Идеальная невеста - Валентина Третьякова

— И не мечтай. Я никуда не исчезну, — строго сказал Тан Риэль.

Лина накрылась с головой. Ей было стыдно. Вчера она заставила Советника перейти на “ты”, ощупала почти всего и в результате смутила так, что он облился водой. Какое непростительное в ее возрасте легкомыслие!

— Ли-на, — позвал Тан Риэль. — Вылезай, нам есть, что обсудить.

— Только, если это касается отбора, — донеслось из-под одеяла.

— Это касается отбора.

Лина помедлила, пытаясь понять, нет ли тут подвоха. Потом все же села, прикрываясь одеялом до самой шеи. Смотрела она при этом не на Тан Риэля, а прямо перед собой.

— Думаю, мы должны забрать с собой не только музыкантов, но и нескольких танцоров. Из тех, что согласятся ехать, — сказал Советник. — Когда вы танцевали вместе, твоя красота и грация выделялась еще больше. В правилах отбора нет запрета, они смогут выйти к тебе в конце выступления.

Ангелина закрыла лицо руками и завесой волос. Тан Риэля действительно волновал только отбор. Провалиться под землю захотелось еще сильней. Она тихонько поползла к краю кровати, чтобы спрятаться в купальне, но ей не дали. Сильные руки обняли ее и прижали к обнаженной, горячей груди.

47. Просьба Тан Риэля

— Как же я хочу, чтобы все поскорее закончилось. Как только будешь готова, перенесем дату отбора, — сказал Тан Риэль.

Ангелине о многом хотелось спросить, но она не решалась. Не сейчас. Потом, когда смятение пройдет, и она сможет мыслить ясно и принять ответы. Пока же тело предательски требовало объятий, и заставить себя их разорвать она не могла. Ей нравилось, как же ей нравилось сидеть вот так, прижавшись спиной к груди Риэля, и чувствовать его защиту и заботу. Она беспомощно закрыла глаза. Еще две минутки. Еще чуть-чуть, и она встанет и пойдет спасать страну.

— Я должна выиграть, — сказала она сама себе.

— Мы все сделаем для этого, — дыхание Тан Риэля снова обожгло ее шею. — Ты взойдешь на трон победительницей.

Ангелина горько усмехнулась и сделала попытку встать. Слова были правильными, она сама только что говорила о победе. Но слышать их от мужчины, в которого влюбилась с первого поцелуя, не хотелось. Хотелось слышать другие.

— Пусти.

— Не могу. Должен, но не могу. Немного опоздаем на завтрак. Нам простят, — сказал Тан Риэль и в его голосе проскользнули нотки обреченности.

Лина обмякла. Она поняла, что верит. Да, он не может! Он не хочет ее отпускать! Но должен. Значит, он все-таки сожалеет, о том, что должно случится? На душе стало легче, но ее персональный небожитель не остановился на этом, он продолжил говорить:

— Лина, я прошу тебя довериться мне. Когда вернемся, будем редко видеться. Только на тренировках. Ты предстанешь перед народом идеальной королевой, но этого будет мало. Наши враги сильны. Нам предстоит сплотить союзников и предусмотреть козни Хранителя, а они будут, не сомневайся. Ты подала отличную идею попросить поддержки у Полигеи. Я поеду туда. Сразу после отбора мы должны распространить листовки с перечислением преступлений Валандора. Тогда каждый, кто посмеет выступить в поддержку Хранителя и его хозяев, будет выглядеть преступником.

— Про гурнов не забудь, — вставила свои пять копеек Ангелина. Ее вдруг прорвало: — Напомни, что их создателем был как раз Стиран Бурд. Крупных Нечистых уничтожают боевые отряды, местами никто не слышал ни про лургов, ни про хтонов. Зато гурны у всех на языке, они всем пакостить успевают. Представляешь, даже на конюшню к Летучим забегали! В листовках надо Хранителя поругать, а принца похвалить. Ты же знаешь, что он собирается открыть закрытые магические академии и школы? И налоги обещал упорядочить… Впрочем, конечно, знаешь. Ты с ним явно чаще общаешься, чем я.

Тан Риэль засмеялся, шее стало щекотно. Но вскоре его смех прекратился, голос стал серьезным:

— Лина, так ты доверишься мне?

— В каком плане? То есть, в чем именно? — насторожилась Лина. Она повернулась и посмотрела на Тан Риэля. Он задумался, прежде, чем ответить:

— Не переживай ни о чем. После отбора все будет так, как ты захочешь. Подождешь?

— Ты поэтому хочешь перенести назначенный день?

— Да. Мы со Сталисом постараемся решить все вопросы к тому моменту, как ты будешь готова. — Он помолчал немного и признался: — Мне так тяжело ждать… Хочу быстрее…

Лина прикусила губу, усмиряя свое тело, которое при этих словах всколыхнулось желанием. Но, Слава Источникам, ей не двадцать лет. Секс — это, конечно, здорово, но быть полезной целой стране, вызывать восхищение своим умом, знаниями, трудолюбием было несравнимо приятнее. В двадцать лет она бы устроила из сказанного Тан Риэлем мировую трагедию и плакала бы о том, что никому не нужна, раз он ее так и не поцеловал, не признался в любви и не сказал прямо, что хочет на ней жениться. Сейчас понимала, что за словами и поступками людей могут стоять причины, не всегда очевидные. Лина научилась не делать поспешных выводов. Тан Риэль просит подождать, и она подождет, почему нет. Ее охватила радость предвкушения. Тем более, они все равно будут вместе, ведь Тан Риэль — ее наставник. Будут видеться, обсуждать подготовку к возведению на трон Его Высочества, пить чай, практиковаться с Линь, учиться стрелять из лука. А поцелуи… Настанет время и для них.

— Я доверяю тебе, Риэль, — наконец сказала она. — Говори, что надо делать, и я все исполню.

Руки синтайца задрожали, он с шумом вдохнул воздух. Видимо, представил, как она выполняет его желания. Не те, что касались спасения страны, а другие.

— Лина, пожалуйста… Мне и так нелегко…

— Простите, Наставник! Я больше не буду… — сказала Лина и осторожно выбралась из его объятий. Сзади раздался вздох, больше похожий на стон.

День чуть не обернулся катастрофой, но Тан Риэль вовремя заметил, как навстречу им с боковой улицы выплывает Милана в сопровождении своей охраны. Советник главы Сопротивления схватил Предсказанную за руку, и они, хохоча, помчались по Донгу, как два испуганных кролика.

— Надо было сказать молодой госпоже Эрион, что Стервия хочет выйти за тебя замуж, — смеялась Лина. — Гарантирую, семейка Барталонов уже сбежала бы из Дарнии.

— Гарантирую? — переспросил Риэль. В обиходе дарнийцев не было эквивалента слову гарантия, и Лина объяснила, что оно означает. — Тогда я гарантирую тебе, что все будет хорошо.

— Все уже хорошо, — сказала она. — Мы нашли лучших музыкантов, нас поддержат лучшие танцоры. Аха-ха, мы даже