Салон "Побрей дракона" - Полина Верховцева

— Саймон, — простонала я и тут же зажала себе рот рукой, чтобы не зареветь.

Боже, он сейчас просто развернётся и уйдет. Бросит меня, так и не сводив на первое свидание. Я шагнула к нему, но Кай не глядя выставил руку преграждая мне путь.

— Стоять.

— Пусти меня, — я попыталась прорваться, но без толку, — пусти, я сказала!

— Нет, — по-хозяйски ухватил за талию и прижал к себе, — моя!

— Как мило, — хмыкнул Саймон и, небрежно оттолкнувшись, направился к нам.

Ой, мамочки, что сейчас будет.

Я зажмурилась и для верности закрыла лицо одной ладонью, второй вцепилась в дракона, который аж гудел от напряжения. Он сейчас или спалит Саймона, или сожрет. И меня заодно.

— Нарываешься? — в его голосе все меньше человеческого, и все отчетливее пробивались звериные ноты.

— Хреново тебе? Да, крылатый? – неожиданно участливо поинтересовался Саймон, — голова, наверное, раскалывается? Ночами нормально спать не можешь?

— Думаешь, посмотрю на то, что ты теперь в преподы заделался?

— Тс-с-сс.

— Урою…

— Т-с-сс-с.

Я чувствовала, как Кай расслабляется и затихает.  Сначала даже не поверила и ждала что сейчас рванет и распотрошит наивного менталиста, как сладкий пирожок с изюмом.

Но нет, секунды бежали, а Кай, все так и стоял, опустив плечи и не делая попыток ни напасть, ни заговорить.

Я даже потрепала его по руке – ноль реакции. Заглянула в лицо – взгляд стеклянный в никуда.

— Ты поломал дракона, — с благоговейным ужасом прошептала я.

— Просто успокоил…ненадолго, — отозвался Саймон, не глядя на в мою сторону.

У меня кольнуло. Остро, жестоко, насквозь.

— Прости меня пожалуйста, — горько прошептала я, — он пришел, мы ругались, а потом что-то поломалось. Я не могла остановиться.

На самом деле все еще хуже, я не хотела останавливаться. Даже сейчас, часть меня обливается слезами из-за того, что нам помешали, не дали завершить начатое, не позволили мне полностью заполучить вожделенного дракона.

Глава 14.4

— В общем, он поцеловал, я ответила…и понеслось.

Омерзительное ощущение. Вина, смешанная с отвращением к самой себе. У нас с ним еще даже отношения нормально не начались, а я уже успела накосячить. Кому такая дура нужна? Никому.

— Прекрати! — одернул меня Саймон.

Я грустно шмыгнула носом:

— Что прекратить?

— Заниматься самоуничижением.

— Я сделала плохо.

— Да не ты это, — раздражённо отмахнулся он, зачем-то оттягивая веко заторможенному дракону и заглядывая ему в глаз, — Свитти Первая.

— Удобное оправдание.

Виновата Свитти Первая, а губы почему-то от яростных поцелуев саднит у меня.

— Любит она его.

— Любит, — согласилась я.

— Настолько, что прицепилась.

Я сначала не поняла, о чем говорит:

— Он сам пришел. Я…она… не цеплялась к нему.

Саймон покачал головой.

— Я не о том. Он — ее якорь. За счет его силы она тут держится, присосалась и тянет на полную, а он не понимает, что происходит. При разрыве связи души с телом, большой выброс происходит, противостоять невозможно, вот дракон и попался. Против воли тянется к ней.

— Почему это против воли? — возмутилась я, — по-твоему, я не достойна, чтобы на меня обратили внимание?

— Опять Свитти пожаловала? — перевел на меня пасмурный взгляд.

Я осеклась и, запоздало сообразив, что к моим эмоциям снова подключились чужие, застонала:

— Это невыносимо.

Саймон развел руки, словно перебирая невидимые нити, делал неспешные движения пальцами и постепенно между ними начала появляться тонкая, светившаяся лазурью нить.

Она становилась все толще и прочнее, потом начала обрастать паутиной, расширяться и, наконец, превратилась в мерцающую вязь перехода.

Моему изумлению не было предела:

— Ты умеешь делать порталы?

— Я менталист, — обронил так, будто это был ответ на все вопросы.

— Зачем тогда к Вернидубу каждый раз пешком карабкался?

— Мне просто этого хотелось.

— А мне мог портал открыть?

— Мог, но ты не просила.

— Я не знала, что ты умеешь!

Саймон пожал плечами, мол, ну а я тут причем, потом взял дракона под руку, потянул его к переходу.

— Идем, — и предвидя мой следующий вопрос добавил, — лечить вас буду.

Пройдя сквозь переход, мы оказались в подвале. И не в том, где я жила, а гораздо ниже. Там, куда не мог пробиться солнечный свет, и от стен веяло могильным холодом. Темное, угнетающе душное помещение с низкими потолками, пугало настолько, что хотелось скулить. Особенно если учесть, что выхода из него не было. Ни единой двери, кругом только каменная кладка. И больше ничего. Лишь в углу кривой стеллаж, на котором лежал медный поднос с обломанными кусками цветного мела.

Саймон взял сначала белый – нарисовал два круга. В один поставил меня, в другой Кая. Между нами нарисовал еще один круг – красный,

Потом разными цветами соединил наши площадки: синим, желтым, зеленым. При этом губы его беззвучно двигались, начитывая древние заклинания.

— Саймон, — прошептала я, — что ты делаешь…

— Замри. Молчи. Не отвлекай.

После того, как замысловатый рисунок был закончен, он взял черный мел и начал методично, по одной ведомой только ему схеме перечёркивать линию за линией.

Если эта линия шла ко мне – меня пробивало током, если к Каю, то дергался он.

Медленно, неотвратимо Саймон разрушал рисунок, который сам и создавал. А в красном круге стало появляться что-то непонятное, похожее на мерцающий сгусток потустороннего света.

Сначала я испытала страх. Дикий, безудержный. Хотела куда-то бежать, спасаться, но ноги приросли к полу, и не получалось сделать и шага. На смену стразу пришла злость. Потом сожаление. Потом надежда. Под конец я уже ощущала лишь облегчение, приваленное тонкой нотой тоски о несбыточном.

Это грустила прежняя Свитти, прощаясь с драконом, по которому она сохла все это время. Она была готова уйти в мир забвения и жалела только