Сердцу не прикажешь - Мари-Бернадетт Дюпюи

В дверь постучали. Элен со вздохом выглянула в коридор. Она успела переодеться, и теперь на ней были черные джинсы и синий шерстяной свитер. Перед дверью стоял юноша с букетом розовых тюльпанов. Смущаясь, он вручил Элен цветы и удалился.

– Розовые тюльпаны!

Молодая женщина нахмурилась, убедившись, что к букету не прилагается никакой записки. И подумала о Кентене Мейро. Маловероятно, что он сейчас в Ренне… Но на этот раз она решила унести букет с собой.

Через десять минут Элен вышла из театра и, прижимая к груди букет от незнакомца, намеревалась уже сесть в ожидавшее ее такси. Не успела молодая женщина открыть дверцу, как звук клаксона заставил ее обернуться. Элен не поверила своим глазам: в двух метрах от нее за рулем большого темно-зеленого автомобиля сидел судья Мейро! Он помахал рукой, потом опустил стекло и крикнул:

– Здравствуйте, Элен!

Каким чудом он оказался в этом городе в такой промозглый и туманный вечер? Не столько из вежливости, сколько из любопытства она подошла ближе:

– Добрый вечер, мсье Мейро! Не ожидала вас здесь встретить.

Кентен пожал плечами, улыбнулся и предложил:

– Могу я угостить вас бокалом вина, а потом отвезти в отель?

Уязвленная пренебрежительным отношением Александра, Элен не стала терять время на раздумья – отпустила такси и села в машину своего поклонника. Судя по лицу и голосу судьи, он был очень рад этой новой встрече с ней.

– Спасибо за те чудесные тюльпаны, которые вы преподнесли мне в Париже, – сказала она тихо. – И этот букет тоже прислали вы, не правда ли?

Элен кивком указала на цветы, которые прижимала к груди.

– Вы правы. Я приехал в Ренн на деловой ужин, а от нашего друга Бернара я еще раньше узнал, что вы сегодня здесь выступаете. Увы, успел я только на второе отделение концерта…

– Вы мало потеряли. Я была не в форме.

– Не говорите так, Элен! Вы были так взволнованы, столько эмоций… Это было великолепно! Вы слишком строги к себе, дорогая!

И он расхохотался. К этому времени они были уже в самом центре Ренна. Кентен остановил автомобиль перед модным кафе с изысканным интерьером. Они устроились за угловым столиком, утопавшим в зелени декоративных растений.

– Что будете пить, Элен? Немного шампанского? – предложил судья.

– Чашку горячего шоколада, пожалуйста. Я продрогла.

Кентен Мейро окинул ее внимательным взглядом. В этом свитере из ангоры Элен была похожа на хрупкую девочку-подростка, и ее природное очарование не оставило его равнодушным.

– Элен, хочу, чтобы вы знали: мне очень приятно, что вы сейчас здесь, со мной. И еще я хочу извиниться за то, как повел себя на вечеринке у Бернара и Сандрин. Надеюсь, это не имело для вас неприятных последствий?

– Отнюдь! Откровенно говоря, тот инцидент даже сблизил нас с мужем, – ответила Элен с загадочной улыбкой.

– Слава богу! Мне было в чем себя упрекнуть: это первый раз, когда я повел себя так необдуманно. Но давайте отнесем это на счет вашей неотразимой привлекательности! Согласны?

Молодая женщина вздохнула и понурилась. Со стороны казалось, что ей не совсем комфортно в этом месте, в компании этого мужчины, и что-то ее мучит. Не сводя с нее глаз, Кентен добавил:

– Я не мог лишить себя удовольствия увидеть вас на сцене, и по счастливой случайности вы вышли как раз, когда я проезжал мимо театра. И вот вы здесь, со мной!

– Это очень мило с вашей стороны, Кентен. Жизнь порой бывает так непредсказуема! Сегодня вечером ко мне должны были приехать муж и дочь, но Вероника заболела…

– И поэтому вы так печальны? Прошу вас, Элен, улыбнитесь!

Приятный, ласковый голос Кентена действовал на молодую женщину умиротворяющее, а в его взгляде было столько сочувствия, что на сердце у нее стало легче. Может, стоит рассказать ему обо всем? Элен испытывала настоятельную потребность разобраться наконец в своих чувствах. Ее снова мучило ощущение, что она балансирует на туго натянутом канате: впереди – по-прежнему Александр, которого она любит, а под ногами – пустота, пропасть сомнений и разъедающих душу страхов.

– Я без конца борюсь за свое счастье, а оно от меня ускользает! – проговорила она наконец, не поднимая глаз на собеседника.

– Поясните, пожалуйста, свою мысль, Элен.

– Это очень просто: каждый раз, когда мне кажется, что я достигла гармонии и идеальной любви, все рушится! И я ужасно устала от этих бесконечных разочарований.

Кентен Мейро выглядел озадаченным. Богатый опыт общения с людьми подсказывал ему, что Элен нужно дать выговориться.

Бернар, не предавая доверия своей пациентки и подруги, дал ему понять, что в отношениях Александра и Элен не все ладно.

– Я был бы только рад вам помочь, милая Элен, – начал он. – Но вы говорите загадками! А что касается идеальной любви, то знаете ли вы хоть кого-нибудь, кто может похвастать таким счастьем? К примеру, я к своим сорока четырем наделал массу ошибок, и в любовных отношениях в том числе. Я женился в двадцать пять на женщине из прекрасной семьи. Детей мы не завели, потому что очень быстро поняли, что у нас не получится долго быть вместе. Нашим отношениям чего-то недоставало… Чего-то очень важного, потому что мы быстро охладели друг к другу. Для меня это было невыносимо, и я предпочел развестись. Быть может, вы слишком требовательны, слишком категоричны?

Элен посмотрела на собеседника с сомнением. Сохраняя спокойствие, Кентен не отвел глаз. На его мужественном открытом лице молодая женщина прочла искреннее желание быть ей полезным. Взвесив все за и против, она решила поведать ему долгую и трагическую историю своей любви, впрочем, не слишком вдаваясь в детали. В конце она рассказала о последней размолвке с супругом.

– И вы сердитесь на него из-за такого пустяка?! – вскричал Кентен.

– Для меня это совсем не пустяк! Александр так и не понял, чего хочет от жизни. Я достаточно долго его знаю, чтобы иметь право судить…

– Элен, как вы бескомпромиссны! И чрезмерно эмоциональны, не правда ли? Что, если ваш муж действительно очень устал? В наши дни труд учителя – тяжелый труд! Классы переполнены, за каждым учеником не уследишь. Думаю, многие жены и слова бы мужу не сказали в подобной ситуации! Супружеская жизнь – не всегда идиллия. Она требует постоянных уступок и жертв. А вам следует подумать и о дочери – девочка так рада, что у нее теперь есть папа! Вы должны спасти свой брак, Элен, хотя бы ради этого невинного создания. К тому же и у вас есть недостатки…

Молодая женщина выпрямилась на стуле, тряхнула белокурыми волосами. Заговорила она несколько сухо:

– Я прекрасно отдаю себе в этом отчет. И если я терплю выходки своего мужа, то только ради счастья Вероники. Но согласитесь, Кентен, у меня есть повод огорчаться. Александр мог бы позвонить перед концертом, прислать цветы, словом, сделать хоть что-нибудь!