Свадьбы, ведьмы, два кольца - Татьяна Антоник

Не выспавшись, порядком устав, я просто наблюдала, как младший лекарь врывается в землю, создавая огромную кучу из сухой земли. Другой целитель не отставал, накидывая в эту самую кучу обломленные палки.

— А большой голем нужен? — посмотрел на меня господин Сеймур.

— Примерно с меня ростом.

— Хм, Лавли, а в случае успеха я могу рассчитывать на какую-то особенную награду? На поцелуй, например.

Поторопилась я нахваливать лекаря. Тот уже распоясался, потянув ко мне губы.

Его верные труженики аж замерли, настолько было любопытно.

— Если за награду зачтется синяк под глазом, — погрозила кулаком, — то подобного добра у меня навалом. Но в случае неудачи можете уже ни на что не рассчитывать.

Не то чтобы я не благодарная, но поцелуями я не раскидываюсь.

— Понял, понял, не дурак, — выставил ладони Сеймур в сдающемся жесте и оглянулся на помощников. — Все готово? Такая куча тебе подойдет?

Как несправедлива жизнь. Мне подходили бриллианты и атлас, но ведьмам предлагают исключительно кучи. Ужасно, что куча мне подходила.

— Колдуй, — кивнул главный целитель. — Мы подождем. Жуть, как интересно, что из этого получится.

Ааа, кто-то захотел зрелищ. Это я умею.

Переглянувшись со Вспышкой, которая строилась на одной из веток, я рассыпала чешую и другие волшебные ингредиенты. Требовалось короткое заклинаньице, но я добавила к ритуалу собственное четверостишие.

Из грязи месила, палкой махала,

В нос сунула шишку — чтоб лучше дышал он.

Шепнула: "Вставай, мой болван из болот!"

— И глупо кивнув, он попёр на народ.

А летучая мышь носилась над нами, рассыпая блестки. Блестки никогда не бывают лишними. Они отвечают за шик и помпезность в нашем ремесле.

Через секунду куча начала приобретать человеческие очертания. И, кажется, полностью выполняла мои команды, двинулась к мужчинам. Они, как истинные храбрецы, защитники спрятались за моей спиной.

— То есть, ты этого хотела добиться? — тыкал пальцем один из младших лекарей. — Это какой-то неправильный голем.

— Чего же в нем неправильного? — прошептала новое заклятие, придающее голему черты Алиеры.

Мой голем уменьшился в размерах, и из широкой махины приобрел тонкое и звонкое тело участницы отбора. Я накрыла его подготовленной простыней.

— Определенно, неправильный голем, — восхитился господин Сеймур, обходя девушку по кругу. — А как хорош. Лавли, а сколько таких ты можешь воссоздать?

— Эй, не увлекайтесь, — предостерегла его. — Но если вам нужны бессловесные работники, то сделаю с десяток.

— Молчит, вообще отлично, — одобрил целитель.

— Только без внешности невест. В их привычном образе.

Энтузиазма у Сеймура поубавилось, но он все равно попросил несколько на опыты, да и для физического труда.

Уже при свете дня мы возвращались на этаж невест. Бедный стражник Гарри, увидев меня, резко побледнел, поэтому пропустил без вопросов. Видно, достался нагоняй от начальства. Я радовалась, считая, что моя авантюра завершилась успехом.

Я радовалась, пока нашу процессию не окликнул... Бьерн Лаулес.

— Служанка Дрим, куда это вы направляетесь? Вы себя видели? Вся испачкалась, будто в свинарнике побывала. А вы зачем идете к участницам? — налетел он и на лекарей.

Ребята расступились и сглотнули, не привыкшие к повышенному тону дознавателя. Бьерн удовлетворенно почесал подбородок, довольный воспроизведенным эффектом, и его взгляд обрушился на Алиеру-голема.

Все запаниковали.

Глава 13.

Лавли

— Ой, простите, леди Киран, — моментально изменился в лице главный дознаватель. — Я не знал, что вы выходили и вас сопровождают. — Он обвел ее с головы до ног, немало удивился одеянию, состоящему из одной простыни, но оставил все насущные вопросы при себе. — У вас что-то случилось?

Черт, а я голема речи не научила. Ну, точнее, закладывала самое базовое: «Да», «нет», «спасибо», «как дела», и принцессино-капризное: «я устала».

— Да, — подтвердила ненастоящая Алиера скрипучим голосом.

И снова я, Вспышка и лекари замерли. Голосок у участницы отбора был прямо мужским.

— Вы простыли, леди Киран? — участливо поинтересовался господин Бьерн.

— Нет, — пробасила она.

Пришлось вмешаться.

— Господин Лаулес, леди Киран скромничает. Вы посмотрите, она в одной простыне. Зачем вы нас задерживаете? Чтобы вся прислуга увидела ее в исподнем?

Чиновник чуял какой-то подвох, но не знал, за что зацепиться.

— Сам разберусь, мнения чужих служанок не спрашивал. Леди Киран, вам, может, как-то помочь? — обратился он снова к невесте принца.

Мой голем устало пожал плечами.

— Спасибо.

— Я всегда к вашим услугам, леди Киран. Так что же мне сделать?

Чего не хватало этим созданиям из грязи и палок, так это терпения и мозга. Силищи навалом, внешность отличная, а мозга нет, сами же не вложили. В общем, мой монстр заметно утомился от беседы и прихватил господина Лаулеса за рукав, пододвинув к себе.

— Как дела? — шепнул он на ухо дознавателю.

Мужчина, видимо, воспринял этот жест за очень грубый флирт. Повернулся на меня.

— Она, что, под каким-то ядом?

— Ага, — я мстительно кивнула, — под любовным. Вон, из одежды выпрыгнула, к вам бежала. Поймали с трудом, в тряпку завернули. Козни от конкуренток, сами понимаете.

— Меня же казнят за такое, — ахнул Бьерн. — Служанка Дрим, быстро верните, как надо. У нее через час испытание.

— Я подумаю, мое же мнение никого не интересует? — вздернула нос я. — Пусть лучше на вас позарится, признается Его Высочеству, что жить без вас не может. Господин Лаулес, а что? — я исходилась в своей мести. — Вы человек неженатый, вам полезна женская рука. Леди Киран — девица на выданье, еще и с огромным приданым.

Боги, а он ведь реально прикидывал. Переводил взгляд то на меня с усмешкой, то на быдло-Алиеру и думал.

— Нет, я воздержусь, — пришел он к правильному выводу, а то я уже боялась, что во врагах заимела тупого, но властного дознавателя, кого женю на изваянии из мокрого песка. — Что вы от меня хотите, Лавли? Отдам, что угодно. У меня уже есть возлюбленная.

— Вау, — ошеломленно произнесла я, — кто? Ответите, все сделаю в лучшем виде.

Бьерн покраснел, выдавил тихо-тихо, чтобы слышала я одна.

— Андрея Жуи.

Ааа, догадываюсь, что он любви Алиеры так испугался, положил глаз на главную красавицу двора и фаворитку Его Величества.