Дочь самурая - Олег Николаевич Касаткин

– Одевайся, нас ждет автомобиль.

– А куда мы едем? – спросила Хикэри с некоторой тревогой.

– На аэродром.

– Мы возвращаемся в Токио?

Хикаро смеется.

– Нет, Добродетельная благородная дама, мы собираемся уделить время моей второй страсти.

– Второй? – она хмурится.

– Именно. Первая стоит рядом… Займемся планеризмом.

– Ээээ… Планеризмом?

– Угу… Мы немного полетаем, леди. – с улыбкой отвечает он, усаживаясь в автомобиль…

– Согласна?

– А ты полетишь?

– Да.

– Тогда я с тобой! – выпалила Хикэри.

Через несколько минут машина остановилась на поросшем короткой жесткой травой летном поле.

Он взял ее за руку, и они направились к площадке, где стояли самолеты.

– Ваше величество, пилот самолета-буксировщика лейтенант Кобаяси, – представил пилота выскочивший как из под земли офицер охраны.

Император и пилот углубились в разговор о скорости ветра, направлении и прочих тонкостях.

– Хикэри, – подает ей руку царь, – пошли.

– Кобаяси, это баронесса Накамото. Придворная дама IV ранга.

Кобаяси отдал честь.

– Ваша Светлость, я пилот Его величества и приложу все силы к выполнению его задания.

Она взяла Хикаро за руку, и ощутила внутри все переворачивается. Парить в небе! Невероятно! Вслед за Кобаяси по бетонной площадке они двинулись к взлетно-посадочной полосе. Царь с пилотом обсуждали предстоящий полет. Все эти подробности ничего не значили для нее, но мужчины в своей стихии, и наблюдать за ними – истинное удовольствие. Она с трудом но схватила смысл. Они полетят на немецком «Schleicher ASH-25». Буксировщиком будет «По-2-М» – его она смутно знала – самый старый из ныне выпускавшихся машин.

В крошечной кабине два сиденья, одно позади другого. Белый трос соединяет планер с одномоторным самолетиком. Пилот откинул плексигласовый купол кабины, приглашая их внутрь.

– Сначала нужно пристегнуть парашют.

«Парашют!»

– Я сам! – Хикаро забрав ремни у Кобаяси соединил пряжки.

– А я пока схожу за балластом, – сообщил пилот, широко улыбаясь, и ушел куда-то.

– Вижу, Вашему величеству нравится катать девушек на планере.

– Баронесса, не болтайте глупостей.

Он подтянул парашют, ловко защелкнув крепления, проверил ремни.

– Ну вот, готово.

Она захотела сесть назад, но царь остановил девушку.

– Нет, спереди. Сзади сидит пилот.

– Но ты ничего не увидишь!

– Мне хватит, – усмехнулся он.

Хикэри забралась внутрь кабины, отметив кожаное сиденье на удивление мягкое. Император склонился над ней, вытащив между ног ремень, защелкнул карабин на животе и проверил стропы.

– Мы будем в воздухе минут двадцать-тридцать. Утром не так жарко, а по ощущениям полет на планере ни с чем не сравнится. Волнуешься?

– Немного!.

– Хорошо! – с улыбкой скрылся он из виду.

Планер качнуло когда он забрался в кабину. Перед ней были циферблаты, рычаги и какая-то торчащая штуковина.

С улыбкой на губах возник Кобаяси.

– Первый раз летите, госпожа?

– Да…

– Вам понравится!

– Спасибо, лейтенант-сан.

Хорошо, что я не позавтракала. Вряд ли мой желудок справился бы с отрывом от земли. Я отдаюсь в умелые руки своего повелителя.

Кобаяси закрыл крышу кабины, направился к самолету и вскочив на крыло занял место пилота. Мотор самолетика фыркнул и начал набирать обороты.

Лучезарная… неужели это происходит со мной?

Самолет медленно двинулся вдоль полосы, трос натянулся… Толчок – и планер срывается с места. Планер набирает скорость, ощутимо потряхивает. Желудок ухнул вниз – и вот они отрываются от земли.

– Взлетаем! – отдался в наушниках спокойный голос Хикаро. Они парят в собственном крылатом ковчеге, одном на двоих. Слышен только свист ветра и далекий шум мотора буксировщика. Над ними лишь небо, лишь рассеянный и мягкий солнечный свет… Редкие облачка висят на лазурном небе. Она парит в этом волшебном свете вместе со своим императором. Уши заложило – планер набирает высоту, все выше поднимаясь над землей. Наверху стоит тишина… Радио просыпается к жизни.

– Докладывает пилот Особого императорского авиационного полка лейтенант Кобаяси. Мы достигли высоты в тысячу двести метров над уровнем моря…

Ничего себе!

– Отцепляй! – прозвучал в шлемофоне голос Олега Данииловича. И внезапно самолет пропал из виду, а ощущение, что их тянут вперед, исчезло. Планер парит над океаном в свободном полете. Это восхитительно! Повинуясь порывам ветра, планер медленно терял высоту, тихо скользя по воздуху.

Я лечу прямо к солнцу, но со мной Хикаро, он ведет и направляет меня, и мы кружим и кружим в солнечном свете.

– Держись крепче! Неожиданно оказывается вниз головой, глядя на землю сквозь прозрачную крышу кабины. С громким визгом она упирается руками в плексиглас и слышит смех.

– Ваше величество хулиганит!

Но его веселье было так заразительно, что она рассмеялась вместе с ним.

– Хорошо, что я не позавтракала!

– Просто отлично. Потому что я собираюсь повторить.

Он снова переворачивает планер и она опять повисает на ремнях вниз головой.

– Ну как?

– Это чудо!

Они падали вниз в лучах солнца, слушая ветер и молчание. Можно ли желать большего?

Земля все ближе.

– Сакура, это Ноль-первый, захожу слева по ветру на вторую полосу, прием.

Закладывая широкие круги, планер медленно опускается.

– Держитесь леди, сейчас будет слегка трясти.

Последний круг, сильный короткий толчок, и планер стремительно несется по траве. Наконец он останавливается и, качнувшись, замирает чуть покосившись на левуй бок. Хикэри облегченно вдохнула полной грудью. Император открыв кабину выбрался на землю и потянулся.

– Понравилось? – спросил он, а в глазах мельнули солнечные искорки.

Подошедший офицер поклонился и отстегнул ремни. Хикаро подает ей руку, и она вылезает из кабины. Не успевает она спрыгнуть на землю, как он заключает ее в объятия.

Мы же стоим посреди поля! Впрочем, мне все равно. Мои руки зарываются в его волосы, притягивая его ближе. Я хочу его, здесь, сейчас, на земле!

Он оторвался от нее, в потемневших от страсти глазах – упрямое желание. У Хикэри перехватило дух. Император поворачивается, хватает ее за руку и быстро шагает к машине.

– Едем завтракать, – сухо сообщает он.

Еда! О какой еде он говорит, когда я умираю от желания?

Они возвращались во дворец на том же автомобиле.

– Я попрошу фрейлин разъяснить тебе все правила императорского двора, – суховато бросил он.

– Я благодарна вашему величеству…

– Пока у тебя звание императорской фрейлины IV ранга. Ты можешь посещать дворцы Акасака, Киото и Эдо без предварительной записи, так же имеешь полное право посещать все малые дворцы императорской семьи. Управление императорского дворца пришлет тебе подробные разъяснения по твоим правам и обязанностям во дворцах и я скажу послу России чтобы он довел до тебя твои права в Российской империи. Они лишь немногим меньше. Тебе так же положено денежное содержание от дворов Японии и России.

– Это очень высокий ранг. я не очень понимаю за что Ваше величество так меня обласкали…

– Завтра встреча с рядом лидеров Дзайбацу и