Пиппа ищет неприятностей - Светлана Нарватова

послышался стон. Я приоткрыла ставни сильнее. На соломе вповалку страдали наши доблестные герои. Самым страдающим выглядел Клык, но этот хотя бы оправдано. Штаны на раненной ноге были грубо отпилены ножом, а бедро и всё ниже, до самой щиколотки, было замотано повязкой. Но Дикий и Ровняла тоже выглядели… несвеже. Я злорадно распахнула окно настежь, заставив спутников щуриться. Но не учла, что солнце осветит не только их, но и меня.

– Это кто тебя избил? – резко поднялся Дикий.

Судя по тому, как он сжал пальцами лоб, мой вид был не самой большой его головной болью. Но мне было приятно.

– Почему сразу меня избили? – возмутилась я. – Может, это я их?

– Если «их», то не может, – кряхтя, сделал вывод Ровняла.

– «Не может» – так «не может», значит, я совершил невозможное! – пожала я плечами.

– Орол! – от души хлопнул меня по плечу Клык. – Джыгыт!

И стал спускаться по ступенькам-перекладинкам на одной ноге и двух руках. С такими мускулами он бы и без ног спустился без проблем. И поднялся бы.

– Что у тебя произошло? – подошёл ко мне Дикий.

Мимо протелепался Ровняла. Командир же наш демонстрировал силу воли и заботу о подчинённых.

…А если он всё же не оговорился? Если он знает, что я девушка? И считает меня дурой? А у меня еще ссадина на лице, и выгляжу… взлохмаченная, с синяком на челюсти, одежда грязная… А он, конечно, помятый, но всё равно такой красивый… Только суровый.

– Я… – Руки непроизвольно стали теребить боковые швы штанов. Так дело не пойдёт. Я сцепила кисти за спиной, расправляя плечи. – Просто недопонимание с местными мальчишками. Мы пришли к согласию.

Он впился взглядом в мой рот. Я поджала губу и почувствовала, что потревожила рану и теплая капля потекла по подбодку. Он вытащил из внутреннего кармана чистый платочек, бережно отёр кровь и приложил ткань к ране. Поразительно, откуда у него после всех наших злоключений чистый носовой платок? Зачем воину-наёмнику тратиться на магически защищенный от грязи аксессуар богатых бездельников?

– Кто это был?

Я отмахнулась:

– Неважно.

Он взял меня горячими пальцами за руку и прижал к платку на ранке:

– Подержи немного, скоро остановится, – прокомментировал он свои действия и тоже стал спускаться.

– Дя… – Он поднял на меня недовольный взгляд, и быстро поправилась: – Дикий, а мы когда отсюда выедем?

Он снова поднялся и встал напротив меня:

– Местные обижают?

– Нет! Ну я просто… Мне постираться нужно. Вот… – я показала на пятна от крови. – И своё…

Он окинул меня взглядом. Кивнул:

– Понял. Организую, – и продолжил спуск.

Я вообще и сама могу.

– Так когда выезжаем? – спросила вниз.

– Завтра, если всё будет нормально. – И спрыгнул.

Я оглядела пространство. Утро после нападения цхерков. Ощущение было, что нападали они прямо здесь. Грязи-то на сапожищах понатащили! Я тоже спустилась и попросила у гостеприимной хозяйки метлу с совком и пошла наводить порядок за этими сви… То есть воинами.

Когда на чердаке появился Клык, я уже почти закончила. Сено сбила в лежаки, вещевые мешки поставила рядом со «спальными местами», пространство в промежутках (это были жуткие промежутки) вымела.

– Чыста, – оценил варвар. – Мнэ повазка нада.

– Давай помогу! У нас в Талыме поблизости знахарка жила, так я у ней учился. Я справлюсь! А тебе неудобно самому.

Самому себя бинтовать никому неудобно. Клык достал скляночку с волшебной мазью, и я начала разматывать повязку, скручивая ткань в рулончик. Что сказать: открывшая конечность выглядела отвратительно. Под тёмным слоем впитавшейся мази виднелись жерла прокусов с припухшими краями. Чудом повезло, что артерии оказались не задеты. На икроножной мышце торчали нитки: кто-то вчера заштопал варвара грубыми стежками. Рана успела схватиться. Судя по скорости заживления, работал Гроза. Если не ниткой с иголкой, то магией – точно. Несмотря на своё истощение. Теперь ускорить выздоровление Клыка – моя задача. Главное сейчас отвлечь, чтобы он не заметил моих манипуляций.

– Ты часто выезжал из своих земель? – спросила я, касаясь кончиком пальца острой иглы в рукаве и мягкими движениями нанося на мускулистое бедро варвара вонючую мазь и крупицу своей крови. Хозяйственные обязанности объединили нас, мы перешли на ты.

– В пэрвый раз, – признался Клык. Впрочем, я так и подозревала из того, что слышала.

– Тебе нужны были деньги? – Я встретила полный непонимания взгляд и уточнила: – Ты пошёл наемником, для того чтобы заработать денег?

– Я нэ найомнык! – возмутился он так, будто я заподозрила в недостойном.

– Но ты же нанялся в отряд? – Закончив с бедром и накачав его силой, я сместилась ниже, к шву под коленом.

– Мнэ нада в столыца.

Да мы с ним прямо как брат и сестра!

– Тебе-то что там надо? – усмехнулась я, но по участившему дыханию и огню в глазах поняла, что нечаянно отдавила Клыку его огромную варварскую гордость. – В смысле, вы же не гоняете в столицу королевства каждый выходной? – я попыталась смягчить эффект. – Даже в пограничных землях вас не встретить. Я поэтому удивился.

Клык молчал. Молчал очень красноречиво. Его молчание буквально орало о том, что у него в столице Очень Важное Дело, о котором он не собирается болтать с каким-то случайным мальчишкой.

– А почему именно ты? Ведь ты еще молодой и в первый раз покинул родные земли.

– Мнэ надо подвыг, – признался Клык печально.

– Да ладно! Неужто кто сомневается в твоей храбрости?

– Нэт. Всэ мой род должны подвыг.

– Вы воины?

– Всэ джыгыт воын! – гордо заявил варвар.

Так выходит он…

– Ты шаман?! – прошептала я потрясённо.

– Я нэ шаман, – возразил он с ноткой страдания в голосе. – Брат мат быт шаман. Я быт шаман потом. Послэ подвыг.

– Так ты уже сколько подвигов совершил!

– Нэт. Особый подвыг. – Он замолчал, в глазах мелькала мыслительная деятельность. – Ыспытанйэ.

– Твоё испытание – попасть в столицу? – догадалась я.

– Нэт. Узнат про брат мат, – поправил он и вдруг поднял взгляд мне за спину.

Я обернулась. Из люка наполовину высунулся мрачный Пончик.

– Мы вас есть ждём, – заявил он. – А вы тут лясы точите.

Глава 41. Дик

Великолепная идея обезболиться сивухой казалась великолепной только после третьего бочонка пива на голодный желудок. А утром эта чудовищная смесь оказывала прямо противоположное воздействие на организм. Когда Пипка распахнула окно, у меня мелькнуло желание ее туда же и отправить. Мелькнуло, но прошло, как только я разглядел свежую ссадину на губе и отёкшую щеку. А вот желание спустить с чердака того, кто это сделал, осталось.

Юркая девчонка наврала про то, что это она побила противников. Конечно, ей никто не поверил, но не буду же я прилюдно уличать её во лжи? Нет, я сам разберусь и покажу поганца. Только отъявленные подонки могут избить слабого и беззащитного.

И да. Нужно девушке дать возможность спокойно помыться, постираться, привести себя в порядок. Не дело это. То холодная река, то проливной ливень, но гонка под палящим солнцем…

С таким праведным настроем я отправился искать хозяйку.

А нашел её долговязого сына со свежей шишкой на лбу. Глаза парня подозрительно забегали, стоило взглянуть в его сторону. Я подошёл.

– Дяденька маг, не надо, я всё понял. – Он весь сжался, прикрывая голову руками. – Мы поняли. Он один из вас. Не бейте, дяденька!

Избить слабого и беззащитного может только последний подонок. А этому за Пипку уже отомстили. Два раза за один проступок нехорошо наказывать.

– Чем это тебя так? – уточнил я.

Он шмыгнул:

– Льдом, дяденька.

Оригинальное оружие для расправы, но мальчишка был слишком жалок, чтобы использовать в отношении его что бы то ни было. Выпороть розгами, разве что. Интересно, кто его так? Для льда не сезон. Гроза? Эта мысль неприятно царапнула душу.

– А ну дуй отсюда! – шугнул его я, и парень припустил в сарай.

– Ты чего маленьких обижаешь?

Я вздрогнул. Флаобец так редко говорил, что я до следующего раза успевал забыть, как звучит его голос.

– Чтобы он наш… – возмутился я и снова чуть не проговорился: – …шего