Дочери судьбы - Тара Хайланд

Грипп свалил ее в постель с грелкой на целый день. Она пила много жидкости, но к вечеру лучше не стало. Разочарование только выросло, когда она поняла, что Ева от вылазки не отказалась.

– С кем ты пойдешь? – тихонько спросила Эмбер, наблюдая, как подруга готовится.

Ее не покидала мысль, что Ева могла хотя бы предложить с ней остаться.

– Возьму Сеси, – тут же ответила Ева.

– А-а…

Эмбер глубже зарылась под одеяло, чувствуя себя еще несчастнее.

Сеси Скотт только появилась в школе в этом семестре. Новенькая, проблемная дочь рок-звезды семидесятых годов Леонарда Скотта стояла на несколько ступенек выше в социальной иерархии, чем Эмбер, у которой появилось ужасное чувство, что Сеси заменит ее, став лучшей подругой Евы.

Уходя, бразильская подруга с прохладцей вежливо пожелала Эмбер спокойной ночи, и впервые за долгое время Эмбер уснула в слезах.

Проснувшись в три часа ночи, Эмбер удивилась, что Евы нет на месте. Она решила не спать, чтобы, по крайней мере, выяснить, что случилось. Но и в четыре Ева не вернулась. Эмбер наблюдала, как цифровые часы показали половину пятого… потом пять…

Наверное, около шести она задремала, потому что очнулась оттого, что кто-то ее будил. Ева. У нее заледенели руки, и она только что вошла. На ней была все та же одежда, что вчера вечером, волосы разлохматились, тушь потекла, но она самодовольно скалилась. Эмбер покосилась на часы: семь двадцать восемь.

– Где тебя носило? – прошипела она. – Накличешь беду на свою голову.

Ева откинула волосы назад. Жест не получился таким эффектным, как обычно, – ранним сырым утром влажные волосы замерзли.

Но она ничуть не волновалась.

– Ни фига. Меня никто не видел. Да если и видел, дело того стоило. Такой ночи у меня еще не было!

Эмбер вспомнила о Сеси и догадалась, что, наверное, ночь удалась из-за новой подруги. Теперь Эмбер точно заменят. Ее мучили ревность и обида.

– Что ж, очень рада, что вы с Сеси отлично провели время, – угрюмо заключила она.

Она уже хотела повернуться к Еве спиной, но та ее удержала.

– Сеси не пошла. Испугалась и вернулась. Трусиха.

В последнее слово Ева вложила все свое презрение. У Эмбер сразу поднялось настроение. Она тут же поняла, что Ева разбудила ее, потому что ей недоставало напарницы. А значит, у Эмбер была возможность вернуть ее расположение.

– Так что все-таки произошло? – нетерпеливо спросила она.

Ева усмехнулась.

– Сначала подвинься и пусти меня к себе под одеяло. Я околела!

Причиной ее восторга оказался парень. На этот раз не мальчишка – мужчина. Ева познакомилась с ним в «Синди». Звали его Джеком, и был он, судя по описанию возбужденной Евы, красавцем, каких свет не видывал. Конечно, намного старше, но насколько, она не знала – около тридцати, наверное, – и у него свой бизнес, хотя чем точно он занимается, она не ведала. У него свой дом на окраине Уитби и, очевидно, травка. Когда клуб закрылся, она побывала там с другими. В ту ночь между ними не произошло ничего особенного: «так, дурака валяли». Но договорились встретиться на неделе, и она ожидала, что тогда они займутся этим.

Всю неделю Ева без умолку болтала о Джеке и каждую ночь бегала к нему на свидание. В пятницу утром Эмбер поняла, что ее бросят из-за него, а не из-за Сеси. Ева не вернулась с увеселительной прогулки в четверг вечером и не появилась на завтраке. Эмбер прикрыла ее, сказав, что она в постели из-за болезненных месячных. Время шло, и она серьезно забеспокоилась, что поступила опрометчиво. Может, Ева умерла и валяется в какой-нибудь канаве…

Наконец посреди сдвоенного урока математики подруга появилась. Разговаривать было некогда, но как только урок закончился, Ева схватила Эмбер и потащила в сторонку.

– Сегодня вечером пойдешь со мной, – приказала она.

Эмбер скептически взглянула на подругу. Что-то она устала от ее метаний.

– А что, Джека нет и тебя некому развлекать?

– Нет, то есть да, – взволнованно ответила Ева. – У него намечается вечеринка. Большая. Он спросил, есть ли у меня друзья, которых я хотела бы пригласить. Я рассказала о тебе. Он тебя приглашает.

Эмбер моментально забыла о раздражении.

– Правда? Мне тоже можно?

– Ага, – подтвердила Ева. – И Джек сказал, что мы найдем тебе пару.

Последнее Ева сказала слегка с жалостью, будто у предоставленной самой себе Эмбер не было надежды никого подцепить. Но Эмбер пропустила пренебрежение мимо ушей. Она радовалась, что ее приглашают.

Потом Ева поджала губы.

– Только есть одна особенность.

– Какая?

– Нельзя быть такой скованной. Это взрослые мужчины. И они ждут определенных отношений, – сказала Ева, нарочно подчеркнув последние слова. – Saca?

Конечно, она понимала. Последняя неделя без Евы была просто ужасной. Эмбер приготовилась ко всему, чтобы сохранить дружбу.

В ночь вечеринки Эмбер и Ева взяли такси, чтобы добраться до дома Джека. От Уитби в деревенскую глубинку поездка заняла минут двадцать. Удивительно, что молодой и холостой парень захотел жить там. Эмбер отметила это, когда они ехали в такси, и навлекла на себя испепеляющий взгляд Евы.

– Дом принадлежал его родителям, – коротко объяснила она. – Он там останавливается, когда приезжает сюда. Он много путешествует.

Туманный ответ задал тон остальному вечеру.

Поездка длилась дольше, чем предполагалось. Дороги были пустые, но ухабистые, без фонарей и указателей. Ева, которая уже бывала там не раз, ничем не могла помочь.

– Я не помню, как мы туда ехали.

Таксист дважды проезжал мимо поворота на «Киперс коттедж»[32], прежде чем наконец заметил кусок старой доски с белыми буквами. Пара букв в названии отсутствовала, и читалось: «Кип р коттедж».

Сам коттедж располагался в конце узкой грязной дорожки и оказался кирпичным домом в стиле пятидесятых годов с черепичной дырявой крышей. Он стоял на зеленой лужайке, которую, очевидно, выдавали за сад. Только вместо клумб с цветами на ней лежал перевернутый мотоцикл, ждавший ремонта, и болтались сломанные качели. Место было совершенно заброшенное. Ближайший соседний дом проехали несколько километров назад. Сбоку стояло несколько машин, и за прозрачными шторами в одном из маленьких окошек горел свет. Но в остальном в коттедже было темно и тихо.

Таксисту, приятному мужчине, похожему на плюшевого мишку, казалось, было не по себе из-за того, что он оставляет девушек в таком месте. Он подозрительно посмотрел на темный, смутно вырисовывающийся дом, который напоминал съемочную площадку фильма ужасов.

– А не боитесь? – искренне обеспокоенный, спросил он. – А то отвезу назад, в город. И денег не возьму.

У него у самого были дочери-подростки, и он бы ни за что не позволил им провести вечер в подобном месте. Но Ева уже вылезла из машины.

– Нет, все, приехали, – надменно ответила она, вручая ему пятидесятифунтовую банкноту.

Сдачи она не ждала. Таксист пожал плечами. Чаевых хватило бы на три поездки. Денег много, ума мало. Он положил деньги в карман и уехал.

Внутри дом оказался типичной холостяцкой ночлежкой: разносортная мебель, потертые ковры и грязная посуда, сваленная в мойку. Это мало походило на дворец, о котором говорила Ева. На самом деле Эмбер начинала понимать, что Ева приукрасила многое, включая Джека. Со свернутым на сторону носом – после драки в баре – и маленькими поросячьими глазками он уж точно не был похож на Брэда Питта.

– Джек! – взвизгнула Ева, когда он открыл дверь, бросаясь ему на шею и целуя в губы.

В вихре восторга она стукнула его по руке, проливая пиво из банки, которую он нес. Он нахмурился и слегка ее оттолкнул.

– Не лезь, Ева.

Несмотря на предупреждение, она схватила его за руку, показывая, что она его девушка.

– Познакомься, это Эмбер, о которой я тебе рассказывала.

Он стал ее рассматривать, и Эмбер покраснела.

– Круто, – сказал Джек, будто решив, что увиденное ему по душе. – Познакомим тебя с Билли. Думаю, вы поладите.

Эмбер не поняла, из чего он сделал такой вывод, но пошла за ним и Евой в гостиную. Комната была такой же невыразительной, как и остальной дом. Несколько человек