Право на месть - Анна Ледова

причиняли ему обжигающую боль. До них еще дойдет снова, а пока горячие губы, едва дотронувшись, обожгли висок. И тут же второй. Лоб, щеки, уголок рта… Я была до того взволнована, что не удержалась, выгнулась навстречу, и тут же была подхвачена в страстном поцелуе. В нем невообразимым образом сошлись чуткая нежность и всепоглощающее желание, мы слились в этом чувственном порыве, соединяя не просто тела, а сами души. Я вновь ощутила жгучие прикосновения рук на себе, вдруг осознав, что сама беспардонно забралась под рубашку, скользя по обнаженной коже и прижимая к себе мускулистое жаркое тело…

…И проснулась.

Не от того, что была выброшена из этого волшебного сна его хозяином и его пробуждением. Не Греттеном, который мог самовольно вывести меня. Сама. Если и можно было на кого наорать, так только на ни в чем не повинные часы, пробившие полдень.

Полдень?!..

Я никогда в жизни не вставала так поздно.

Время во сне тоже текло по своим особым законам. Бывало, что одна ночь растягивалась на дни, а то и недели. Но сейчас почему так быстро? И пяти минут не провела по своим ощущениям рядом с Ронардом, а на деле проспала более двенадцати часов. И ведь не он закончил этот сон – я сама! Почему он до сих пор спит?

- Греттен! – привычно заорала я.

Увы, в реальности манс был лишь маленьким диковатым зверьком с едва проклюнувшимися двумя шипами на лобике. Ни разговаривать, ни даже транслировать свои мысли напрямую в яви он не умел. Заворчал, как обычно, и был таков: обеденное расписание – а сейчас самое время поесть – он выучил досконально.

Глава 13. С того же места

И все же, почему его светлость так крепко спал, да еще в такое позднее время? И еще это видение настолько шло в разрез со всеми предыдущими… Понимаю только, что еще больше ничего не понимаю.

Студенты за обедом гудели больше обычного и тому тоже нашлись причины.

Мое предложение о том, чтобы организовать для всех желающих студентов летнюю практику, попечительский совет понял по-своему. Не знаю уж, как они это сделали и какую выгоду для себя извлекли, но за три дня до окончания года в Академию начала съезжаться вся деловая элита Империи. Похоже, об открытости и прозрачности экзаменов тоже не забыли. Как иначе объяснить это объявление, взбудоражившее всех студентов? О том, что отныне проходить итоговые испытания будут на большой арене, а всем желающим – добро пожаловать.

Прямо ярмарка невест… Талантов, конечно же. Нет, это, несомненно, хорошо. Перед теми, кто сумеет хорошо себя проявить, откроются отличные возможности для практики, а то и замаячит постоянная работа в будущем.

Но мне почему-то не по себе стало от мысли, сколько людей станет на меня смотреть. Хотя… Сначала будет проверка в связи с нелепым обвинением. Уж, надеюсь, закрытая.

Но все это потом, а сейчас отчаянно хотелось вернуться в тот сон. Как же в нем все было реально! Я о стольких вещах хочу расспросить, да просто поговорить с ним… Получится ли вообще, смогу убедить его светлость в том, я – это я, а не ночная фантазия? Будет он говорить как наяву, обращаясь к памяти и реальному положению вещей, или его сознание будет ограничено текущим видением? Грорш его знает, как это все происходит в загадочном мире снов... А, значит, – только пытаться снова.

Время до вечера показалось мучительно долгим, а в постели я с трудом дождалась загулявшегося Греттена – у самой-то от переживаний сна ни в одном глазу.

Сон-сфера Шентии снова была на месте и немного изменилась. Стала больше, плотнее, ярче, зато внутри опять была идиллия. На этот раз побережье моря, легкий соленый бриз, крики чаек. День в разгаре, хотя солнце уже начало неспешный путь к горизонту. Его светлость сидел в шезлонге с закрытыми глазами. Снова спит во сне? Как странно. Все остальные, к кому я наведывалась, активно проживали свою другую сонную жизнь.

Теплый песок под моими босыми носами скрипел еле слышно, но Ронард открыл глаза. Я остановилась в паре шагов.

- Ардина, ты вернулась, – улыбнулся он как ни в чем не бывало.

- Здравствуйте, – вдруг растерялась я. – Ваша светло… А Вы… помните?

Ронард приложил палец ко рту и шутливо-укоризненно покачал головой.

- Ты обещала, что не будешь так меня называть. А над «Вы» еще поработаем, – блеснули его глаза и он поднялся мне навстречу. – Я ждал тебя. Ты так неожиданно ушла…

- Я хочу сказать, Вы помните тот раз? Ну, в смысле, на лугу, – я немедленно покраснела. – Там, где потом хижина появилась…

- Такое быстро не забывается, – весело рассмеялся Ронард. – Если это такая игра, то начнем заново, только дай мне еще пару минут и я честно попытаюсь забыть последние полчаса.

- Почему полчаса?.. – недоуменно замотала я головой.

Это было прошлой ночью, в совсем другом сне. У меня что-то не укладывалась в голове логика происходящего. Да и есть ли в чужом сновидении логика? Разве только…

- Вы тоже понимаете, что спите? – озарило меня. – Поэтому помните вчерашний сон? Я ведь в него не вмешивалась, поэтому могли и не запомнить… эта сомнология такая путанная, а Греттен ничего толком не объясняет…

- Ардина, какой вчерашний сон? – мягко притянул он меня к себе. – Хотя с тобой каждый миг как прекрасная греза. Но все же настоятельно рекомендую исключить этот бред из твоего списка предметов. Я про сомнологию.

- Нет, погодите, Вы хотите сказать, что я была здесь только что? Но там было совсем другое место, далеко отсюда.

- В паре шагов, - прошептал он мне на ухо. – За тем пригорком.

Шепот взволновал, да и близость тоже, я уже готова была плюнуть на то, что концы не склеиваются, и раствориться заново в этих желанных объятиях. Но нет, какой-то червячок сомнений грыз изнутри. Арн Шентия не понимает, что спит; он не владеет осознанными сновидениями, над сомнологией тоже подшучивает. Но так не бывает у простых спящих, чтобы закончился один сон и другой начался с того же места, будто мы расставались не на сутки, а я всего на минуту отошла цветы понюхать.

- Поговорите со мной, - с сожалением отстранилась я от его светлости и настойчиво заглянула в глаза.

Ронард посерьезнел, но не отпустил, поглаживая волосы.

- Где мы сейчас?

-