Любовь для начинающих пользователей - Катя Ткаченко

Симба молча смотрит на Дракулу.

Дракула весело смотрит на Симбу.

Ей кажется, что со вчерашнего утра он изменился, хотя одет всё так же — в майку и шорты, и всё так же странно скалится, будто упырь, и всё так же смахивает на журнального плейбоя, который от нечего делать развлекается тем, что посылает дурацкие письма да ещё подписывает их «граф Дракула».

Никакой он не граф — это Симба уже выяснила.

Мизеров Александр Викторович, сорока шести лет, дизайн, изготовление и поддержка веб–сайтов.

Пора обменяться визитками заново.

— Ну, — говорит Дракула, — где обещанные спагетти?

Симба про спагетти забыла, но ей напомнили.

Она действительно обещала ему ужин. Хорошо, что не при свечах. Харя, принимаясь за ужин, обожал спрашивать:

— А свечи где?

Симба доставала свечу, зажигала её и ставила посреди стола.

А потом смотрела, как харя ест.

Смачно и много, прихлёбывая припасённое Симбой вино.

Как и положено — к мясу красное, к рыбе и десерту — белое, хотя на самом деле харя предпочитал водку. Но водка, с его точки зрения, не вписывалась в романтический ритуал: еда, вино, свечи, потом — женщина.

То есть Симба.

— Эй, — окликнул её Дракула. — Ты что, язык проглотила?

Симба подумала, не отправить ли его восвояси. Сама пригласила, сама и выгонит. На фига он ей тут нужен? Спасать племянника? Психованного Майкла, подложившего ей свинью. В итоге она очутилась наедине с чужим мужиком и ещё обязана его кормить. Не дай бог, он потребует свечу на стол, красного вина, а потом и любви.

— Не бойся, — сказал вдруг Дракула, — я не опасный!

И Симба внезапно принялась плакать, ноги у неё подкосились, и она поняла, что сейчас упадёт на пол.

Рухнет и будет лежать, содрогаясь от рыданий.

— Ну вот, — промолвил Дракула как–то необычайно мягко, — этого только не хватало… Перестань! Перестань, кому сказано!

Симба послушно перестала и вспомнила, что точно такие же слова говорил ей отец. Давно, много лет назад, когда был рядом.

Был рядом каждый день, каждое утро и вечер.

А после она этих слов ни от кого не слышала.

Ей захотелось прижаться к Дракуле, Симба поморщилась и мотнула головой.

— Эй, — сказал Дракула. — Ты пришла в себя?

— Пришла, — ответила Симба. — Так мне разогревать спагетти?

— Спагетти, спагетти, — то ли пропел, то ли провыл Дракула, — где же вы, спагетти?

— На кухне, — сказала Симба, — совсем остыли…

— Бедненькие, — умилился Дракула, — остыли, замёрзли, превратились в кусочки льда, никто их не любит, не согревает у сердца…

Взрослый мужик, а несёт всякую ересь. Стоит в прихожей в майке и шортах, лысина блестит, глаза горят.

Может быть, он и впрямь маньяк, только какой–то нетипичный, в лоб ведь не спросишь: «Вы маньяк или нет?»

Или лучше на «ты»?

«Ты маньяк или нет?»

— Иди в комнату, — сказала Симба, — сейчас принесу спагетти.

— Болоньезе! — капризно уточнил Дракула. — Были обещаны именно спагетти болоньезе!

— Болоньезе, — покорно повторила Симба и спросила: — Слушай, ты что, сумасшедший?

— Я просто люблю спагетти! — абсолютно нормальным тоном ответил Александр Викторович и прошествовал в комнату.

Симба отправилась на кухню.

Ей всё явственней казалось, что происходит нечто очень странное, что её пусть и ненормальная со стороны, в глазах той же сестрицы, но вполне устраивающая её саму жизнь меняется. Причём непонятно, в какую сторону. Куда, к примеру, подевался племянник? Где его искать? И надо ли?

Куда, отчего, почему?

Зачем племянник всё это устроил?

Зачем она затащила к себе этого лысого типа?

И главное — что случится дальше?

Симба нагрузила поднос и вдруг решительно поставила на него свечу.

Чёрный обгоревший фитилёк — перед тем как заняться любовью, харя всегда тушил его своими неуклюжими пальцами.