Забава. Сбежавшая невеста - Натали Берд

- Кричать сильно будет. - Предупредила, кинувшись к фляге с самогоном, стоявшей в углу и используемой мной, как обеззараживающее средство. Наклонила бутыль, выливая содержимое в небольшой таз.

Мужики, изумленно за мной наблюдавшие, не выдержали, и один из них задал резонный вопрос: - Что ты делаешь, лекарка? Зачем такое сокровище в таз сливать?

Это ожидаемое замечание вызвало улыбку на моем лице, пробормотав: - Пьянству бой! - обработала руки, ножницы, пинцет в растворе и подошла к пациенту.

- Держите крепко, нужно все убрать, чтобы нагноения не было, а затем я уже мазь лечебную наложу, и отдыхать его оставим, если получится.

Сняв с него рубаху, ахнула, все тело было обожжено, как лицо целым осталось – просто чудо какое-то.

Пока я его обрабатывала, крики, доносившиеся с нашего домика, могли разбудить полсела, если бы хоть кто-то спал. Пыточная – вот то название, которое соответствовало в данный момент нашей лекарской. Случай был тяжелый, но не критичный и едва завершив с одним мужиком, в дом внесли второго, на котором буквально не было живого места. «Не жилец» - сразу поставила диагноз. Но потом, разозлившись, схватила сушеные дольки молодильного яблока, размяла в пальцах, добавляя в мазь, справедливо рассудив, раз оно восстанавливает структуру кожи, то и здесь помочь сможет. Только вот как обезболить? Не было в этом мире наркоза.

- Тетушка, помнишь, я в сумрак уходила за Аксиньей?

Она согласно кивнула, а я продолжила: - Если этого дядечку туда отправить, сможешь его у грани подержать, пока я тут все обработаю? Это единственный шанс, жизнь спасти, избежав болевого шока.

Анна подумала, пробормотала: - Погоди! – и выскочила из домика, вернувшись через несколько минут с тремя неприметными браслетами. Протянула мне один, скомандовав: - Надевай. Второй застегнула на своей руке, а третий на щиколотке раненого мужчины, это было единственное живое место на теле бедняги.

- Могу потеряться. – Пояснила она. – Вдруг тащить придется. А так, - тряхнув рукой с браслетом, - дорогу обратно найти смогу.

- Отлично, начали! – возвращаясь к телу больного, скомандовала. Анна села в его ногах в удобное кресло, сосредоточилась, закрыв глаза.

Я буквально увидела, как она, скользнув к распластанному на столе мужчине, толкнула тонкой ладонью в его грудь, пробуждая душу, и ушла вместе с ней в раскрывшийся портал. Потрясенно оглянувшись по сторонам, на все тех же двух мужиков – невольных моих помощников, поняла – они ничего не видели.

- Держите теперь этого. – Скомандовала и приступила к обработке.

Операция длилась долго , выйдя на крыльцо, когда все было закончено, вдохнула морозный воздух, с наслаждением наполняя им легкие. На землю падал первый снег, укрывая все в округе пуховым одеялом.

- Забавушка, простынешь! – проговорила тетушка, выходя за мной следом. Ее бледное до синевы лицо, было осунувшимся и уставшим.

- Ступай, Аннушка, отдохни, а я еще постою, подышу, да к больным вернусь. Их нельзя одних оставлять.

Устало улыбнулась женщина, согласно кивая: - Хорошо. Мужики давно ушли, только ты не отдохнула, я посплю немного и тебя заменю.

Крепко обняла, да в дом вошла, не зажигая света.

А я, запрокинув лицо к небу, любовалась звездами, пока не услыхала за калиткой слабый, еле слышный стон, а потом зов: - Спаси, Забава!

Кинулась на помощь, не думая, распахнула дверь, выбегая на улицу, да запнувшись о что-то, полетела прямо в черное марево, клубившееся по замерзшей и покрытой первым снегом земле.

За спиной раздался оглушительный лай Мишки, затем его скулеж и громкий крик Анны: - Забава! Мишка!

Чернильная темнота окутала со всех сторон, обездвиживая, лишая надежды, а потом и сознания.

Глава 57

«Какая тяжесть в голове! В глаза насыпали песок. Где я? Почему такая тишина?» - мысли медленно перетекали, не позволяя, сосредоточится хотя бы на одной.

Попыталась повернуть голову и получила разряд боли в висок, отчего с губ слетел сдавленный стон.

- Забава! - позвал сильно осипший незнакомый голос. - Очнись!

Я попыталась открыть глаза и не смогла, было ощущение, что их заклеили.

- Сейчас погоди! - снова просипело рядом. - Это я тебе на глаза компресс положила, чтобы немного боль от ожогов снять.

«Это женщина» - сверкнула догадка, хотя сам голос нельзя было отнести к определенному полу, настолько сипло говорили.

«Раз знает, как меня зовут, возможно, мы знакомы» - сделала следующие выводы.

Пошевелила пальцами на руках и ногах – переломов вроде нет, но я еще не вставала – окончательные выводы делать рано. Подняла вверх руки – слушаются! Это прекрасно! Судорожно ощупала лицо, онемевшими пальцами. Боль, появившаяся от прикосновений, говорила о том, что кожа повреждена, насколько сильно и как глубоко – вопрос, на который пока нет ответа.

Холодные пальцы, коснувшиеся моей руки, вызвали приступ ужаса, а затем паники - хотелось бежать и прятаться, только подняться я пока не могла.

«Все повторяется» - скользнула мысль.

Стянув с глаз мокрую холодную тряпку, распахнула их, сразу зажмурившись от яркого света. Подождала пару минут и повторила, только очень медленно, позволяя им привыкнуть, как оказалось, к тусклому свету, исходившему от одной лампадки, горевшей в самом дальнем углу.

- Где мы? – только и смогла выдавить из пересохшего рта. Горло, как наждачкой протерли, настолько сильной была боль.

- Я и сама не знаю. – Проговорила женщина. – Вроде и подземелье, а вроде и нет – иногда лучики солнышка сюда попадают.

- Вы кто? – задала следующий мучивший меня вопрос.

- Вот те раз! – воскликнула моя соседка. – Не узнаешь, что ли?

«Значит, знакомы!» - загорелась красная кнопка в сознании. Нужно быть начеку, кто она – я так и не поняла.

- Я ничего пока не вижу, зрение не восстановилось.

- У кого зрение, у кого голос. – Снова ответила она. – А ведь верно! Голоса ты моего никогда и не слышала. А как хотелось иногда тебе слово строгое сказать.

«Надо же! Настолько близки, что она мне еще и выговаривать собиралась, но не так сильно, раз никогда не разговаривали. Неужто пациентка какая, но ни с одной из них дружбу я не водила» - лихорадочно соображала, пытаясь вспомнить.

Память – это моя отдельная головная боль. Приди к психиатру в своем мире с жалобой, что не могу распечатать сундуки памяти прежней хозяйки тела, отправилась бы прямиком