Небо любви - Людмила Маркова

Юлька широко раскрыла глаза, оглядываясь по сторонам, и наконец поняла, что она слышит голос собственного сердца.

«Неужели мы снова вместе? Да! Ведь Стас любит меня, любит, и в этом нет сомнений. Как он целовал меня, как ласкал, с какою страстью сжимал в своих объятиях, как был неутомим в своем желании, какие чудные слова шептал!»

Юлька поднялась из постели и, увидев в большом зеркале отражение стройного обнаженного, длинноногого создания, удовлетворенно кивнула ему, не заметив изъяна.

«Разве что бедра немного округлились, ножки пополнели, но все сбито, упруго, молодо. Хотя, конечно, можно четыре-пять килограммов и сбросить», — размышляла Юлька, понимая однако, что эти лишние килограммы совсем не бросаются в глаза, и даже если бы и были заметны посторонним, то все равно не смогли бы испортить ее чудесного настроения. Свободная, как птица, целый день впереди, и только поздним вечером предстоит ехать в Шереметьево, что бы выполнить ночной разворотный рейс Москва — Каир — Москва.

Принимая душ, Юлька, как девчонка, играла со струями воды, громко смеясь и задыхаясь от радости. Взбодрившаяся, со свежим естественным румянцем на щеках, Юлька подошла к туалетному столику, чтоб взять щетку и пройтись по водопаду золотистых волос, и тут… Тут она заметила лист бумаги, а на нем только две строчки. Прости за несдержанность. Уезжаю. Не жди, — гласила записка.

Осколок зеркала в руках мальчика разбился вдребезги, и солнечный зайчик растворился в воздухе. Юлька замерла, сжала ладонями виски и тупо уставилась на извивающиеся угрем строчки. Тоненько зазвенело в ушах, голова вдруг стала тяжелой-тяжелой, а по телу пошел озноб.

«Что это? Как? Почему? Зачем? Что я тебе сделала? За что ты так со мной»? — недоумевала она, чувствуя, как тысячи мелких осколков проникли в сердце. Дыхание ее перехватило, а боль в груди накатывала волной и поднялась с такой обрушающей мощью, что казалось, разорвет ей ребра. Юлька безвольно опустилась на колени и зарыдала в голос, как издавна голосили простые бабы на Руси. «Господи, прошу тебя, только не отнимай его у меня, только не отнимай! Я умру без него, я просто не смогу без него дышать. Почему ты молчишь, Господи, почему не хочешь помочь мне?» Юлька не заметила, как вдавила золотой крестик в тело с такой силой, что на груди появилась кровь. «Это конец, — мелькнула мысль. — Стас никогда не вернется ко мне, никогда. Он просто больше не любит меня. Он считает семейную жизнь без любви неорганичной, пустой, бессмысленной. Я думала, его чувства ко мне никогда не умрут, будут вечны. О, как я ошибалась, как ошибалась! Я не выдержу, не выдержу, не выдержу! Я сойду с ума!»

Веки от потока слез стали настолько тяжелыми, что Юлька не могла открыть заплаканных глаз. Похожая на усердно молящегося мусульманина, она монотонно раскачивалась, бессмысленно глядя в пол. Потом она поднялась с колен и посмотрела на свое бледное отражение в зеркале. Вспомнились грустные поэтические строки.