Свадьбы, ведьмы, два кольца - Татьяна Антоник

Другая ведьма чуть не затопала ногами.

— Видишь, — зашипело на нее летучее животное, — нас теперь и пускать не хотят.

— Сама виновата. Чего взгрызлась? Подслушала бы и подслушала. Это же Лавли... и Ройс, — кажется, она что-то показывала выражением на лице, но, увы, моя магия была ограничена. Считывать женские маски, коих больше миллиона, я не умел. Столько факторов должно совпасть. — Боги, почему ты такая стерва?

— Я толстая, — пискнула мышь, — а у тебя какое оправдание?

Сдается мне, это не первый конфликт между ними. Устав выслушивать идиотскую ссору, я прошел вперед, удостоверился, что Лалисса и Вспышка не двинулись следом.

— Господин Воккер, — снова напомнила о себе пожилая женщина, защелкивая замок.— Вы мне не ответили.

Кого-кого, а леди Эбигейл я бы смело отправил на границы с Эльхалией. Никто лишний не пройдет. Ничего с собой не протащит, никак ее не обманет.

Она разбиралась в людях, не делала различий: ведьма, маг, оборотень, но интуитивно понимала, кто не приносит с собой опасности для ее воспитанников.

— А я как раз за этой, — развел руками, — за странной.

— Тогда прошу за мной, — распорядилась леди, и, по-моему, она выдохнула с облегчением.

Мы пересекли холл, а после я задержался на пороге, наблюдая, как Лавли рассказывает детям сказку. Делала она это в своеобразной манере, больше пугая малышей, чем располагая ко сну.

Какой-то волк должен прийти, чтобы откусить часть тела у ребенка. Лучше она не могла придумать?

Иногда у меня возникало ощущение, что Лавли будто из другого мира. До знакомства с ней я не видел никого похожего. Может, чуточку вызывает подозрения Лалисса.

Никто так не относился к своим госпожам, к чиновникам, к королю в конце концов. Она и принца не жалела, плевала на все правила, не боялась чужого гнева. Ее не интересовало досужее мнение. Непосредственность, наглость и жизнелюбие чародейки граничили с безумством.

Внезапно наступила тишина.

Лавли изучала глазами все помещение, словно оказалась не в детской, многолюдной спальне, а на месте происшествия. А потом эти глаза добрались и до меня.

Отметил даже издалека, как блеснули яркие, заряженные любопытством, искорки в зрачках ведьмы.

— Вы-то как здесь оказались? — воскликнула она.

— Искал вас, — приложил палец ко рту, призывая ее изменить громкость интонации.

На это, она, естественно, ответила дерзостью.

— Какое совпадение, а я вас избегала.

— Оставьте свой сарказм для тех, кого он заденет. Вставайте, нам пора идти.

— Да, Лавли, — закивала обрадованно Эбигейл. — Я очень благодарна вам за помощь, вы отличная целительница, но вам пора.

Видно, суровая воспитательница и сама впечатлилась страшилками от колдуньи.

— А я бы задержалась, — Лавли нехотя выпустила заспанную девочку, укладывая ту на кровать.

— Вы к нам днем приходите, — шепотом посоветовала мудрая дама. — Чтобы свет из окна лился, чтобы дети не ждали кошмаров. Подготовьте истории заранее.

— Моя вышла плохой, да? — ведьма натурально расстроилась. — Там, где я выросла, привыкли к таким.

— Нет-нет, но в следующий раз утвердите сказку у... — растерялась леди Эбигейл, — у господина Воккера, например.

— Ага, по сказкам он, наверное, первый, — ощетинилась служанка Дрим.

Я закашлялся. По какой причине она на меня взъелась? За поцелуй? Я обозначил свое желание честно и искренне, при чем здесь сказки?

Покинув сиротский приют, я не дал Лавли уйти.

— Я хотел поговорить, — положил руку на плечо девушки.

— Простите, — закатила она глаза. — Этого больше не повторится. Я больше не уведу невест, пусть сидят сиднем в вашем дворце. Наказание приму, только не выгоняйте.

— Совесть заела?

— Скорее вас Катрина заест, — скривилась Лавли.

— Верю, леди Ревэйн умеет проявлять упорство, — согласился с колдуньей. — Но я не об этом хотел поговорить.

— Давайте, не надо, — догадалась она мгновенно о теме беседы.

Глава 12. Искусство копирования.

Лавли

Ройс вел себя странно. Ему следовало злиться за пропажу невест, за наш общий побег и совершенно безответственное поведение, но нет, его интерес упирался в другие материи.

Что с ним сотворила Лалисса? Не напоила каким-нибудь зельем?

Я шумно вздохнула носом воздух, приникнув к нему, шокировала, конечно, но куда деваться?

— Что вы делаете? — удержал меня за плечи маг.

— Ищу доказательство, что вас отравили.

— Отравили? — скривился он, ни разу не поверив. — С чего бы вашей подруге меня травить?

— Отравление не всегда ведет к смерти, вы, например, вопросы мне глупые задаете, непривычное поведение, возможно, вы бредите.

А лихо я тему поменяла, горжусь собой.

— Лавли, — остановил меня господин Воккер, — хватит. Надоело ваше паясничество. От беседы вам не уйти.

Это я как раз понимала, я не понимала, зачем ее, вообще, проводить. Поцеловались разок, он же не участницу отбора чмокнул, обычную ведьму, совсем незнатную. Аристократы из любого повода масштабное событие создают, заняться им нечем.

— Хорошо,— я посерьезнела, — давайте поговорим. Я услышала ваши слова. Вы хотите мне что-то предложить?

Где-то глубоко в душе я надеялась на чудной ответ.

— Я об этом не думал...

Как и все представители сильного пола. «Он не думал». Тупо навалил на меня новость, полагая, что я сама решу, что с ней делать, и обязательно в его пользу.

Я разозлилась, но истинные эмоции не показала.

— Мне очень лестно, я польщена, но, очевидно, что роль тайной содержанки мне не подходит, — я даже вздохнула картинно. — Не люблю, знаете ли, в тени находиться, тогда роль будущей жены? Вы рассматривали меня в качестве своей супруги? — протараторила без остановки.

Судя по лицу главы тайной канцелярии, эта шальная мысль никогда не приходила в его голову. Впрочем, я и сама не планировала обзаводиться семьей. Усвоила из прошлой жизни, что едва заговоришь о браке, о детях, о любви, мужчины сваливают в дальние дали.

— Не нервничайте, — я хихикнула. — я утрирую. Мне рано замуж, я слишком молода. Господин Воккер, сами все видите, между нами пропасть, а отношения без развития меня не занимают. Я ненавижу тратить время на что-то бесполезное.

— По-вашему, я бесполезен? — нахмурился он.

А, мужчины. Все они эгоисты. Любое утверждение притянут на себя.

— Нет, я сказала, что я не