Предсказание - Villa Orient

— Не мог, обстоятельства не позволяли.

— Так это не из-за моего побега?

— Скажем так, твой побег меня, конечно, расстроил, но не настолько, чтобы я забыл дорогу домой и не хотел больше тебя видеть и чувствовать.

В какой-то момент он нежно меня приподнял со скамьи и повернул спиной к себе. Я тяжело дышала и хотела продолжения, инстинктивно наклоняясь вперёд. Он собрал подол платья на округлившейся талии и спустил трусики. Я слышала позвякивание расстёгиваемой пряжки ремня. Бархатистая головка упёрлась у самого входа, и я глубоко вздохнула. Он вошёл, медленно продвигаясь во влажную глубину, раздвигая нежные узкие складочки, пока не достиг задней стенки, и начал движение. Он раскачивал наши тела в плавном ритме. Это слияние было сладким и нежным. Я могла бы кончить очень быстро, но Хамдан не торопился: он то подводил меня к краю, то плавно отодвигал момент. Он никогда не торопился. Но пик наслаждения всё равно приближался медленно и верно, заставляя тело дрожать и расслабляться. В конце он ещё раз провёл по моему обнажённому животу, очертив окружность.

— Этого ты хотела?

Я выдохнула:

— И этого тоже. Ты и правда знаешь, что мне нужно: сначала разговор, потом секс. Я поступила глупо, и ты меня наказал. Показал, как будет, если я и дальше стану поступать неправильно, а теперь возвращаешь то, что забрал. Ты манипулятор.

— Можно и так сказать. Этими приёмами я хорошо владею, тебе играть со мной на одном поле сложно, но ты пытаешься и вполне успешно. Достойный противник.

В темноте было не видно, я, скорее, почувствовала, что он улыбнулся.

— Иди спать в дом, Марина.

— Ты надолго здесь останешься?

— Да, Марина, пора нам заняться делами, но поговорим мы об этом завтра. Пойдём спать.

Он помог мне подняться и поправить одежду и, мягко обнимая за спину, повёл в дом. Так ведут себя близкие, заботливые и внимательные люди. Любящие люди. Но ведь мы с ним не такие. Я до сих пор не разобралась в своих чувствах к Хамдану. И я не знаю, что он испытывает ко мне. Он очень сдержанный человек. Для меня это даже хорошо, потому что он не злится на меня и не применяет ко мне силу. Мы живём вместе, у нас будет ребёнок, но сможем ли мы дать ему полноценную семью?

Глава 36

Дела заключались в плановом осмотре в больнице. В этот раз мне дали платье, чуть прикрывающее колени, и совсем не дали платка. Хитрый план заключался в том, чтобы я как можно больше выделялась в толпе и побоялась бегать под открытым небом, дабы голову не напекло. Наручники не надели, и то ладно. Я вдруг стала относиться ко многим вещам проще, отделяя важное от неважного. Важно было заботиться о своём здоровье и не делать глупостей.

В больнице мы шли той же дорогой, и приветливый врач задавал похожие вопросы, только в этот раз на осмотр я ушла одна. А Хамдана пригласили только на УЗИ. Я завороженно наблюдала за экраном монитора, который теперь показывал уже не маленького червячка, а целого человечка. Слёзы наворачивались на глаза сами собой, как я ни старалась сдерживаться. Хамдан на этот раз стоял рядом и взял меня за руку, мягко сжимая. Несмотря на жару, руки у меня были почти ледяными, отражая холод грядущей неизвестности в сердце. Хамдан как будто пытался согреть меня.

Мы вышли из кабинета, Хамдан опять шёл чуть впереди, а я следовала за ним почти на автомате, уже не думая ни о каком побеге. Я даже не заметила, как мы миновали лестницу, на которую я круто свернула в прошлый раз. Вдруг я резко натолкнулась на остановившегося Хамдана. Всё это время я шла с опущенной головой, глубоко задумавшись. Хамдан молча взял меня за руку в знак поддержки, и чтобы отвлечь от размышлений. Слова не сказали бы больше, чем этот простой жест.

В машине я неотрывно смотрела в окно, не замечая уже знакомый пейзаж, но отметив только, что мы едем за город. Хамдан вдруг отстегнул мой ремень безопасности и, обхватив меня за талию, усадил к себе на колени. Он был сильным и легко управлялся с моим телом.

— Марина, всё хорошо. Что тебя так беспокоит?

— Я не могу бросить ребёнка, не смогу отказаться.

— Тебе и не нужно. Это твой ребёнок.

— Как я могу остаться?

— Как тебе хочется? Женой? Любовницей? Матерью этого ребёнка?

— Я не знаю ответа на этот вопрос. Ты мне ответь. В каком качестве я могу остаться?

— Ты опять задаёшь вопросы, к ответам на которые ты сама не готова. Я могу тебе ответить, но это будет моё решение, а должно быть твоё.

— Нечестно сейчас давать мне выбор, тогда как раньше ты его много раз забирал.

— Я создал условия, теперь пришло время выбирать тебе. И ты сделаешь выбор сама. Просто знай, что любое твоё решение будет правильным.

— Как ты сказал, из множества вариантов я выбираю худший для себя.

— Когда ты об этом знаешь и понимаешь, то можешь поступить по-другому.

— Знаешь, если твои дела пойдут совсем плохо, ты можешь зарабатывать на психоанализе.

— У меня нет специального образования для этого, зато я умею много чего другого, для чего образование вообще не нужно.

Он крепко обхватил мою талию и переместил меня так, что теперь мои бёдра обхватывали его.

— Тогда мы поедем в твою двухкомнатную квартиру в спальном районе в Москве, Марина. Ты будешь работать, а я буду воспитывать наследников.

— Во множественном числе?

— Да, я всегда мечтал о большой и дружной семье.

— Вот, значит, как… О таком нужно предупреждать заранее.

— Я и предупреждаю.

Иногда он умел делать всё таким простым и лёгким, что я и правда начинала думать, как будто у меня есть выбор. Его руки забрались под подол платья, которое неприлично задралось, когда я раздвинула ноги, и продвинулись вверх по бёдрам, гладили мою спину, натыкаясь на застёжку бюстгальтера. Грудь была затянута бельём впервые за долгое время, он сжал её через эластичную ткань, и соски затвердели. Он легко поймал мои губы в плен и теперь целовал, проталкивая язык внутрь, чтобы ласкать и распалять, как он умел. А его руки двинулись вниз, залезая в трусики. Он провёл ребром ладони между складочками, которые уже