Кто тут хозяйка? - Вера Волховец

– Эй, чудо, – окликаю я мелкого, – ты случайно не голоден? Хочешь, я тебя накормлю?

Дурацкий порыв, на самом деле, лезть к малознакомой чуде-юде, которая долго и вдохновенно рыдает на какую-то свою тему. Но если что и делить напополам – то только дерьмовый вечер. Вдвоем оно как-то попроще будет.

Чудо-юдо трубно всхлипнуло и вылупилось на меня большими-большими карими глазищами. Больше, чем глаза, у него были только уши. Смотрело оно на меня молча, даже можно сказать – таращилось. 

Честно говоря, про гремлина – это я наобум подумала. Просто – гномов я уже видела, эльфов – тоже. Вампиров – в переизбытке. Анимагов и прямоходящих-говорящих зверей – тоже. Лепреконов. Циклопов. На кого еще мог потянуть маленький, крылатенький человекообразный монстрик с огромными ушами и зеленой кожей? Гремлин? Гоблин?

Срочно нужен специалист по местным магическим расам. Их тут, блин, оказывается, дофига, поди-ка научись отличать огров от троллей, и орков от гоблинов.

– Есть, говорю, хочешь? – повторила я. – У меня пирожки есть. И чай. И я могу поделиться.

– А чаво взамен надо? – мрачно и недовольно буркнуло чудо-юдо из-за куста. 

– Да чаво с тебя возьмешь-то, – я рассмеялась, – спасибо скажешь и хватит мне.

– Врешь! – буркнули из-за куста. – Шобы ведьма и просто так…

Я махнула Тришу, отжала у него кулек с остатками пирогов и не глядя выудила оттуда штуку и не целясь уронила её с крыльца.

Инстинкты у чуда-юда оказались отменные. Пирог он поймал и вылупился на меня еще сильнее. 

– Что упало, то пропало, – драматично вздохнула я, – то не мой пирог отныне, и да будет так. 

После этого я снова уселась на ступеньку, снова уткнулась в кувшинчик с чаем. Чай был хороший и здорово помогал восстановиться моему пошатнувшемуся душевному равновесию. И вот что мне делать, а?

– Триш, а сколько всего семей Елагиных сейчас живет в Завихграде?

Что-то на задворках моей памяти шевелилось и бухтело, что не одним семейством Софик полнится этот мир.

Крысюк, сидящий рядом и сочувственно пыхтящий, заинтересованно приподнял уши.

– Восемь, миледи.

– И в каких они отношениях с Софик? Они будут на её стороне или нет?

Дворецкий виновато сморщил нос.

– Не могу знать, миледи. Я стал дворецким при леди Улии, а она – не очень общалась с Елагиными. Она вообще ни с кем не общалась.

– Глядя на Софик – я её понимаю, – покосилась за перила, убедилась, что один пирог сопливое чудо-юдо умяло, не глядя кинула туда второй. Весьма отчетливое чавканье сообщило мне, что промазать снова не удалось. Что ж, хорошо, продолжим думать дальше.

 – Нет, с госпожой инспектором нам связываться точно не стоит. Но неплохо бы хотя бы познакомиться с кем-нибудь другим. Вдруг они согласятся провести ритуал? Где живет самая лояльная семья, не знаешь?

Триш задумался, зашевелил усами.

– Есть травники на окраине города, – наконец разродился он, – они живут обособленно ото всех. Не знаю почему. Но так всегда было, еще когда леди Матильда была жива – она писала им письма, приглашала их в гости. Насколько я знаю, они не переезжали. Да и не могут они от ковена отделиться без выкупа.

Ничего себе порядки у ковенных ведьм!

Нет, что-то Джулиан говорил об этом, но вот чтобы так…

Добирались снова на кэбе. Я все еще ощущала в себе лютую слабость и решила дать себе немножко отдохнуть от открывания чудо-дверей. По идее, порталы в пределах одного города – это жуткая роскошь. Если бы меня не припекал вопрос скорейшего получения гражданства вчера – я бы так не тратилась. Уж больно дохлой  я чувствовала себя сегодня.

А так – можно и покататься. Полюбоваться на разноцветные улочки Завихграда, на аккуратные теремки и на каменные двухэтажные домишки. Хороший городок. Красочный. Лучше не придумаешь.

Всегда мечтала жить в таком, на самом деле. Не среди наших серых угнетающих своей одинаковостью многоэтажек, а вот в таком вот городке, цветном, ярком и пестром. Спасибо, дорогая судьба, что занесла меня в этот мир. Даже то, что я здесь умудрилась влюбиться в совершенно неподходящего для этого вампира, не было изъяном Велора. Только моим. Это ж моя дурная голова сделала этот дурацкий выбор.

Из кэба я вышла почти к самым дверям некрашеного, темного бревенчатого дома. Ему и не надо было быть крашеным. В качестве украшения ему служили зеленые плети растений, вьющихся по столбам калитки, по перилам крыльца, на ручке синей двери и на вывеске “Травяной сбор для любой цели”. Причем лозы реально вились, настоящими узорами, чувствовалось, что не просто так росли.

Я толкнула дверь и сама ощутила, как в сердце теплится искорка. Ну ведь… Матильда тоже когда-то была Елагиной, так? Значит, не все они безнадежны. И можно надеяться, что хоть кто-то окажется не как Софик…

Колокольчик звякнул над моей головой, сообщая о моем приходе.

Сообщая кому?

Комната, в которой я оказалась, была темноватой и на диво пустой. Нет, мебель тут, конечно, была. Стол, заставленный банками, ступками и мисками, заваленный вениками сушеных трав, какими-то когтями, глазами, щупальцами… Ох, нет, лучше не приглядываться.

Шкафы, полки, темное зеркало без рамы, висящее у самой двери...

– Чем могу помочь?

Я вообще не поняла, откуда она появилась. Темноволосая, гибкая, ясноглазая, в простом льняном платье с широкими рукавами и переднике. Не роковая красавица, но ужасно симпатичная. 

– Доброго вам дня, госпожа Отрада, – Триш шагнул вперед и церемонно поклонился, – возможно, вы меня не помните, я…

– Сарартриш Кориандров, – фыркнула Отрада Елагина, – помню тебя вот таким вот. 

Она расставила руки на расстояние, в котором поместилась бы буханка хлеба.

– Правда я тогда тоже была вот такой, – с отчетливым сожалением Отрада опустила ладонь до уровня чуть повыше колена, – и к тете Матильде нам было позволено ездить в гости только два раза в год. Жаль. Мне нравилось у неё дома. Там всегда было… Много всего. И много кого. Где еще увидишь столько разных… всех.

Она вздыхает. 

Бог ты мой. Нормальная Елагина! Неужели?!

– А ты, значит, Марьяна? – внимательные глаза, темные с золотистыми искорками обратились  ко мне. – Та самая, которая закрыла вопрос вражды с вампирами? Наслышана.

– Хорошего или плохого?

– Ну, госпожа Софик Елагина