Дикарь из глубинки или курс выживания для мажорки - Алекс Коваль

Выскакиваю из тачки. Милка не ждет, открывает дверь, но я перехватываю ее руку и притягиваю к себе. Машина отъезжает, а мы все так и стоим, смотрим друг на друга.

– Я не думала, что ты приедешь, – пробормотала девчонка.

Усмехаюсь. Она сейчас такая миленькая. Хочется скорее получить к ней доступ. Поэтому беру ее за руку и веду за собой.

В лифте происходит сумасшествие. Я не смог сдержаться и как только двери закрываются, вжимаю ее в себя, носом веду по щеке, виску, волосам. Сожрать ее хочется. Как я оголодал по ней за это время. Как мне ее не хватало. Такой дерзкой и в то же время наивной, доброй, нежной, отзывчивой.

Стонет мне в губы, цепляется пальчиками в мои плечи. Опускаю руки на ее попку, обтянутую тканью платья. Вжимаю в себя, а сам толкаюсь в нее бедрами. Всхлипывает. Отрывается первой, тяжело дышит, губы горят.

Лифт останавливается, и двери открываются. Веду Милу за собой. Отпираю замок, пропускаю ее внутрь, закрываю за нами дверь.

Погружаемся в темноту. Милка замолкла. Подхожу к ней и, расставив руки по разные стороны от нее, упираясь в стену, вглядываюсь в ее личико.

– Попалась?

– Угу.

Снова ее нюхаю. Надышаться ею не могу. От понимания, что вот она, рядом и не бежит от меня, плыву. Ритм сердца сбоит, пульс зашкаливает. Старею? А не хочется, потому что рядом она, совсем молоденькая, неопытная.

Снова целую, а она цепляется за меня. Обвивает шею, запускает пальчики в волосы, оцарапывает коготками кожу головы. Стягивает с меня куртку. А я скидываю лямки с ее плеч, а затем нащупываю молнию и дергаю за бегунок. Молния заедает, а бегунок тупо остается у меня в руках. Матерюсь. Но тормозить не собираюсь и подхватываю ее за попку, усаживая себе на бедра. Девчонка обвивает меня ногами, ее платье задирается почти до талии.

Несу ее в спальню. Хочу ее. Пиздец, как хочу.

Укладываю на постель и целую-целую-целую.

– Миша, – шепчет и ищет мои губы.

Целую, кусаю. Чертово платье, мешает добраться до груди. Дергаю его на себя, вскрикивает. Дергаю за подол в разные стороны, и оно расходится по швам. Остается передо мной в одних трусиках, которые еле прикрывают стратегически важные места.

Тянет ко мне руки. Садится. Тянет мою футболку вверх, помогаю раздеть себя. Откидываю ненужную тряпку в сторону, и ее пальчики тут же касаются моей груди.

– Ты огромный, – выдыхает.

Усмехаюсь. А ее пальчики очерчивают мышцы на животе, ползут вниз. А потом замирают. Трусит девчонка. Но это ничего. Я научу ее быть смелой. И ей это понравится, потому что она сама еще не понимает, какую власть имеет надо мной.

Откидывается на подушки, а я накидываюсь на ее грудь. Затвердевшие соски так и манят. Сжимаю губами, покусываю. А она извивается подо мной. Стараюсь оставаться в сознании. Потому что понимаю. Это впервые у нее. Я не имею права налажать. Когда мои руки тянутся к трусикам и я их начинаю стягивать, девчонка замирает.

– Миш, – выдыхает.

– М? – не могу оторваться от нее, целую животик.

– Миша, мне нужно в душ.

Замираю над ней.

– Зачем? – глупый вопрос.

– После клуба, я пахну, вспотела, – еле шепчет.

– Хорошо, – отстраняюсь и перекатываюсь на постель.

Она тут же вскакивает, прикрывая грудь руками. Глупая, все, что надо, я уже видел.

– А где ванная? – замирает посреди комнаты.

– Как выйдешь, сразу напротив дверь, – и она тут же торопится на выход из спальни.

Я лежу на спине, пялясь в потолок. В груди пожар, в штанах жесть что творится, яйца болят. А когда девчонка входит в спальню, на ней банный махровый халат, закрывающий ее полностью от моих глаз. Может, и хорошо, мне нужно немного остыть.

– Я тоже в душ, быстро, – говорю, вскакивая на ноги и несусь в ванную.

Ополаскиваюсь максимально быстро ледяной водой. Но и она не помогает опасть члену. Стоит колом.

А когда возвращаюсь в спальню, замираю.

Милка лежит в кровати, свернувшись клубочком. Подхожу, присаживаюсь на край постели.

Спит. Умаялась, плюс алкоголь и нервишки дрогнули. Вот и результат.

Прядь волос, упавшую на лицо, осторожно убираю пальцами в сторону. Моя. Как бы ни сопротивлялась. Но вспоминая, как тянулась ко мне, улыбаюсь.

Укладываюсь рядом, осторожно, чтобы не разбудить ее. Притягиваю за талию к себе и утыкаюсь носом в ее тонкую шейку.

Так и засыпаю с мыслью – моя.

Глава 27. Жениться? На мне?

Мила

Просыпаюсь от того, что жарко. На меня словно шубу накинули в жаркий день. Или в баню отправили париться. Хочу повернуться, но мне некомфортно, тяжело.

Разлепляю с трудом глаза и тут же зажмуриваюсь. Мой воспаленный мозг вспышками атакует боль. Но просыпаться нужно. Жутко хочу пить. Поэтому снова, только уже осторожно открываю глаза. И не узнаю комнату. Я вообще где?

Кадрами проносится перед глазами вчерашний вечер. Договор с Полей о походе в клуб. Мишины звонки и сообщения. Потом клуб, танцы и…

Поворачиваюсь, потому что понимаю, что на мою талию легла чья-то тяжеленная рука. И вижу…

– Миша! – возмущаюсь, увидев мужчину, нагло меня придвигающего к себе.

Лежит и улыбается. И смотрит так, будто ничего краше в этой жизни не видел.

– Доброе утро, – отвечает.

– Какое оно доброе? – пытаюсь отодвинуться, но куда там?

– Самое доброе, – чуть ли не мурчит он.

Замираю и пялюсь на его довольную рожу во все глаза. Это что вообще значит? Мы в одной постели? Он рядом… Мы переспали? Нет-нет-нет! Этого быть не может! Мой первый раз и…

– А ты ничего не помнишь? – чуть вздернув одну бровь вверх, интересуется, все еще разглядывая меня ленивым взглядом.

Молчу и, кажется, краснею. Стыдно до жути! Не для этого я себя берегла. Память подкидывает картинки вчерашнего вечера, где мы с Мишей целуемся. Да так, что у меня мурашки по коже проносятся. Точно, после такого и немудрено, что мы с ним оказались в одной постели.

Наш разговор прерывает звонок в дверь.

– Кто это? – спрашиваю.

Сердце в груди в панике лупит о ребра.

– Ты кого-то ждешь?

– Ага, – хмыкает