Пес Ее Высочества - Мария Камардина

Подкаблучники, чтоб их. Цветочки-конфетки, пойди и извинись… Ну сейчас, ну конечно, уже побежал. Трудно поверить, но даже у маленьких собачек есть гордость.

Сама пусть извиняется. А нет — так и отлично, доберётся до замка и будет трепать нервы мужу. А он и впрямь найдёт себе попроще: тихую, скромную, хозяйственную.

Если сможет забыть эту.

Эрик в который раз обернулся на карету и неодобрительно покачал головой.

— И о чём же они там беседуют, интересно…

Бьорн заставил себя смотреть вперёд. Герцогский племянник, прибившийся вчера к отряду, ему не особенно понравился, а то, как смотрела на этого типа Беттина, не понравилось вдвойне. Однако его мнения никто не спросил — да и кто он такой, чтоб вообще иметь по этому поводу мнение. Пусть вон у герцога болит голова на тему того, кому улыбается его жена и с кем болтает. А он, Бьорн, просто телохранитель, и если госпоже неугодно его видеть, то и торчать рядом с каретой он не станет.

И подслушивать тоже.

Даже в виде собаки.

Особенно — в виде собаки, потому что не хватало раскрыть секрет постороннему. К тому же, хотя в одной из телег и остался слабый след-запах вампирского прихвостня, за четыре дня он выветрился почти полностью, новых так и не появилось, а если капитану угодно знать сплетни, то логичнее на привале расспросить служанок.

Эрик, которому всё это было высказано часом ранее, выразительно вздохнул.

— Экий ты нелюбопытный, — пожаловался он вполголоса. — Что, даже не спросишь, за что герцог не любит племянничка?

Бьорн пожал плечами.

— Не любит — его право, — буркнул он, глядя на макушки холмов. — А ты всего так и так не расскажешь. Про крепость лучше объясни.

Капитан с досадой хмыкнул, но не возразил.

— Про Битву Семи Ночей слыхал? Вот как раз в этих местах она и была.

Бьорн молча кивнул и привстал в стременах, чтобы разглядеть выглядывающую из-за следующего холма макушку башни. Лет сто назад тогдашний король вампиров при поддержке самых злобных великанов решил, что у людей слишком уж много земли. Но человеческого короля поддержали феи, тролли, гномы — даже обычно равнодушные к подобным вещам ведьмы пришли на подмогу. Однако и они разделились на два лагеря: некоторые стихийные ведьмы загодя примкнули к вампирам и пустили свои силы на то, чтобы заслонить Солнце. Битва длилась три тёмных дня и три ночи, с обеих сторон полегло столько воинов, что даже страшно представить. Но ещё страшнее был ритуал, проведённый жрецами Светозарных. Они воззвали к богам и пожертвовали всю свою жизненную энергию, чтобы уничтожить великанов и вампирского короля.

Обезглавленное войско захватчиков гнали до мест, где сейчас проходит граница Тёмных земель, и даже дальше. И именно с тех пор у вампиров нет короля — те, что выжили, разбежались и попрятались, и за все сто лет никому не удалось объединить их в хоть какое-то подобие королевства.

— Красные Шапки — твари неприятные, — объяснял Эрик. — Кровь чуют лучше комаров, но не свежую, а вот такую, застарелую, с древних битв. Боги знают, откуда они являются. Вон в деревне рядом с замком друид живёт, он уверяет, что они из каких-то других миров на запах и приходят. А отец мне рассказывал, что они из этой самой крови, из страха и ненависти рождаются, и уничтожить их нельзя, только усыпить.

Капитан недобро глянул на стены, показавшиеся из-за поворота. Судя по карте, впереди дорога сужалась, словно горлышко бутылки, и в самом тесном месте её затыкала небольшая пограничная крепость с говорящим названием Винная Пробка: пара толстых круглых башен над массивными воротами, между ними — маленький двор, окружённый галереями для лучников. По обе стороны от башен по холмам взбирались стены с квадратными зубцами.

Много лет прошло с тех пор, как через крепость прошёл последний караван с южным вином, специями, засахаренными фруктами и сушёной рыбой, и время не пощадило укрепления. От первой надвратной башни остались лишь куски каменной кладки в основании. Эрик пояснил, что последний ритуал жрецов проходил именно там, и, видно, шарахнуло там не слабо. Позже дорогу расчистили, груды камней жались к остаткам стен, торчащих из-под снега гнилыми зубами. На фоне снега тёмно-серая каменная кладка казалась почти чёрной.

Вторая надвратная башня выглядела почти целой, подслеповато щурилась на путников провалами бойниц. Дорога здесь была прямой, как стрела, и даже издалека можно было разглядеть, что ворота не заперты: яркое светлое пятно под тёмным сводом тоннеля словно манило к себе, торопило поскорее пройти неприятное место.

Однако Эрик натянул поводья и обернулся.

— Ронни, возьми в телеге пару белых свечей, сгоняйте с Ирвином на развалины!

Один из рыцарей кивнул и повернул коня, второй отъехал на обочину, давая дорогу карете. Почти сразу позади послышался властный голос Хелен, а ещё спустя десять минут оба воина галопом промчались мимо и унеслись к развалинам.

Бьорн проводил их взглядом.

— Что за свечи?

— Из монастыря Солнечного братства, — отозвался Эрик. — Это ж их жрецы тогда в битве жизни свои отдали. Они сюда приезжают раз в год, на летнее солнцестояние, молебны проводят в развалинах, чтоб никакая шушера не завелась. И свечи привозят, а мы потом, как мимо едем, их жжём. Чтоб их колдовство, или что там, лучше держалось. Мы сюда заглядывали по пути в столицу, всё чисто было. Так что нет там ни Шапок, ни бабок, ни волков, — он ухмыльнулся и похлопал по шее недовольно зафыркавшего Хуха: — Ну-ну, дружок, потише. Бояться нечего.

Бьорн подумал, что огромный козёл с длиннющими рогами вряд ли способен кого-то бояться. Однако чем ближе отряд подъезжал к крепости, тем беспокойнее становился Хух, тем громче ругался Эрик, а рука будто сама собой тянулась к рукояти меча.

— Здесь мороз по коже похлеще самых лютых зимних ночей, — буркнул капитан, дёргая поводья. — Чуешь?

— Немного не по себе, — признался Бьорн.

— Страшная была битва, кровью всё насквозь пропитано. Сто лет прошло, а место всё равно нехорошее. Надо бы проскочить побыстрее.

Отряд окончательно остановился, сохраняя порядок: десяток впереди, десяток по бокам от кареты и телег, ещё десяток сзади. Люди графа сгрудились между каретой и возком, насколько они хороши в бою, известно не было, но