Неоспоримый - Х. Р. Пенроуз

Я не понимал этого, пока не стало слишком поздно, пока за его приобретения не заплатили грязными деньгами, и он не был тесно связан с мафиозной семьей из Мадрида, наряду с другими.

Стук в дверь заставил меня поднять голову, и я жестом пригласил своих руководителей войти. Мария и Эверетт устроились в креслах по другую сторону моего стола.

— Читаешь отчеты? — спросила Мария, на лице ее отразилось отвращение.

Я подвигал челюстью из стороны в сторону.

— Нам предстоит проделать большую работу по розыску сотрудников, если они, конечно, еще живы.

Я нанял примерно семьдесят процентов тех, кого мой отец несправедливо уволил, даже владельцев бизнеса, у которых почти ничего не осталось от их имени. Многие отвергли мое предложение о работе, глядя на меня с такой же ненавистью, потому что я был его сыном и считали, что буду ничем не лучше. Другие, кто принял мое предложение, нашли работу в моих клубах, барах, спортзалах или где угодно. Будь то уборка, администрирование, драки, охрана, у меня всегда была подходящая вакансия для кого-нибудь. Взамен я получал их столь необходимую лояльность и поддержку.

— Они сообщили, что владелец ресторана покончил с собой после того, как не стал молчать о методах ведения бизнеса Гектора. В местных новостях упоминалось, что компания разорилась из-за долгов. С другой стороны, его семья знала об этом лучше, — сердито признался Эверетт. — Они приняли наше предложение о безопасности и работе.

Я хлопнул рукой по столу, предметы на столе задребезжали. Ярость закружилась во мне, как торнадо. Мне нужен бой, чтобы снять это напряжение.

— Что-нибудь еще важное, требующее моего внимания? — я стиснул зубы.

Мария и Эверетт разделяли мою ярость. Они были со мной с тех пор, как я открыл свой первый бизнес, и были предыдущими сотрудниками моего дедушки, теми, кому, как он и дедушка сказали мне, что я могу доверять. Они доказывали это снова и снова на протяжении многих лет и приводили в движение механизмы, когда меня не было под рукой.

— Теперь на мероприятии аншлаг, — предложил Эверетт, меняя тему. — Мы просто подтверждаем последние истребители.

— Соедини меня, — я хрустнул костяшками пальцев. — Давно не виделись.

— Так и есть, — согласилась Мария. — Это также будет напоминать людям о том, кто ты и на что способен.

Я провел штангой по задней поверхности зубов.

— Верно.

Загудел главный телефон, на дисплее высветилось сообщение о вызове на прием. Они оба подтвердили и ушли.

— Да? — ответил я.

— Мистер Наварро, Кристиан Ортис просит вас уделить ему несколько минут.

Моя голова переключилась на экран системы безопасности, и я увидел мужчину собственной персоной, стоящего неподалеку. Я подобрал папки и засунул их в напольный сейф.

— Он вооружен? — спросил я.

— Он сдал свое оружие на хранение без нашей просьбы.

Мои глаза пробежались по комнате, уверенные, что ничего, что он мог бы использовать против меня, не было видно.

— Отправьте его наверх.

Я опустился на свое сиденье, выдвинул один ящик и снял фальшивое дно. Отперев ее, я достал пистолет, зарядил обойму и положил его на расстоянии легкой досягаемости.

Кристиан вошел и закрыл за собой дверь. Не говоря ни слова, он сел напротив меня с неподвижным выражением лица. Холодные голубые глаза не отрывались от моих. Тишина затянулась; я приподнял бровь.

— Я здесь не в официальном качестве, — признался он.

— Я бы хотел надеяться, что нет. Недавно мне уже пришлось запретить одному члену семьи Ортис посещать одно из моих мест.

— Интересно, — сказал Кристиан, не спуская с меня пристального взгляда. — Несмотря на мои неприязненные чувства к моей сестре, ты должен понимать, что Елена — как и ты и я — несет ответственность. У нее мало выбора в том, как пойдут дела.

Вот это была интересная информация.

— Разница в том, что я делаю все возможное, чтобы отстраниться от всего, что связано с моим отцом и твоим, — признался я. Это был широко известный факт.

— Я искренне надеюсь, что ты справишься вовремя, — он на мгновение отвел взгляд, прежде чем снова переключить его на меня. — У меня есть к тебе предложение.

Откинувшись на спинку стула, я спросил:

— От имени тебя, твоей семьи или твоей организации?

— Это не имеет к ним никакого отношения. Это личное, — я кивнул, чтобы он продолжал. — Когда придет время, я свергну организацию Алехандро и превращу ее во что-то свое. Я хочу демонтировать и перестроить ее во что-то лучшее, чем она есть сейчас. Однако мне понадобится твоя поддержка.

Я прищурила глаза, мое тело застыло.

— Это интригующее предложение. Разве Алехандро не накажет тебя за нелояльность и заговоры за его спиной несмотря на то, что ты его сын?

Если мои слова и смутили его, он никогда не подал виду. Предать свою организацию, в которой ты был связан клятвой по рождению, было желанием смерти. Я редко имел дело с Кристианом. Я был в его компании всего дважды, поэтому не мог составить о нем представления и о том, что он может получить, за исключением вышедшего из-под контроля синдиката. Чтобы это произошло, Алехандро должен был умереть или стать недееспособным.

— Предательство карается смертью. К несчастью для него, он не может убить меня, поскольку я слишком полезен ему живым. Разве ты не делал то же самое против Гектора? — спросил Кристиан.

— Как я могу быть уверен, что твое появление здесь не является частью плана, разработанного твоей семьей, который будет использован против меня?

Его пальцы постукивали по бедру.

— Потому что я отдам тебе свое самое ценное достояние, о котором знает лишь горстка других. Это может быть использовано против меня, но я советую тебе не делать этого. Если кто-нибудь узнает о ней от тебя, я медленно сдеру кожу с твоих костей. Только после того, как разрешу тебе посмотреть, как я сначала сделаю это с твоими близкими, включая твою маленькую подружку-англичанку.

Мои губы растянулись, и я оскалил зубы. Адреналин разлился по моему телу. Мне захотелось перепрыгнуть через стол и извлечь из его головы информацию о самых близких мне людях. Мучительно.

Кристиан достал свой телефон и перевернул его, чтобы показать мне, нажав на несколько фотографий малыша. Мой пульс замедлился, я наблюдал за ним с легким замешательством.

— Знаешь ли ты, что происходит с внебрачными детьми в наших ближайших родственниках? С теми, кто родился вне брака по договоренности? — он сунул телефон в карман, в его словах слышался намек на