Любовь игрока - Джо Беверли

Нерисса была такой же прекрасной, как и окружавшая ее обстановка. Золотистые, сверкающие волосы крупными локонами струились по спине; свободное платье из кремового шелка украшали вышитые розы и тончайшие кружева низкий вырез позволял видеть белые плечи и круглые, полные груди.

— Чем вызван твой ранний визит, Порция? — спросила Нерисса, и только теперь Порция поняла, что пришла в неположенное для визитов время. Но отступать было поздно.

— Я попала в затруднительное положение, — ответила она.

— Я так и подумала, но расскажи мне все по порядку, и я постараюсь помочь тебе, если это в моих силах.

Приветливость, прозвучавшая в голосе Нериссы, расходилась с беспокойным выражением ее больших карих глаз, и это навело Порцию на мысль, что кузина не любит обременять себя чужими заботами.

— Мой брат был вынужден уехать… — начала Порция.

— И оставил тебя одну? с удивлением закончила Нерисса.

— — Да. Дело не терпело отлагательства.

— И все равно он не должен был оставлять тебя одну, без всякой защиты. Что же ты теперь собираешься делать?

Было ясно, что Нериссе и в голову не приходит оставить кузину у себя.

— Не знаю, — ответила Порция.

Отпивая мелкими глоточками шоколад, Нерисса с поразительной недогадливостью продолжала расспрашивать Порцию.

— У тебя много знакомых в Лондоне?

— Боюсь, что нет.

— А как насчет Брайта Маллорена?

Порция вздрогнула и чуть не пролила шоколад: неужели уже все стало известно?

— Что ты хочешь этим сказать? — спросила она.

— Тогда в парке, — начала Нерисса, — мне показалось, что вы хорошо друг друга знаете. Многие так подумали.

Порция с облегчением вздохнула. Не глядя на Нериссу, она ответила:

— Он просто знакомый моего брата.

Это была явная ложь, но Порция надеялась, что Нерисса ей поверит.

— Странно, — сказала та. — Что может быть между ними общего?

Порция пошла на хитрость.

— Игра в карты, — ответила она.

— Ах, да, — согласилась Нерисса, все еще с недоверием глядя на Порцию. — Надеюсь, ты этого не одобряешь?

Если Нерисса хочет заверений, что у нее нет ничего общего с игроками, она их получит.

— У меня отвращение к картам, — Ответила Порция. — Но сейчас, слава Богу, Оливер понял, что допустил ошибку, играя в карты, и собирается исправиться.

— Как чудесно! Немногие поступают столь мудро. Мне кажется, что лорд Брайт — заядлый игрок.

— Насколько мне известно, да.

Нерисса откусила маленький кусочек бисквита.

— Но согласись, что он великолепен, — сказала она. Перед Порцией промелькнуло видение голого по пояс Брайта с распущенными волосами.

— Согласна, — ответила она, так как отрицать очевидное было просто нелепо. — Но судят не по словам, а по делам.

— Ты слишком сурова к человеку, которого плохо знаешь. Почему ты не любишь его? — спросила Нерисса, в словах которой, однако, не чувствовалось упрека.

— Лорд Брайт поощряет Оливера к карточной игре. У меня нет уверенности, но я думаю, что он понемногу проигрывает ему с тем, чтобы потом отыграться по-крупному.

Брови Нериссы поползли вверх.

— Но ты обвиняешь его в том, что он «хищник»?

— Мне кажется, что это именно так.

Порция внезапно вспомнила, что в последний раз Оливера обыграл Кутбертсон, а вовсе не Брайт, и ей пришло в голову, что между ними существует какая-то связь, хотя это казалось маловероятным.

Нерисса громко рассмеялась.

— Не вздумай сказать это Брайту в лицо, — посоветовала она. — Трелин ненавидит неприятности.

— А ты считаешь, что Лорд Брайт способен на такие поступки?

Выражение лица Нериссы стало холодным. Она задумчиво посмотрела на Порцию.

— Я думаю, что Брайт Маллорен способен на все, но если он и «хищник», то вряд ли будет охотиться на такую мелкую добычу, как твой брат. Возможно, ты хочешь отомстить ему за своего брата?

Атмосфера в комнате, поначалу такая дружелюбная, внезапно изменилась, и Порция не знала, что делать.

— Как я могу отомстить такому человеку, как лорд Брайт, — сказала она, — да у меня нет и желания это делать. Я просто стараюсь избегать его.

Лицо Нериссы внезапно напомнило Порции сейчас выражение кошки, подкрадывающейся к мыши, но не той дикой кошки, которая гонится за мышью как за добычей, а домашней, лоснящейся кошки, играющей с мышью ради развлечения.

— Женщины обычно находят лорда Брайта очень привлекательным, — промурлыкала Нерисса.

— Я и не отрицаю, что он красив.

— Человек может быть привлекательным не только своей наружностью. Говорят, что он искусный любовник. Порция почувствовала, что краснеет.

— Я ничего не понимаю в таких вещах, Нерисса.

— Моя дорогая, в данном случае я говорю только о флирте. Разве он не флиртовал с тобой?! Например, в парке?

Порция смотрела в чашку, не зная, что ответить.

— Полагаю, что флиртовал, — сказала она еле слышно. «Ты гибкая, как ива, грациозная, как олениха, твое тело отвечает на мою ласку», — прозвучало в голове у Порции.

— Так тебе это не нравится?

«Так, моя красавица. Потанцуй подо мной, покажи, что ты хочешь получить дар Венеры…»

— Мне это неприятно, — отрезала Порция. Она взглянула на Нериссу и прочла в ее темных глазах разочарование, смешанное с долей удивления.

— Тебя следует научить флиртовать, моя дорогая, тогда тебе это не будет казаться неприятным. Ты побьешь противника его же оружием.

От неожиданности Порция дернулась и пролила немного шоколада.

— Право, Нерисса, я не хочу иметь ничего общего с этим человеком!

— Что ты так горячишься? Помнится, в его глазах было восхищение, когда он представлял тебя мне. Разве он не восхищался тобой?

Порция теперь почувствовала себя мышью в лапах у кошки. Как могла она находить Нериссу удивительной?

— Нет! — ответила она резко, ставя на стол чашку и вытирая салфеткой пролитый шоколад.

— Он ходил с тобой под руку по парку, и на лице у него было написано восхищение.

— Он просто играл.

— Но Брайт Маллорен обычно придает играм серьезное значение, и он всегда выигрывает…

Потеряв над собой контроль. Порция вскочила с кресла.