронесся ропот.

— Может быть, нужно сообщить об этом ее брату? — сказала Марджи Феррис, владелица магазина игрушек.

— Уэбстеру? — хмуро переспросил Дилан. — Не знаю, не знаю. Мне кажется, Джоанна расценила бы это как вмешательство в свои личные дела. Они с Уэбстером достаточно близки, и если бы она нуждалась в его помощи, то сказала бы ему сама.

Марджи помрачнела:

— Что же ты предлагаешь — сидеть и ждать, пока она окончательно не скатится в клиническую депрессию?

— Хорошо, — поспешно согласился Дилан, — вечером я позвоню Уэбстеру и поговорю с ним по душам. Мы знакомы много лет. Если не возражаете, так и решим. — Затем он показал пачку бумаг. — Вернемся к делам. Алекса только что передала мне окончательный вариант программы фестиваля, составленной оргкомитетом. В части, касающейся нас, больших изменений нет. Магазины в Торговом центре будут открыты до семи, как и планировалось. Есть вопросы?

Алекса почти не слушала. Она вспоминала утреннее посещение дома Лиз Гатри и выводы, которые затем последовали. Тревога нарастала.

Через некоторое время все начали расходиться. Алекса допила чай и направилась к двери.

— Сегодня торговля должна пойти хорошо, — сказал Брэд Васкес, выходя вслед за ней на улицу. — Город набит туристами. Мне кажется, этот фестиваль обещает быть самым ярким из всех. Очень кстати пришлось и открытие курортного отеля.

Алекса быстро посмотрела на дверь «Хрустальной радуги».

— Должно быть, Джоанна действительно слегла, если не появилась в магазине сегодня, в один из самых оживленных дней в году, не считая кануна Рождества.

— Ты совершенно права, Алекса. Увидимся в обед. Пока.

— Счастливо. — Она направилась к дверям «Сувениров прошлого».

Ощущение беспокойства усугублялось.

В одиннадцать она позвонила Джоанне. Та отозвалась не сразу.

— Алло. — Голос был очень вялый.

— Джоанна? Это Алекса. Как вы себя чувствуете?

— Ночью совсем не спала, — пробормотала Джоанна. — Только к утру задремала. А сейчас вот выпила таблетки.

— Может быть, вам что-нибудь нужно? Я могу зайти после работы.

— Чай… — Джоанна почти шептала, — у меня кончился.

— Я принесу.

— Спасибо. — Джоанна долго молчала. — Алекса…

— Я слушаю.

— Ладно. Трудно разговаривать. Очень устала.

В трубке раздались короткие гудки.

Через два часа, когда наплыв покупателей чуть схлынул и образовалось временное затишье, Алекса решила купить бутербродов и холодного чая для себя и Керри.

В кафе «Апогей» было не протолкнуться. Алекса заказала чай себе и отдельно в пакете специальную смесь для Джоанны. Обслуживал не Стюарт, а его помощник.

— Тед, ты, я вижу, совсем запарился.

— Еще бы. — Тед отсчитал ей сдачу. — Видите, работаю один. Босс надумал отправиться в банк, улаживать какие-то дела. Нашел время.

— Держись, не унывай, — улыбнулась Алекса. — К воскресенью вся эта суматоха уляжется.

Тед широко улыбнулся:

— Я только на это и надеюсь.

Алекса с покупками вернулась в «Сувениры прошлого». Керри как раз передавала покупателю коробку с горгульями среднего размера.