Искаженное соглашение - Мила Кейн

Вернувшись в комнату, я плотно закрыла окно и шторы и высушила волосы. Селена куда-то исчезла после игры и не отвечала на звонки.

Я заперла дверь на замок, испытывая параноидальный страх из-за необходимости спать в одиночестве, и легла в постель. Я чувствовала себя старушкой, поскольку отказалась от вечеринки, только чтобы надеть очки с защитой от синего света и подготовиться ко сну еще до полуночи. Никто не мог обвинить меня в том, что я мало веселилась в колледже.

Я проверила соцсети. Ева опубликовала пост об игре «Геллионов». Я просмотрела ее фотографии. Разумеется, на них было много Беккета, и один снимок Ашера, сидящего на скамейке штрафников. Мое сердцебиение громко стучало в ушах.

Палец на секунду завис над официальной страницей «Геллионов», затем я щелкнула по ней. На экране появились профессиональные снимки с игры. Ашер был на многих из них. Оно и понятно. Если бы я отвечала за пиар хоккейной команды и у них был игрок, похожий на Ашера, я бы тоже светила его красивым лицом по всем социальным сетям. Это был блестящий маркетинг.

Сегодня вечером он забил дважды, и «Геллионы» выиграли. Вероятно, он сейчас веселился на вечеринке с командой. Казалось, Маркус всегда втягивал своих друзей в приключения. Если только его не арестовали за драку с Трентом.

С кем он был? Что они делали?

Я проглотила неудобные вопросы, затолкав их глубоко внутрь, чтобы больше не думать о них.

Вместо этого я просмотрела фотографии Ашера. Черт, он был сексуален. Если он был на вечеринке, то, наверняка, его окружили заинтересованные девушки. Конечно, так оно и было. Такова человеческая натура. Ашер был горячим, талантливым, сильным и обаятельным, когда хотел этого. Он был нахальным и опасным, причем одновременно. А еще он был чертовски заботлив и мог быть джентльменом, когда вы меньше всего этого ожидали.

От мыслей о нем и разглядывания его фотографий я вся напряглась, а соски затвердели. Я не могла влюбиться в своего фальшивого парня. Ни за что. Если бы это случилось, мне бы пришел конец. Я бы умерла от унижения, если бы он узнал, что я лежу в постели и думаю о нем.

Но… Ашера здесь не было. Он не знал.

Я отложила телефон и потянулась к тумбочке. Новую кровать доставили несколько дней назад, так что я снова чувствовала себя комфортно в своей комнате. Замена кровати была первоочередной задачей, но у меня была еще одна вещь, которую пришлось покупать из-за проделок Ашера.

Вибратор.

Когда я пролистывала сайт, мое внимание привлекло кое-что забавное и новое: трусики, вылизывающие клитор. (Серьезно, что они придумают дальше?). Селены здесь не было, а я возбудилась от просмотра фотографий потного и окровавленного Ашера в действии. Это было идеальное время, чтобы испытать их.

Пять минут спустя они уже были на мне, а в руке я сжимала пульт дистанционного управления. Я поставила его на самую низкую скорость, и меня пронзила мощная вибрация. О, Боже. Это было сильно. Я установила вибрацию только до третьего уровня, но она быстро поднялась до десятого.

Мне не потребовалось много времени, чтобы кончить. Я легла на спину, позволяя умной массажной и всасывающей функции сетчатых трусиков делать свое дело, и снова взяла телефон в руки. Сегодня я не стала читать ни одной из привычных эротических сцен в своем Kindle, чтобы довести себя до оргазма. Я смотрела на фотографии Ашера с игры. Это было плохо. И смущающе, но, рассудила я, никто не должен знать.

Я кончила сильно. Не так сильно, как в тот день, когда его рука зарылась мне между ног, но сильнее, чем обычно, когда я мастурбировала. Всё из-за фотографий и мыслей о нем. Я не должна была позволять себе испытывать какие-либо чувства к этому грубому хоккеисту, ставшему моим фальшивым парнем, но не могла отрицать, что, возможно, уже слишком поздно.

Я заснула где-то между оргазмом и попыткой выключить трусики, потеряв при этом пульт в одеяле.

Меня разбудил странный шум. Мягкий, устойчивый ритм чьих-то шагов по скрипучим половицам прямо возле моей кровати. Страх пронзил меня, примитивный и разрушительный. Я зажмурила глаза, боясь открыть их и увидеть кого-нибудь, кроме Селены. Она вернулась? Нет, я так не думала. Она не была способна вести себя так скрытно.

Послышалось шуршание кожаной куртки, и шаги удалились от кровати. На фоне окна показалась огромная темная фигура. Незнакомец был высоким и широкоплечим, и в его властной грации было что-то знакомое, когда он опустился в кресло рядом с моей кроватью.

Ашер.

В горле образовался ком, мне стало трудно дышать. Он сидел совершенно неподвижно, и я не могла разглядеть ничего, кроме линии его плеч и наклоненной ко мне головы. Было темно, слишком темно, чтобы он мог меня видеть, подумала я, но, возможно, я ошибалась.

Через секунду он подался вперед, и я закрыла глаза. Мое сердце колотилось так сильно, что он, вероятно, мог его слышать. Сохранять дыхание равномерным было трудно, поскольку оно все время сбивалось. Я была взволнована, словно бежала или участвовала в погоне.

Ашер протянул длинную руку и осторожно откинул волосы с моего лица. Кончики его пальцев коснулись моей щеки, обжигая кожу.

На что он смотрел? Он снова подался вперед и встал. Казалось, что каждый нерв в моем теле сосредоточился на нем и его движениях. Было тихо. Я не осмеливалась открыть глаза, чтобы посмотреть, где он.

Затем пальцы коснулись моей ноги и скользнули по голени и колену, оставляя после себя мурашки.

Он добрался до моего бедра и остановился.

— Красный свет или зеленый, Снежная королева?

Я чуть не подпрыгнула от его голоса. Он знал, что я не сплю?

Ашер усмехнулся.

— Не хочу тебя расстраивать, но ты не великая актриса.

Дерьмо. Он знал. Его рука снова спустилась вниз. Нет. Не уходи! Но он еще не закончил. Напротив, он схватил меня за лодыжку и стал щекотать чертову ступню. Я вскочила и взвизгнула. Я безумно боялась щекотки.

Он рассмеялся, когда я попыталась пнуть его.

— Эй! Отстань, — взмолилась я, извиваясь на кровати, отчаянно пытаясь избежать сводящих с ума прикосновений.

— Скажи «пожалуйста».

— Пожалуйста, пожалуйста, прекрати. Я умоляю тебя, — закричала я между приступами смеха.

Ашер опустился на кровать у моих ног.

— Кто знал, что достаточно лишь пощекотать тебя, чтобы