Морозный рассвет - Кира Купер

Вот и все, теперь только ждать. Ну, или действительно отправляться вон на свой страх и риск, при том, выбрав сторону наугад, потому что ни за что не вспомню, с какого края мы пришли. Никогда не была сильна в географии, максимум, что знаю – на пересечение Северных земель понадобится около двух дней легкой конской поступью.

Наверное, мы уехали не слишком далеко от моего дома, возможно, где-то между особняком Норт и Кодильерой. Деревья вокруг высокие, из-за них не разглядеть, в какой стороне горы. Может быть, когда рассветет, попробую забраться повыше, крыша домика вряд ли выдержит мой вес, а вот на ствол какой попробовать стоит.  В детстве я неплохо карабкалась по соснам, вдруг еще не потеряла сноровку?

Рядом послышался шум. Я замерла, уже почти привычно привалившись к стене и уставившись на дверцу, которая сейчас казалась особенно хрупкой. Конечно, еще в первый день пребывания здесь отломала от пола доску и соорудила нечто вроде затвора, но, повторюсь, вряд ли он может стать серьезной преградой, если кому-то понадобится во что бы то ни стало попасть внутрь. Сжав рукоять ковша – моего единственного оружия, к найденной в углу палке нужно тянуться, а это – лишние телодвижения и звуки, напряженно ждала возможного нападения.

Между тем неизвестный подошел к дому и навалился на стену возле двери – поняла по жалобному скрипу давно расшатанных бревен. Если это волк, то для животного ведет он себя странно.

– Кэндис…

Мое имя, произнесенное глухим хриплым голосом, заставило вскочить и броситься к двери, забыв о безопасности. В полумраке было непросто разглядеть, кто именно медленно сползает на снег, покрытый неровными темными пятнами. Человек тяжело повалился навзничь, так и не дойдя до входа, издавая теперь лишь булькающие звуки. Его рука коснулась моей лодыжки и неожиданно сильно сжала, ногти впились в кожу, минуя ткань теплых штанов и подола платья, от неожиданности и боли я вскрикнула и чуть не пнула лежащего. Он снова застонал, словно пытаясь мне что-то сказать, но сил хватило только на то, чтобы произнести имя.

Я раскрыла створку пошире, дабы пустить хоть немного света, исходящего от печи, пытаясь понять, кто передо мной и что с ним. В следующую секунду мой вопль огласил, наверное, весь лес.

Глава 30. Последние из рода Норт

Бриг умер у меня на руках. Ему невозможно было помочь, раны оказались слишком страшны. Непонятно, как вообще он добрался до этого глухого места. Я пыталась накрыть их, остановить кровь сначала руками, потом порвала подол и, как могла, наложила повязки. Делала все это на улице, тащить в дом не стала, боялась потерять время…  которого у нас и так не было. Изо рта брата текла кровь, пузыри собирались в уголках губ при каждом выдохе.

– Пожалуйста, только не это! Не ты, Бриг! Слышишь меня? – шептала я, целуя испачканное красным лицо. – Только не ты!

Если он меня и слышал, то отвечать уже не мог. Тогда я подлезла ближе, положив его голову к себе на колени, и начала гладить по спутанным волосам. Я не знаю, когда прервалось рваное частое дыхание мужчины, просто в какой-то момент коснувшись груди в том месте, где должно быть сердце, я не почувствовала даже слабеньких ударов. Он был мертв. Мой старший брат.

– Нет! – крик разнесся по всему лесу, разбудили воронье, которое с карканьем снялось со своих гнезд, и начало кружить над верхушками деревьев.

Глаза, привыкшие к темноте, разглядывали бледное лицо уже такого взрослого мужчины, сравнявшееся белизной по цвету со снегом – тем, что поодаль, вблизи он весь был окрашен его кровью. Упрямый волевой подбородок, чуть острые скулы – он так похож на отца! Красивый и смелый, всегда защищающий меня ото всех бед и напастей. Взваливший на себя ношу грязной работы на шамана, лишь бы я оставалась в счастливом неведении. Так и не успела поблагодарить его, более того, не собиралась даже, ведь вначале хотела устроить серьезный разговор, чтобы выяснить, где правда, а где ложь. Боль утраты, чуть притупленная выживанием в лесу, выросла во сто крат и грозила разорвать сердце на мелкие клочья. Возможно, сейчас я была бы не против, сил терпеть такие муки у меня попросту нет!

Я скулила как побитая собачонка, прижавшись к Бригу и баюкая его, словно ребенка, как снег под чьими-то ногами снова заскрипел. Подняла глаза, почти не различая ничего перед собой. Человек подходил быстрым шагом, почти бежал, размахивая чем-то вроде длинного кинжала.

– Кэндис!

Джим бросился на колени рядом с нами, выронив оружие, протянул трясущиеся руки и начал ощупывать Брига.

– Он…

– Его больше нет, Джимми, – рыдания снова начали вырываться наружу. – Нашего брата больше нет!

– Тише-тише, детка, сейчас… – шептал он, водя руками по одежде брата, потом начал рыться в карманах.

– Что ты делаешь?

– Ничего! Богиня… Он и правда мертв?

– А ты сам не видишь? – воскликнула я.

– Демоны! – выругался тот, перейдя к штанам Брига. – Да где же?

– Что?

– Тихо, Кэндис…

– Да что ты делаешь?! – я со всей силы отпихнула его, так, что он чуть не потерял равновесие.

Только теперь Джим, казалось, опомнился, посмотрел на меня, перевел взгляд на брата, которого я все еще обнимала, и прошептал:

– Не может быть…

Не так я представляла долгожданную встречу с братьями. Сидя возле тела старшего, не понимая, почему так странно ведет себя младший, испачканная в крови, грязи и непонятно чем еще. Во что превратилась моя жизнь?!

Джим снова подполз к нам:

– Можно?

Я, конечно, кивнула, отодвигаясь. Мужчина переложил Брига на землю, провел ладонью по лицу, закрыл его глаза, что все еще были устремлены в небо,

– Прощай, брат.

Я всхлипнула, не до конца веря, что происходящее – реальность, а не страшный кошмар, и я вот-вот должна проснуться в проклятом домишке посреди леса. Джимми повернулся ко мне, взял меня за руку и произнес:

– Нам пора уходить!

Я непонимающе уставилась на теперь единственного брата.

– Что ты такое говоришь?

– Надо…

– Я никуда не пойду!

– Кэндис, детка…

– Я не брошу его здесь! Как ты можешь, Джим?!

– Послушай, мы вернемся, как только сумеем, сообщим комиссару, где его искать, обещаю. Его найдут! Но прямо сейчас необходимо бежать, и как можно быстрее!

– Ты сошел с ума!

– Да подумай же ты! – он схватил меня за плечи, хорошенько встряхнул, так, что челюсти клацнули друг о друга. – Если мы останемся здесь, то погибнем! Мы, Кэндис, все еще живы, так что,