Снимай меня! - Вулрич

— Добрый вечер, господа, — обратил на себя внимание.

— Привет, друг, — Артур пожал мне руку и даже приобнял, что стало для меня странным поведением для человека, которого вижу в третий раз.

Может, он счастлив, поэтому так реагирует на всех.

— Хочу вас поздравить с бракосочетанием, — отлепил от себя Артура. — Надеюсь, ваша семья будет крепкой, не подвергнется никаким соблазнам и с легкостью справится со всеми испытаниями.

Руслана подняла на меня взгляд, тяжело вздохнув, опять опустила глаза. Я видел, что она хочет что-то мне сказать, что хочет что-то изменить, но страх и неуверенность ее окутали с ног до головы. А мое сердце выпрыгивало из груди и виски пульсировали от эмоций.

— О, как приятно, — радовался жених, ничего не подозревая о моих чувствах к его избраннице.

— У меня небольшой подарок, — запустил руку во внутренний карман пиджака.

— Не надо было, фотосессия нашей свадьбы лучший подарок, — вдруг прервала свое молчание блондинка.

— Ах, не надо этих слов фея, — подмигнул ей, видя тень смущения.

— Фея, не то слово, — вклинился Артур со своим комментарием.

Я протянул конверт с путевками в загородное шале на несколько дней с полным пакетом оказываемых услуг, спа, бассейны, массажи и прочее.

— Спасибо огромное, — обрадовался парень и пожал мне руку, как только увидел, что было в конверте. — Сразу после всех гуляний отправимся туда. Да, моя красавица?

— Конечно, — улыбнулась Руслана мужу и перевела взгляд на меня. — Спасибо, Петр.

Я ничего ей не ответил, а просто откланялся, направился на улицу, чтобы перевести дыхание, от накатывающих эмоций. Мне было обидно и неприятно видеть девушку в объятиях этого чурбана.

Поэтому сидя на заднем дворе, я крутил в руках сигарету и уже принял решение уходить, но вдруг заметил приближающуюся фигуру. Эта злобная копия прекрасной эльфийки.

Она, будто маленький дьявол, была одета в черно-красный блестящий комбинезон, и улыбалась, но с таким ехидством, что совсем было не похоже на доброжелательность.

— Ну, привет, — произнесла Вера.

— Привет? Ты забыла сказать, что я дебил, козел и бабник.

— Не хочется портить праздник, — блондинка искренне улыбнулась, а я обратил внимание, что она привлекательная, когда не ругается и не хмурит брови. — Можно?

Показала пальцем на сигарету, и я протянул ей ее. Блондинка закурила и выпустила вверх дым. Тяжело вздохнула и закрыла глаза.

— Ты такая странная, маленькая злюка.

— Почему? — Вера всунула мне сигарету и вытащила из кармана плоскую фляжку, видимо с каким-то напитком. Она сделала глоток и искривилась.

— Ты же меня ненавидишь, почему подошла? — протянула она мне напиток, который я принял, но прежде поболтал в руках.

— Я не ненавижу тебя. Просто ты…

— Что я?

Девушка повернулась ко мне лицом и застыла с открытым ртом, будто хотела что-то сказать, но удержалась.

— Ну, говори уже, — закинул голову вверх и закатил глаза, ожидая в очередной раз поток оскорблений от нее. — Давай, скажи, что я животное, что я урод и что ты рядом с таким даже стоять не можешь, а подошла, чтоб унизить.

— Нет, ты молодец, — вдруг мягко произнесла она.

— Чего? — кажется, я перестал моргать, да и дышать тоже.

Она поправила воротник моей рубашки, а я немного отшатнулся от неожиданности.

— Мне Катя рассказывала о ваших отношениях и о том, как вы расстались, и что ты даже расстаешься романтично. Оказывается, ты не такой уж и козел, хотя я знала…

— Что ты знала? — моему удивлению не было предела. Вера словно сняла с себя маску и превратилась в прекрасную принцессу, как только изменила подачу и разговор со мной.

— Просто, наша первая встреча была ужасна и совместная работа тоже, но это не по твоей вине.

— Не по моей? Ты же всегда говорила, что это я во всех грехах виноват.

Вера подняла мою руку с фляжкой, поднеся к губам, а я ощутил запах коньяка. Такая хрупкая нежная девушка и такой тяжелый напиток. Без сопротивления я выпил немного, чувствуя тепло в грудной клетке.

— Я просто немного испугалась, — продолжила она мягко.

— Чего? Или кого? Меня? — растеряно произносил я, все еще не отводя взгляда от блондинки, ища подвох в ее поведении.

— Себя.

— Ты знаешь, я тебя тоже немного побаиваюсь.

Вера усмехнулась, потом дотронулась пальцами до моей руки и пробежалась по костяшкам. По сравнению с моей рукой, ее ручка была будто крохотной, но очень красивой. Она что-то хотела мне сказать, но все же не решалась. Что-то ее терзало, когда она смотрела на меня и отводила взгляд.

И я решил прервать молчание:

— О небо, вот так красота!

Я в жизни не видал подобной.

Как не испорченно — чиста.

И как насмешлива — беззлобна!

Багрянец губ, румянец щек,

Я их вовеки не забуду!

Несмело подкосилась вбок,

Потупив взор, — какое чудо!

А как ответила впопад!

Нет, это прелесть, это клад!

Вера улыбалась, а я убрал волосы с ее лица, чтоб рассмотреть такую редкую для нее улыбку. Девушка не убрала мою руку, не дернулась, не ударила меня и даже не оскорбила.

— Ах, Фауст, мне ли эти строки, или же моей сестре? — без раздумий угадала, откуда я взял эту цитату.

— Это ты? — меня прошибло током, и по телу пробежала сильная дрожь, заставляя сердце выскакивать из груди.

— Ты что меня до этого не видел? — Вера нахмурила брови и посмотрела на меня удивленно. А я встал со скамейки, и взял ее за руку, поставил перед своим лицом.

— Откуда ты поняла, что это Гете «Фауст»? Не может это быть совпадением.

— О чем ты? Я тебя не понимаю, — на лице растягивалась игривая улыбка.

— Все ты понимаешь, перестань мне пудрить мозги, — пригрозил пальцем у лица девушки. — Это ты в тот