Зачарованные сладости попаданки - Марго Арнелл

— Но кто это сделал? Что это за чары?

— На первый вопрос, увы, ответить пока не могу, — признался Корвин. — Что насчет второго… Большинство людей в Эльдори поклоняются Меллиферо. Однако многие верят в “темного” бога, Малингуса, бога коварства и обмана. Официально его культ запрещен, но есть люди, которые тайно поклоняется ему. Мы очень мало знаем о Малингусе и ритуалах в его честь. Но ходят слухи, что он может даровать своим последователям способность подчинять себе чужую волю и воздействовать на разум других людей.

— Что и произошло с Варго и остальными… — ошеломленно проговорила я.

— Мы с Альдусом должны во что бы то ни стало поймать этого человека. Ты даже не представляешь, какую опасность он представляет для других.

Сложив руки на коленях и комкая ткань юбки, я лихорадочно размышляла.

— Что получается… Кто-то решил одним махом вывести из строя и нескольких опытных кондитеров, чьи имена были в заявке на конкурс, и меня, как нового, но подающего надежды кондитера… да еще и волшебницу.

Остальные — ремесленники с магическими способностями — пострадали лишь для большей достоверности. Или просто были нужны, чтобы в злых намерениях меня обвинило как можно больше человек.

— А значит, с большой долей вероятности, он и сам кондитер… — продолжил мою мысль Корвин.

— Который собирается участвовать в соревновании за Кубок Меллиферо, — закончила я. Нервно покусала губы. — Мало того, что он может выиграть нечестным путем — ведь многие кондитеры все еще лишены своих способностей… Что, если всем этим он не ограничится? И попытается склонить чашу весов на свою сторону во время самого конкурса?

Корвин нахмурился.

— Судя по всему, эта победа — и возможность потребовать награды у самого короля — для него очень важна. Так что это не исключено.

— Пока вы с Альдусом ведете расследование, я подумаю, что можно с этим сделать, — пообещала я.

Ведь фестиваль уже совсем близко. Оставшегося времени может попросту не хватить на то, чтобы поймать последователя Малингуса. На его стороне были чары, непривычные для большинства людей и даже следопытов. Вероятно, именно они позволяли ему оставаться неуловимым.

— И, раз уж это сработало с Альдусом, я постараюсь помочь пострадавшим кондитерам и вернуть их способности.

Корвин взглянул на меня так… словно впервые увидел. Тихое, сдержанное восхищение — вот что было в нем.

— Ты же понимаешь, что они — твои прямые соперники?

— Пользоваться их слабостью — низко, — хмурясь, категорично сказала я. — Такая победа была бы совершенно нечестна и… мне она не нужна.

Корвин покачал головой.

— Ты потрясающая.

В груди стало жарко от его тона и взгляда. Я могла бы просто насладиться ими, просто запечатлеть их в своей памяти, но… Нет. Я не хочу жить прошлое. Только настоящее, только уверенный шаг вперед.

— К слову об этом… — вкрадчиво начала я. — Если я такая потрясающая, почему ты не хочешь быть со мной?

Да, возможно, не самая лучшая моя речь, но… Именно этот вопрос волновал меня больше всего.

— Не хочу? — Корвин покачал головой. Придвинувшись ближе, развернулся ко мне и сжал мою ладонь в обеих руках. — Мира… Я мечтаю быть с тобой.

— Но Лиана сказала…

Я прикусила язык. Вот этого точно говорить было не обязательно! Как и в целом упоминать его бывшую.

Корвин горько усмехнулся.

— Она рассказала тебе, да?

— Нет. Я знаю только то, что мы по какой-то причине не можем быть вместе.

Он помолчал, подбирая слова. Но моей руки не выпускал.

— Несколько лет назад во время одного дела я встретил Хаджи Аль-Кадима. Я помог ему и в награду получил возможность загадать желание.

— И что ты загадал? — выдохнула я.

Корвин вскинул голову, проникновенно взглянул на меня.

— Встретить свою родственную душу. Встретить настоящую любовь — не ту, что мимолетна, а ту, что будет со мной навсегда. До этого с отношениями у меня… не клеилось. И я всегда знал, что не хочу размениваться по мелочам. Не хочу тратить свое и чужое время на человека, с которым мне не суждено встретить старость. Звучит, наверное, грубо…

— Нет, я понимаю. И… что произошло?

Корвин пожал плечами.

— Сначала ничего. Хаджи обещал исполнить мое желание, и… просто исчез. Я продолжал жить как прежде. Вот только теперь, когда я пытался сблизиться с кем-то, мои собственные чувства стремительно угасали. В течении нескольких недель или даже дней. Так я понимал, что та, что так понравилась мне — не моя истинная любовь.

— Ты думаешь, так на тебя подействовали чары Хаджи Аль-Кадима? Вот почему ты был так зол на него?

— Да. — Корвин нахмурился. — Потому что он не исполнил мое желание. Он испортил мне жизнь. Я разбивал сердце девушек, которые были этого не достойны. Последней была Лиана. Я был уверен, что… — Он оборвал сам себя. — Мои надежды не оправдались. И я сказал сам себе, что с этой поры буду всегда один. Но потом в моей жизни появилась ты и… пошатнула мою решимость.

— И ты боялся приблизить меня, чтобы все это не повторилось снова? — тихо спросила я.

— Я боюсь не за себя, — с жаром сказал Корвин. — Ради такой девушки — потрясающей, талантливой, готовой очертя голову броситься на помощь другим, я бы рискнул всем. Я боюсь разбить тебе сердце.

— А что, если я тоже готова рискнуть?

В глазах Корвина пылала надежда.

— Но как же…

— Я не хочу возвращаться на Землю, — выдохнула я. —  Я много думала и поняла, что мое место — здесь. Я хочу быть волшебным кондитером, хочу дарить радость людям и быть полезной им. Хочу быть с тобой и Зефиркой, и узнать, что еще мне может предложить этот мир… а я — ему.

— Мира, — нежно прошептал Корвин.

Мысли путались, голову заволокло сладким дурманом. Но я нашла в себе силы договорить.

— Единственное… Если бы я победила в конкурсе, я бы попросила каким-то образом дать моим родителям знать, что со мной все