Любовь игрока - Джо Беверли

Возможно, ей приснился Форт? Порция улыбнулась — сон был приятным, но это был всего лишь сон. Она никогда не сможет стать женой графа Уолгрейва, особенно после того, что с ней случилось в борделе. Проклятый Брайт Маллорен! Зачем ему нужно было рассказывать Форту, кто она?!

Тяжело вздохнув, Порция направилась в комнату Оливера: возможно, у него есть хорошие новости. В комнате его не было, но на столе лежала записка:

"Дорогая Порция!

Ты так сладко спала, что я не захотел будить тебя. Все скоро решится самым наилучшим образом. Форт отругал меня, как я того заслуживаю, но согласился помочь. Он, однако, настоял, чтобы я купил патент для вступления в армию".

Порция смотрела на письмо и не верила своим глазам. И это после того, как они с матерью потратили столько лет, чтобы разубедить Оливера… Зачем Форту понадобилось это делать?

"Откровенно говоря, — продолжала читать Порция, — Форт давно знал о моих намерениях вступить в армию и считает, что, возможно, это даже к лучшему. Скука не доведет меня до добра. Я думаю, что он прав. Оверстед не нуждается во мне, так как ты лучше меня позаботишься о нем. Возможно, мне больше повезет в армии, и после войны я вернусь домой в звании лейтенанта и увенчанный славой. Во всяком случае, я прямо Сейчас отправляюсь в. Оверстед, чтобы повидаться с мамой и Пру и поговорить с полковником пятого полка. К моменту моего возвращения Форт решит дело с закладной. Мне показалось, что ему хочется обсудить все дела с тобой, и я не стал возражать, так как очень тороплюсь, да к тому же ты все знаешь лучше меня. Он обещал позаботиться о твоем благополучии.

Любящий тебя, непутевый брат Оливер".

Значит, она должна остаться здесь! Порция с недоверием рассматривала нацарапанное наспех письмо. Как Оливер смеет думать, что она может остаться здесь?!

Внезапно Порция вспомнила, что она не рассказала брату, что случилось с нею у Мирабель на самом деле. Как она могла сказать ему об опасном пари и о том, через какое испытание провел ее Брайт? Конечно же, Оливер решил, что Брайт выкупил ее и отослал домой, а Форт определенно ничего не рассказал Оливеру.

Теперь она узнавала во всех действиях брата руку Форта. Он всегда мог убедить Оливера в чем угодно и, зная, как она относится к его вступлению в армию, постарался послать его туда прежде, чем Порция вмешается.

Черт бы побрал этого Форта! Порция в волнении заходила по комнате. Форт не имел права подвергать Оливера такой опасности!

Порция остановилась и сокрушенно покачала головой. Она вспомнила события последних месяцев. Сколько же неприятностей у них было из-за Оливера! Как выйти из этого порочного круга? Возможно, Форт прав. Оливер вел праздный образ жизни и никогда не интересовался землей. И с самого раннего детства он мечтал об армии.

Она тяжело вздохнула: пожалуй, и вправду такой выход из положения самый лучший, хотя решение Оливера разобьет сердце матери. Но только так можно спасти Оверстед.

Порция улыбнулась, и слезы высохли на глазах. Слава Богу, все худшее уже позади, и Оверстед спасен. Через несколько дней она сможет вернуться туда. Она будет много работать и очень скоро рассчитается с долгами, а Оливер, вне всякого сомнения, вернется из армии в чине лейтенанта.

Сражение выиграно! Порция чувствовала себя так, как будто с нее сняли оковы, и она снова могла распрямиться и дышать полной грудью.

Улыбаясь, она вытащила шпильки и, запустив в волосы пальцы, рассыпала их по плечам. На ней все еще была вчерашняя одежда, и Порция стала срывать ее, как напоминание о чем-то отвратительном.

Порция постаралась отогнать страшные воспоминания. С худшим покончено. Ей незачем думать о Мирабель, не должна она вспоминать и Брайта. До возвращения Оливера она тихо просидит в их квартирке и постарается не думать о Брайте Маллорене. Она больше никогда не увидит его снова.

Порция постаралась вспомнить, как она вчера оказалась в постели. Странно, что она легла спать в одежде. Она всегда снимала ее, какой бы усталой ни была.

Продолжая вспоминать. Порция припомнила, как ушел Оливер и как она сидела в ожидании… Что же было потом? Нет, больше она ничего не помнит. Должно быть, она была уже совсем сонной, когда ложилась в постель. Как все-таки странно!

Вешая в шкаф платье, Порция обратила внимание на аккуратно стоящие у кровати башмаки, хотя обычно она сбрасывала их посредине комнаты. Что же такое с ней случилось? Она уснула, проснулась и ничего не помнит.

Порции захотелось принять ванну, но такое желание было неосуществимо в столь ранний час, поэтому она налила в таз холодной воды и стала умываться. Вытирая лицо и руки, она обнаружила на полотенце следы косметики и снова принялась тщательно промывать каждый участок кожи. Если бы она только могла так же отмыть свою память от воспоминаний! Очень сомнительно, что она скоро забудет, какую страсть разжег в ней Брайт Маллорен.

Порция надевала чистое платье, когда в дверь постучали. Она замерла: а что, если это Кутбертсон? Этого не может быть. С ним покончено навсегда.

Порция открыла дверь, готовая ко всему, но на пороге стоял сын хозяйки, маленький Симон. Мальчик принес уголь, чтобы растопить камин, хлеб с маслом и немного пива на завтрак. Все, как обычно, изо дня в день, как будто ничего не случилось. Но Порция всем существом чувствовала, что какие-то изменения произошли.

От зажженного камина по комнате пошло тепло, и Порция села завтракать. Ее мысли снова и снова возвращались к Брайту Маллорену.

Опять раздался стук в дверь. На этот раз пришла сама хозяйка, миссис Пинней, настроенная весьма воинственно.

— Мисс Сент-Клер, — начала Она, поджав тонкие губы, — где ваш брат? Если он вам, конечно, брат.

— Брат по матери, — ответила Порция, растерявшись от такой неожиданной атаки. — Он уехал на несколько дней. Но как вы об этом узнали?

— Его видели ночью. Он вел себя как вор.

— Мы заплатили вам за квартиру вперед, миссис Пинней, — холодно ответила Порция, — и мой брат волен уезжать и приезжать, когда захочет.

Холодный тон Порции отрезвляюще подействовал на хозяйку: ее лицо стало более приветливым, голос вежливым.

— Конечно, конечно, мисс. Дело в том, что он опять оставил дверь открытой. Нас ведь могут зарезать в наших постелях!

— Мне очень жаль… — начала Порция, но хозяйка перебила ее:

— И потом эти джентльмены! закричала она, снова поджав губы. — Мой сосед напротив рассказал мне, что вчера вечером вас привезли домой два каких-то джентльмена, а ночью к вам заходил еще один джентльмен. Что вы на это скажете?

— Что за глупость! — вновь решительно возразила Порция. — Меня сопровождали домой слуги… одного из наших друзей. Мой брат ушел ночью, чтобы с первой же почтовой каретой уехать по делам, и здесь не было никакого джентльмена. Ваш сосед, должно быть, ошибся.