Лучше быть, чем казаться - Одри Карлан

Следующую неделю или около того мы провели, ближе узнавая друг друга. Я знакомилась с разными членами его команды, провела немало времени, просто ошиваясь в штаб-квартире компании, но в основном мы тусили с его семьей как одно большое целое – и это было до странности чудесно. Если бы Мэдди и Уэс были здесь, я и в самом деле чувствовала бы себя как дома. Макс сводил меня во все четыре ресторана. И упорно настаивал, чтобы я выбрала лучший. Но еда во всех была вкусной.

Сегодня, после того как мы покончили с обедом, Макс показал мне вторую половину кампуса. Ту, где мы почти не появлялись. Я обнаружила, что там масса скучных корпоративных офисов типа отдела по работе с персоналом, юридического, пиар-отдела и маркетинга. Будь у меня шагомер, думаю, оказалось бы, что мы протопали десять тысяч шагов в день или даже больше. В конце концов, мы уселись обратно в грузовик Макса и вернулись на ранчо.

Выйдя из машины, я с удивлением обнаружила другого великана, державшего на одной руке малышку лет полутора-двух. Второй он обнимал талию статной блондинки. Ее волосы, похожие на золотую пряжу, мантией стелились по спине. На ней была юбка-карандаш, светло-голубая шелковая блузка и пара шлепанцев. Не считая обуви, это был один из самых строгих нарядов, которые я видела в жизни. Выглядело это так, словно она просто переобулась в сланцы, избавившись от пары невероятно дорогих туфель на шпильках.

Поднимаясь по лестнице, мы услышали, как женщина сказала:

– …спасибо, мы были бы очень рады, если бы вы заехали в ближайшее время к нам на ужин.

– Вот так так, посмотрите только, кого к нам занесло, – заявил Макс, хлопнув себя по бедру и радостно ухмыляясь стоявшей на крыльце паре.

Мужчина развернулся, и его улыбка стала шире. Остановившись, я уставилась на аппетитнейшее лакомство, стоявшее передо мной. Сложением он напоминал викинга. Рыжевато-каштановые волосы, чеканный подбородок, ровные белые зубы и ровно столько щетины на подбородке, чтобы заставить девушку споткнуться на ходу. Рукава его облегающей рубашки поло охватывали пару мощных бицепсов, шириной больше моего бедра – а я была отнюдь не тростинкой. Его зелено-голубые глаза вспыхнули, когда он окинул меня взглядом. Следует признать, что осмотр он завершил намного быстрее большинства мужчин. В смысле я, конечно, не модель или что-то вроде того, но мне никогда не приходилось испытывать недостатка в мужском внимании, а что касается груди, то она и вовсе была весьма примечательна.

А этот обросший мышцами кусочек рая не пялился на меня, а просто смотрел. Мне так и захотелось надуть губки (и чтобы нижняя обиженно дрогнула), но тут блондинка развернулась. И я все поняла. Ее глаза пронзительно-голубого цвета напомнили мне гавайские воды у побережья Оаху. Эти глаза смотрели с фарфорово-белого лица с красными полными губами, высокими скулами и тонким носом. Если кратко, то это было одно из самых аристократически-прекрасных женских лиц, какие я видела в жизни. Ко всему этому прилагалась худощавая, но женственная фигура – и стало понятно, почему викинг смотрит лишь на блондинку. Каждые пару секунд он поглядывал на нее так, словно собирался откусить кусочек. В его взгляде чувствовался закипающий голод. Я знала это чувство, потому что Уэс смотрел так на меня – так, словно никогда не насытится. По легкой улыбке, которой отвечала на взгляды викинга блондинка, было понятно, что она в курсе его чувств.

На руке мужчины сидела самая очаровательная на свете малышка. Не считая, конечно, маленькой Изабеллы. Мы с Белл стали закадычными приятельницами. Сегодня, например, я проснулась оттого, что ее маленькая ручка теребила мои волосы, а сама обладательница руки лежала рядом со мной в постели.

– Как получилось, что у тебя челные волосы? – спросила она.

Я рассмеялась, протерла глаза со сна и сказала, что это из-за моей матери. Маленькие губки девочки сложились в форме буквы «О», когда она уловила, в чем связь.

– А у моего папы желтые волосы, поэтому у меня желтые волосы!

Не выдержав, я громко расхохоталась и сказала ей, какая она умная, после чего разрешила играть с любыми своими вещами, пока готовилась к поездке в офис с Максом.

– Хэнк и Аспен Дженсен, – Макс указал сначала на секс-промонабор в узких «Ранглерах», а затем на его жену, совершенное божье творенье, – и их дочь Ханна.

Он пощекотал животик малышки, и та радостно завизжала.

– А это моя сестра, Миа Сандерс.

Макс снова произнес это с куда большей гордостью, чем предполагала ситуация. Я пожала им руки и сильно обрадовалась тому, что Хэнк не сломал мою. Прекрасно, когда у мужчины крепкое рукопожатие, но при этом он соизмеряет силу с человеком, которому пожимает руку.

– Рада знакомству. Забавно, но вы знакомы с моей второй половинкой, Уэстоном Ченнингом, – сказала я.

Глаза Аспен вспыхнули. Когда я говорю «вспыхнули», это означает, что солнце взошло, птицы запели, и вокруг нас запорхали бабочки. Она была настолько хороша. Не будь она такой милой, я бы, вполне возможно, позвонила Джин и облила бы Аспен грязью, жалуясь на то, что все мужчины падают на колени перед такими стервозными красотками.