Великолепная страсть - Стефани Блейк

Посланник, казалось, съежился и стал меньше ростом, не в силах совладать со своим смущением.

– Мне нелегко это сообщить вам, мадам, но дело в том, что уже в течение некоторого времени у полковника Тэйлора была тайная связь с племянницей вдовствующей императрицы Сунь Ин. Прошлой ночью тайная китайская военная полиция застала их вместе в спальне летнего дворца Сунь Ин в Тяньцзине.

Майра не знала, что ответить. Посланник наклонился к ней и протянул руку, стараясь успокоить ее.

– Я понимаю, миссис Тэйлор, что для вас это ужасный удар. Я выражаю вам свое искреннее сочувствие…

– Что будет с Брэдом? – перебила она его.

Он вскинул руки беспомощным жестом.

– Откровенно говоря, я понятия не имею. Его преступление, то есть то, что у него была связь с принцессой правящей династии… считается очень серьезным. – Он, казалось, на глазах побледнел и осунулся. Голос его теперь звучал глухо. – Его могут даже казнить.

– О нет! Они не посмеют! Он американский гражданин и офицер армии Соединенных Штатов!

Но посланник смотрел на дело довольно мрачно.

– Миссис Тэйлор, стоит ли мне напоминать вам, что китайское правительство не очень любит нас, американцев? Оно не склонно проявлять милосердие к любому иностранцу, будь то американец или кто-либо другой, если он посягнул на нерушимые законы нравственности, позволив себе вступить в связь с принцессой крови? Есть кое-что еще: у нас пока нет прочного положения в Китае. У нашей армии нет здесь официального статуса.

– А у других миссий? Конечно, они приложат объединенные усилия, чтобы обеспечить безопасность своего западного собрата?

Посланник вытер лоб белым носовым платком.

– Думаю, нет. Я уже говорил с британским посланником, и он уверенно ответил мне, что Англия не будет рисковать своими интересами на Дальнем Востоке, своим положением, достигнутым с таким трудом, чтобы спасти шкуру столь «безнравственного, беспринципного» человека, как он выразился.

– Но ведь мы можем что-то сделать.

– Как только я расстанусь с вами, отправлюсь в Тяньцзинь, но хочу предостеречь вас от излишнего оптимизма. Я телеграфировал в министерство иностранных дел и попросил совета.

– Я поеду в Тяньцзинь с вами.

– Не думаю, что это желательно. Откровенно говоря, как жена Брэда, вы будете там в большой опасности. Некоторые военные питают фанатическую ненависть к людям с Запада, находящимся в Китае, и могут распространить свои карательные меры на вас.

Майре припомнилась церемония, свидетелями которой они были в пагоде у подножия гор, и та ненависть, которую она читала на лицах, обращенных к ним.

Посланник посмотрел на свои часы.

– Мне пора отправляться. Поезд в Тяньцзинь уходит через час.

Она проводила его до двери.

– Благодарю вас, господин посланник, за все, что вы сделали и попытаетесь сделать в будущем, чтобы добиться освобождения Брэда.

– Печально, что я мало что мог сделать, миссис Тэйлор. У меня связаны руки, но, как принято говорить, пока есть жизнь, есть и надежда. Прощайте.

Майра поднялась по лестнице. Лотос ожидала ее у дверей спальни.

– Мадам, ванна готова. А теперь я хочу застелить постель и прибрать.

– Благодарю, Лотос, – сказала Майра вяло. Она не стала рассказывать девушке о неприятной ситуации, в которой оказался Брэд. Если повезет, роман Брэда может остаться в тайне.

Но эта слабая надежда была разбита вдребезги, когда позже в тот же день явился Шон Флинн засвидетельствовать свое сочувствие в тяжелую для нее минуту.

– Я надеялась, что эта неприятность не станет общим достоянием.

– На это нет никакой надежды. Мандарины из Запретного города изо всех сил трубят об инциденте, чтобы подстегнуть ненависть китайцев к нам.

– О, Шон, что мне делать?

Она подошла к нему, позволила обнять себя и стояла, прижавшись щекой к его груди.

– О, я знаю, что Брэд беспринципный негодяй, но он не может изменить себя, когда в дело вступают политические интриги и когда он получает возможность играть в политику.

– Да, уж на сей раз он сунул голову в петлю.

– О, не говори этого даже в шутку, – возразила она.

– Дорогая, я не думаю, что дело зайдет настолько далеко, что его казнят. Это было бы слишком рискованно. Такое могло бы привести к еще одному серьезному конфликту вроде Опиумной войны. Его могут отправить в тюрьму. Но, как я предполагаю, его просто депортируют назад, в Штаты.

– О Господи! Хотелось бы надеяться, что дело закончится этим.

Весь день и часть следующего она жила этой надеждой. Позже посланник вернулся из Тяньцзиня. Еще до того как он заговорил, по его лицу она поняла, что он привез скверные новости.

– Что случилось с Брэдом? – Майра вся дрожала от волнения.

– Самое худшее, миссис Тэйлор. Вчера ночью у меня еще была слабая надежда на то, что мои переговоры с китайской военной полицией и другими официальными лицами в Тяньцзине принесут плоды. Когда у нас началось совещание, я думал, что они проявят к нему снисходительность. Но то, что случилось ночью, вышло из-под контроля местных властей. Огромные толпы мятежников ворвались в тюрьму, смели стражей и потащили полковника Тэйлора в холмы. – Он тяжело вздохнул и покачал головой: – Боюсь, что это суд Линча.

Майра упала на диван и закрыла лицо руками. Тело ее сотрясалось от рыданий. Посланник положил руку на ее вздрагивающее плечо.

– Мне очень жаль, миссис Тэйлор. Это поистине настоящая трагедия. Полковник Тэйлор был блестящим человеком с благородным характером, отважным и с недюжинными способностями. А если говорить о его адюльтере, то тяжело думать, что одна человеческая слабость могла повлечь за собой такие ужасные последствия. Да, это трагедия.

Она подняла голову и посмотрела на него сквозь слезы.

– Неужели совсем не осталось надежды? Может быть, они удерживают его, потому что надеются на выкуп?

– Некоторое время и я так полагал, но китайские официальные лица заверили меня, что надежда эта необоснованна. Эти бунтовщики не заинтересованы в деньгах. Они жаждут крови. Послушайте, я должен вернуться в миссию и телеграфировать в Вашингтон. Если есть что-либо, что я или моя жена можем сделать для вас, пожалуйста, дайте знать. Когда ваши дети возвращаются с каникул?

– Послезавтра.

– Вы, наверное, хотели бы вернуться пароходом в Штаты как можно скорее?

– Я не уверена. Я ни в чем не уверена. Внезапно весь мой мир перевернулся с ног на голову. Скорее я предпочла бы остаться в Пекине до тех пор, пока не получу бесспорных доказательств гибели Брэда, если это возможно, сэр.