За границей любви - Алианна Росса

— Вы уже нашли покупателей? — вдруг тихо произносит мама, обращаясь к тем акционерам, которые намерены продать свои акции. — Я готова купить у вас всё.

— Дорогая… — наконец-то соизволил хоть что-то сказать отец, удивлённо уставившись на маму. — Тогда твоя доля акций будет больше моей. На приличную цифру… ты уверена, что потянешь?

Видимо отец даже не представляет, какими средствами располагает его жена. Что ж, я и сам-то не представляю. Но, я смотрю в пол, не смея вмешиваться в разговор, и мысленно благодарю эту святую женщину за своё спасение. Если бы не она, меня сняли бы с поста после потери стольких акционеров.

— Поверь, дорогой. — Ухмыляется она. — Но раз доля моих акций будет превышать шестьдесят пять процентов, я хочу стать собственником «D.A.». Думаю, это будет разумно и справедливо.

— Вот как? — изумленно хлопает глазами отец. — Да, это будет по закону, разумеется. Компания будет считаться твоей и мы оформим всё как положено.

— Ну, хочешь, сам купи эти акции. Мне всё равно. — Закатывает мама глаза и встаёт из-за стола. — Но я не могу больше смотреть, как моего сына валяет в грязи кучка капиталистов.

— Что вы себе позволяете, госпожа Айше! Что за выражения в наш адрес? — вопит Роб и тоже выпрыгивает из-за стола, опрокидывая стул пивным животом.

— Я покупаю ваши акции, так что вы здесь больше веса не имеете и интереса не представляете. — Надменно отчеканивает она, беря в руки маленькую сумочку-клатч. — Я сама решу, кто из акционеров останется.

После этих слов мама выходит из кабинета и в зале повисает тишина. Роб стоит у двери, вытирая со лба испарину. Он явно в растерянности, так как ожидал, что его попросят остаться. Остальные акционеры тоже сидят тихо и лишь переглядываются, устремляя вопросительные взоры на моего отца. Господин Мехмет явно ошеломлён поведением своей жены, но виду старается не подавать.

— Уважаемые акционеры, — наконец-то произносит он. — На сегодня предлагаю закончить. Я переговорю с госпожой Айше и мы сообщим вам своё решение. Приношу извинения за предоставленные неудобства.

Все начинают потихоньку расходиться, выражая недовольство в полтона. Когда кабинет пустеет, отец подходит ко мне.

— Ты должен бежать и целовать ноги своей матери. Посмотри, что ты устроил? Видит Аллах, я хотел проучить тебя сегодня. Не стану вмешиваться, пусть выкупает акции и теперь сама с тобой возится.

— Так и сделаю! — огрызаюсь я и тоже выхожу за дверь.

Сегодня мама сделал что-то невозможное. Я чувствовал себя как щенок, который чуть не угодил в пропасть, но его схватили за шиворот и вытянули, когда он уже падал с обрыва, предвкушая погибель. Я решаю поехать домой и не видеться ни с кем до самого вечера, чтобы прийти в себя. Вечером я обязательно поеду к родителям…

60. Кемаль.

Перелёт до Москвы оказался для меня удачным. Почти всю дорогу я спал, за исключением тех моментов, когда где-то в хвосте самолёта хныкал малыш. Мне всегда было жаль маленьких деток, которых таскали по самолётам — даже взрослым людям зачастую перелёты даются тяжело, что уж говорить про этих крох. Но ребёнка быстро успокаивали, и я снова проваливался в сон.

Я выхожу в аэропорту в двенадцать часов дня. Сердце начинает бешено колотиться из-за предвкушения предстоящей встречи. Я снова увижу мою Елену! От этих мыслей у меня ползут мурашки по спине, и бросает в жар. Я бодро иду на стоянку в поисках такси, прокручивая в голове варианты встречи и то, что скажу своей возлюбленной. Единственное, мне страшно увидеть на её лице разочарование, что это не Берк приехал к ней. Меня тут же начинают одолевать сомнения, которые я с огромным усилием отметаю от себя.

Проверяю наличие бархатной коробочки в нагрудном кармане пиджака и, нащупав её, я сильно зажмуриваюсь. Даже не представляю, как и при каких обстоятельствах просить её руки. Я ведь не знаю ни её родителей, ни друзей. Возможно, по всем меркам приличия я слишком тороплюсь. Покупка кольца была импульсивным решением, но я послушал своё сердце и для меня это единственный верный поступок. Даже если она откажет или решит подумать, я попрошу оставить её это кольцо с бриллиантом себе, как напоминание о моих чувствах и серьёзных намерениях. Я никогда не собирался играть ею или как-то портить её жизнь. Елена ведь и сама показала мне свои чувства в нашу последнюю ночь. Как я могу сомневаться?

Быстро найдя такси, я сажусь в машину и еду в гостиницу, в которой накануне забронировал себе номер. Там я разбираю вещи, завтракаю, принимаю душ и привожу себя в порядок. В Москве гораздо прохладнее, чем на моей родине, хорошо, что я взял с собой подходящую одежду.

Смотрю в зеркало, собираю ещё влажные волосы в пучок на макушке, надеваю джинсы, рубашку и достаю телефон. Мне ещё нужно позвонить госпоже Айше, ведь она как обычно будет волноваться, если я долго не выхожу на связь. Ещё нужно найти цветочный магазин возле отеля. Я решил, что пойду в компанию Елены после обеда — найти адрес её конторы в гугленесоставило труда. Я подумал обо всём заранее и нашёл отель как можно ближе к ней.

— Дорогой мой! — слышу взволнованный голос госпожи Айше в трубке. — Я уже начала переживать, куда ты пропал. Как ты добрался?

— Хорошо добрался, спасибо. Я уже в отеле, успел позавтракать. — Мне как всегда приятна её забота и это не может не вызывать улыбку. — Не хотел звонить слишком рано, сегодня ведь тоже встреча с акционерами. Как всё прошло?

— Не спрашивай. — Пыхтит госпожа Айше. — Просто кошмар. Мне было стыдно за Берка, он ужасно подготовился, проспал. Никогда не видела его таким разбитым. Пятеро человек продают свои акции. Компания не в лучшем состоянии после твоего ухода. А ведь времени прошло всего ничего. Берк всё выпустил из рук.

— О Аллах! — не могу скрыть изумления. — Его снимут с поста после этого?

— Нет, я решила купить эти акции. Я очень ругаю себя за эту мягкость, но мне стало так жаль его… — говорит она и замолкает. — Он разрушил свою жизнь. Я не хочу, чтобы он утонул. Как я могу не подать ему руку, когда он остался совсем один? Мехмет так зол на Берка. А теперь и на меня.

— У вас золотое сердце. — Я понимаю, что будь на её месте, поступил бы точно так же. — Уверен, вы поступили правильно.

— Надеюсь, сынок, очень надеюсь, что не сделала ему медвежью услугу этой выходкой. — Отвечает она и