Я (не) буду твоей, дракон! - Ева Ардин

Судя по лицу девушки, вмиг принявшему ярко-красный оттенок, она нафантазировала что-то совсем уж неприличное.

— Я услышал грохот… и решил… впрочем, неважно, — поджав губы, произнес олигарх. Он прокашлялся и добавил: — Рад, что с вами все в порядке. Я пришел сказать, что Максим пришел в себя. Он хочет уже вставать. Ему можно? Врачи не советуют…

— Конечно же, нельзя! — возмутилась я, даже не став переводить для Вика слова Сергея Николаевича. — Он же только что был при смерти! Вы логику включите — человеческое тело не может восстановиться за такой короткий срок! Ему надо есть и спать!

Мне, кстати, тоже не помешает. И поесть, и поспать. Только надо мыло смыть.

— Хорошо, — кивнул Сергей Николаевич. — Прикажу дать ему снотворного. А то уж больно активничает…

— Если его сын сам навредит себе, я его больше лечить не буду, — произнес Вик. — Лара, надо выяснить у этого человека, кому он успел рассказать о нас, и приказать отключить следящие артефакты.

— Хотелось бы для начала искупаться, — поморщилась я. Добавила для Сергея Николаевича: — Вы не могли бы подождать нас в комнате? Нужно поговорить.

— Конечно, я буду в столовой. Пока отдам приказ докторам усыпить Максима. Ужин готов, и одежду для вас уже доставили. Ирочка, принеси пакеты.

Девушка в униформе закивала, как болванчик, завороженно глядя на Вика. Сергею Николаевичу пришлось взять ее за плечо, и подтолкнуть, чтобы она очнулась и вышла. Сам он собрался последовать за ней.

— И будьте добры отключить видеокамеры тут, — добавила я. — Не люблю, когда меня снимают без моего ведома.

— Камеры? — натурально удивился олигарх. Но потом из его взгляда пропала осмысленность, и он кивнул. Достал телефон и принялся что-то там наживать: — Конечно-конечно.

И вышел.

— Делаешь успехи в ментальной магии, — одобрил Вик. Он взял меня за плечи и потянул в сторону душевой кабины.

Я даже дала себя туда завести. Но потом резко развернулась и уперла руки в бока:

— Ты со мной не идешь. Купаемся по очереди, и точка.

Вик одним плавным движением подался вперед. Он оказался вплотную, нависая надо мной, не прикоснувшись, но оставив между нами буквально миллиметр расстояния.

— Как скажешь, айяра, — хрипло прошептал он. — Все равно я не уверен в своей выдержке, когда ты рядом со мной. А на полноценное соблазнение сейчас, к сожалению, нет времени…

— Тебе не хватит всего времени мира, чтобы соблазнить меня.

Я со щелчком захлопнула перед носом дракона дверцу в душевой отсек.

И даже смешок, раздавшийся от Вика, не испортил удовлетворения от маленькой победы.

Глава 19

После быстрого душа мне досталось еще одно испытание для выдержки и терпения — не сбежать, пока моется Вик. Испытание нелегкое, надо признать.

Я росла с чувством ненависти к драконам, и то, что сейчас приходится проводить много времени с одним из них, никак не радовало.

А еще больше удручало то, что Вик привлекал меня как мужчина.

Причин более, чем достаточно, чтобы послать гадского дракона к черту и затеряться на необъятных просторах Земли. При всем желании Вик не сможет меня найти.

Но с фактами не поспоришь — сама я не смогу вернуться в родной мир. А вернуться хотелось — ведь только в магическом мире можно летать. В полной мере почувствовав свою стихию, я поняла — отказаться от нее не смогу ни за что.

Значит, придется потерпеть, и подождать, пока дракон смывает с себя мыльную пену. Конечно же, он разделся полностью, да еще и дверь в душевую не закрыл — ведь я могу убежать! Пришлось демонстративно отвернуться, исследуя содержимое пакета с одеждой, что доставили по приказу Сергея Николаевича.

Там обнаружились джинсы, футболка, спортивная куртка, и белье с носками. С размерами тот, кто собирал этот милый моему сердцу образ, почти угадал, разве что лифчик был маловат. Зато он оказался не однослойным, а с поддержкой груди — аккуратно разорвав внутреннюю подкладку и вытащив немного ненужного поролона, я привычным образом запихнула туда мой драгоценный камень силы.

Надев джинсы, почувствовала себя человеком — насколько это вообще возможно для демона.

— Прекрасно выглядишь, — прокомментировал Вик.

Он застыл в проеме душевой, обернув бедра полотенцем. С длинных черных волос на грудь стекали струйки воды. Они бежали по гладкой коже, и впитывались в белую махровую ткань, что выгодно оттеняла тренированный пресс, даже сейчас радовавший рельефом.

Я мысленно отвесила себе оплеуху, поняв, что несколько секунд тупо пялюсь на мокрого дракона. Пора, пора, это прекращать.

— Тебе нужен фен, — сообщила я. — Мне тоже не помешает.

Собственные волосы, высыхая, начали завиваться крупными кольцами, что мне всегда не нравилось. Если так оставить, голова будет похожа на одуванчик. Беленький такой и очень пушистый — ведь под воздействием магии краска с моих волос куда-то испарилась, и теперь они приобрели родной серебристо-белый цвет.

Выйдя в спальню, я наткнулась на горничную, которая как раз принесла для нас несколько коробок с обувью. Разговорив девушку, удалось выяснить, куда именно нас занесло — как оказалось, мы в паре сотен километров от столицы.

Могло быть и хуже. Интересно, как далеко добираться до портала? Вик в ответ на мой прямой вопрос сделал загадочное лицо, и сообщил, что сначала нужно поговорить с Сергеем Николаевичем, а там видно будет.

Что будет видно? Мы ведь уже говорили, я даже в его голове успела побывать — неужели нельзя было сразу все спросить?

Горничная принесла по моей просьбе фен. Бедняжка так пялилась на одетого в одно полотенце дракона, что сразу становилось понятно — она и волосы ему высушить готова, и вообще сделать все, что он пожелает. А если не пожелает, то все равно сделать, потому что мозг у девушки явно перестал работать, остались одни основные инстинкты.

Вот интересно, я также выглядела несколько минут назад, когда Вик только вышел из душа?! Скорее всего да. Никуда не годится!

Но дракон, к несчастью горничной, больше заинтересовался устройством фена, чем ею. Пришлось объяснять ему, как им пользоваться, что само по себе вышло очень занятно — Вик чуть не спалил электроприбор, когда выдал сноп голубых искр прямо из пальцев.

Зато горничную как ветром сдуло. А я снова разулыбалась — шевелюра Вика, вечно бесящая меня своей идеальной ухоженностью, наэлектризовалась,