Сердце напополам - Юлия Резник

– Это только нам решать. – Не сдержавшись, целую ее пальчики – костяшки, прихватываю губами кончики. Кровь так стремительно отливает от головы в живот, что дорога перед глазами начинает плыть. А у меня тут двое вообще-то. Выматерившись, опускаю наши переплетенные руки. Прижимаю ее ладонь к бедру, накрыв своей грабаркой.

– Рустам… – И голос дрожит.

– Все будет нормально, Свет. Ты только не волнуйся. Сейчас Дэн подгребет – мы все решим.

– Почему мне кажется, что мне при этом никто не собирается давать слово?

Понятия не имею, что на это ответить. Потому что никто ее слушать не будет – факт. Ну что толкового может сказать нашпигованная гормонами ба… женщина? Да ничего. А тут серьезный вопрос. Вопрос жизни и смерти, как бы пафосно это не прозвучало. Достаточно вспомнить, что еще какие-то два месяца назад меня чуть не подорвали.

Во двор дома с Дэном въезжаем вместе, только с разных сторон. Денис выглядит слегка удивленным тем, что мы со Светой вместе, но особенно этого не показывает. Так, лишь бровью ведет. Поднимаемся в лифте молча. Дома тоже тихо. Так странно, я уже который месяц живу в другом месте, а все равно именно квартиру Светы воспринимаю домом. Еще утром меня это бесило. Потому что мне здесь, рядом с ними, не было места. А теперь вон как все изменилось.

– Так что у вас случилось? – берет быка за рога Дэн. Ну, может быть, так даже лучше. Гляжу на нерешительно жующую губы Свету и, пожав плечами, рублю:

– Света беременная. От кого, как ты понимаешь, неясно.

Денис ошалело молчит. И так медленно ведет от меня взглядом к Свете, а от нее – ко мне.

– В смысле? Я с ней был.

– Я тоже. Срок как раз совпадает. Что думаешь?

– А ты почему ему первому сказала?

На фоне стресса или какой-то другой херни малого совершенно не туда заносит, и мне опять приходится вмешаться:

– Она не говорила. Я сам сложил два плюс два. Если бы ты чаще бывал дома, тоже это заметил бы.

Денис отвечает мне злобным взглядом и, наконец, шагает к Свете. Ну, слава богу. А то я уж думал, до него никогда не дойдет, как ей сейчас это надо.

– Свет, Светик… Ты что? Ты чего не сказала, маленькая?

– Говорит, не была уверена, что тебе придется по душе эта новость.

– Почему? – несмотря на то, что с ним говорю я, малой глаз не сводит со Светы. И так… въедливо, так зло он на нее смотрит, будто и впрямь не понимает, что сам ей дал повод для страха. Всё же мужики и бабы по-разному мыслят. Денис был уверен, что Свете дела нет до его отлучек, и вел дела как привык. А она уже с три короба надумала и так себя накрутила, что как только резьбу не сорвало? – А-а-а, – тянет. – Понял. Но мы ведь говорили об этом, Свет. Я думал, вопрос закрыт. Свет, Светка… У нас ребенок будет, – расплывается Дэнчик в улыбке и, сжав ее посильней в лапах, тычется носом в шею. Я это отмечаю фоном, думая о том, что Света ему по поводу отлучек предъявляла, выходит. А малой какого-то черта не сделал выводов. Или сделал? Интересно, когда состоялся этот их разговор?

Светка всхлипывает. Кивает. Мол, да, будет ребенок, и виноватым, мать его, голосом добавляет:

– Только срок такой… Может, и не у нас.

– Да по фиг, – машет рукой Денис. – Потом, значит, мой будет.

– Ну, да, – сквозь слезы смеется Света. – Тут хоть бы что с этим делать решить.

– В смысле? А что не ясно? Воспитывать будем, да, Бать?

Я киваю, а Света, не заметив этого, фыркает:

– Ну, да. Дите полка. Вы как скажете!

– Да почему нет-то?

– Почему?! Да потому что ребенка надо будет на кого-то записать! Не на двух же?! Кто-то один должен будет ходить с ним в поликлинику и забирать из детского сада. Мы живем в обществе и…

– Цыц, – осекаю начавшуюся было Светкину истерику. Может, и грубо, да. Зато действенно. Вон, стоят оба, закрыв рты, и на меня со вниманием пялятся. – С этим как раз все понятно.

– Да неужели? А мне, представь себе, нет, – опять взвивается Света. Пожимаю плечами:

– Женится на тебе Дэн. И отцом он будет записан.

– Но если…

– Все равно. Отцом будет записан он, – чеканю слова и перевожу взгляд на Дениса: – Да?

– Да, – понятливо кивает тот. – В целях безопасности, Свет.

Света раздумывает лишь секунду, она тоже умная девочка, на лету схватывает, почему так.

– Но как же? Как… Рустам?

– А он будет рядом.

– Да. Буду. Приезжать. Помогать.

– Стоп, – обрывает меня малой. – Приезжать? Какого хрена? Мы семья!

– Семья. – Покладисто соглашаюсь.

– Тогда ты должен жить с нами. Скажи, Свет?! Какого хера он там себе напридумывал?!

– Чушь не неси! Это невозможно, – срываюсь, вдруг вспомнив, каким шальным и резким был в молодости. До того, как от моей выдержки стала зависеть жизнь.

– Почему? – поднимает глаза Света. – Ты… не хочешь? Тебе с нами плохо? Со мной. – И руки в рукавах прячет, ежась так беззащитно, что мне ее сгрести хочется и никогда, никогда не отпускать.

– Да какого хера?! Я же русским языком говорю – это опасно. Для тебя. Для мелкого. Нельзя светить нашу связь.

– А мы и не будем ее светить! – орет Дэн, и я отвечаю тем же:

– Живя вместе?!

– Можно квартиры смежные купить, что-то еще придумать. Свет, скажи? На хер нам не нужны его благородные порывы.

– Это не тебе решать, – рычу я, ставя волчонка на место.

– А кому? Ты-то уже думаешь, как слиться.

– Да что ты знаешь?! – шагаю вперед. В глазах темнеет от злости, и хочется в глотку ему вцепиться, ведь Дэн и впрямь, похоже, не понимает, чего мне это решение стоит. Я же себе хребет ломаю, су-у-ука. Я же себе ломаю