Зимний зной - Иден Бар

Перевожу тяжёлый взгляд на своего бывшего личного помощника:

— Что это?

— Г-где? — оторопев, Антон даже начинает заикаться.

Парни тоже глядят на меня непонимающе.

— Давай-ка пересядем за другой стол. Разговор есть, — я быстро ставлю его перед фактом, и пересаживаюсь за соседний столик первым.

Нехорошо, если он успеет сориентироваться, но и при них говорить тоже не хочется.

— Это Кристина, моя девушка. Мы поссорились, я ей звоню, она трубку не берет, — скороговоркой выпаливает он, — а че такое, я не понял?!

— А ты че так напрягся? — решаю перебдеть, продолжив задавать вопросы.

Мне не нравится реакция Антона. Хотя в целом, возможно, убедительно.

— Девушка, говоришь? Тогда почему в вашей переписке только одна смс-ка?

— Ты и это успел посмотреть? — он пытается скрыть от меня смущение. Тянется к телефону, но я не отдаю.

— Антон, ответь на вопрос.

Очень стараюсь говорить спокойно.

— Мы просто недавно встречаемся, раньше только созванивались, и все! — чертыхается он. Агрессирует, — ты чего, Зима?!

Киваю:

— Ну, допустим. А почему не зайка, там, котик, еще какой-нибудь зверь?

Как могу, «считываю» его мимику и любые реакции. Я ищу в его лице что-нибудь необычное. То, что даст мне подсказку.

— Да мы с ней так не общаемся, — он пугается, — и вообще, недавно знакомы!

Не знаю, но похоже на правду. Мы ведь с Тоней тоже обходимся без заек и котиков. Так что это его типа «сухое» обращение к девушке еще ни о чем не говорит.

— Что ты хочешь услышать? — Антон чуть не плачет.

И я смягчаюсь. Возвращаю ему телефон.

— Понимаешь, — объясняю, — было время, когда кто-то регулярно сливал информацию обо мне куда ни попадя, и мне очень не хочется думать, что это был ты!

Снова пристально смотрю на него, но Антон уходит «в отказ», все отрицая.

— Блин, да кто и что сливал?! — невнятно мычит в ответ.

Пытается задавать вопросы. Я понимаю, что так ничего не добьюсь, только потеряю время.

Даже если это он, то, что дальше? Убить и закопать его хладный труп, чтобы ничего никому не рассказал?!

Ну не вариант же. Припугнуть разве.

— Антон, — произношу я максимально сурово.

Выдерживаю паузу, и он растерянно замолкает.

— Я не шучу с тобой. Ты сливал? Признавайся.

— Да нет же!

Недобро смотрим друг на друга.

А что, если я ошибаюсь?

— Короче, так, — встаю и закидываю рюкзак на плечо, — извини, если я неправ. Но запомни. Если узнаю, что ты вредишь мне или знал, что кто-то вредит, и не сказал, то…плохо будет всем!

Не дожидаясь его реакции, возвращаюсь к парням. Прощаюсь. Мы пожимаем друг другу руки, а Антон медленно пересаживается за их стол.

— До встречи, — говорю им всем напоследок, и выхожу из кафе.

Вот так! Мне плевать, что они подумали. Пусть крыса будет предупреждена, если она здесь есть, конечно.

Что еще я могу сделать?

На душе скребут кошки, но недолго. Муторное, неприятное чувство подозрительности вскоре сменяется мыслями о том, что всего через пару часов Тоня будет в Москве.

Значит, стоит поторопиться. Сначала мотнусь в банк, потом домой в душ и переодеться, а после на вокзал! Встречать свою будущую жену.

Расплываюсь в улыбке. Сажусь в машину.

Пока все идет прекрасно!

И чего я так распереживался? В конце концов, я ведь не сказал ничего такого. Сказал, что еду в Питер, вот и пусть ищут меня там, если что. А вернее, нас.

Конечно, пацаны знают Тонин адрес, но ее уже там нет, и не будет. Когда они это поймут, будет слишком поздно.

Мы уже будем женаты и далеко отсюда! Ни Катя, ни Тимур, ни кто-либо еще ничего не смогут с этим поделать. Никогда.

А с Тимуром я разберусь позже, как только придумаю способ поизящнее. Может быть, нам даже не придётся воевать друг с другом. Мне, во всяком случае, очень бы не хотелось этого.

Все же, осторожность не будет лишней. Ну, не пойдём сегодня в рестик после росписи, чтобы лишний раз не светиться. Поужинаем дома, делов-то!

Я отменю заказ, так даже лучше… Мы побудем дома, до самолёта остается куча времени.

В раздумьях, дорога до банка пролетает незаметно. Паркуюсь под ним, и захожу внутрь. Санчо прав! Я, похоже, весь свечусь от счастья, потому что на меня уже заглядываются люди.

Заставляю себя сосредоточиться на деле. Справляюсь примерно минут за сорок.

Выхожу из банка с почти пустой сумкой и выражением блаженного счастья на лице. Теперь и отныне — только приятные дела, думаю я в тот момент, когда раздается звонок телефона.

Абонент неизвестен, но, на всякий случай, поднимаю. Тонечка в пути, одна, так что мало ли.

— Данил? — медленно, с чувством собственного превосходства произносит смутно знакомый мне голос в трубке.

По телефону я слышу этого человека впервые. Но, конечно, сразу понимаю, с кем имею честь.

— Это Тимур Эльдарович, — важно продолжает он.

— Какой Тимур Эльдарович? — решаю пошутить.

Секундное замешательство.

— Урусов. «Граффит Стар», — чеканит он, — ваш новый продюсер.

К счастью, я уже «подготовлен» Вирмантасом, так что не теряюсь.

— Весьма польщен, — говорю, стараясь, чтобы это не прозвучало слишком уж издевательски, — но боюсь, вас дезинформировали.

— В смысле? — выдыхает Тимур презрительно.

В коромысле, так и подмывает меня по-детски ответить ему. Но напоминаю себе, что вообще-то не хочу войны. Просто послать его. Желательно максимально корректно.

— В том смысле, что я действительно разошелся с Вирмантасом, но не планирую работать с вами! — спокойно объясняю.

Тимур походу снова в режиме перезагрузки, так как замолкает.

— А вы считаете меня настолько талантливым, что готовы даже лично продюсировать? — не удерживаюсь от злорадного вопроса.

Я должен быть осторожен, напоминаю себе! Сегодня, особенно.

Тимур ни разу прямо не говорил мне, что я у*бок, в те редкие встречи, когда нам доводилось пересекаться где-то, но он всегда давал понять, что это так.

Поэтому сейчас мне хочется поговорить с ним чуть в другом тоне, чего я, к сожалению, не могу себе позволить.

По крайней мере, пока.

— Давай рули в мой офис на Тверскую, пообщаемся там, — игнорирует он мой вопрос, — я буду здесь часов до девяти вечера. Ты в Москве?

— Извините. Дела, — отзываюсь, — как-нибудь, в другой раз.

В воздухе ощутимо повисает напряжение.

Мы оба, я чувствую, стараемся быть вежливыми, но, видимо, каждому из нас это дается нелегко. В любую секунду кто-то может «взорваться», и очень надеюсь, что это буду не я.

Потому что, говоря «как-нибудь» я имею в виду «никогда».

Вот и чудно, что мы поговорили с ним по душам сегодня. Будет минус