Как соблазнить герцога - Сюзанна Энок

Немного не доходя до своей комнаты, София вдруг рванулась вперед, не пропуская Адама внутрь.

— Подожди здесь, — прошептала она и закрыла перед ним дверь.

Будь на месте Софии кто-то другой, герцог бы возмутился. Никто не смел заставлять его ждать. И никто не смел закрывать перед ним дверь. Но София… Гривз невольно улыбнулся. Он ждал за дверью, думая о том, как стал выкручиваться, если бы кто-то увидел его здесь.

Наконец дверь открылась, и герцог вошел (плащ он уже оставил там, где взял). Усевшись в кресло перед камином, Адам осматривал комнату, пока София снимала куртку и сапоги. Все в комнате выглядело как обычно. И София все еще была в том же красном платье. Последнему обстоятельству его светлость даже был рад — он хотел сам раздеть девушку. Швея из Ханлита превзошла себя. Если бы происхождение платья не было тайной, на нее посыпались бы заказы от лондонских модниц.

Наконец София, сев к нему на колени, прошептала:

— Раз уж мы игнорируем неизбежное, ты должен меня поцеловать. — Ее зеленые глаза сверкали в свете камина как изумруды.

Адам обнял девушку за талию и прижался губами к ее губам. «Моя фея, отказавшаяся от бриллианта… — думал он. — Прекрасная Фея, то и дело надевающая брюки и тем самым еще больше возбуждающая меня…» И тут же герцог вдруг окончательно осознал то, что давно уже чувствовал: оказалось, что рядом с этой женщиной в душе его воцарялись мир и покой.

Одну за другой Адам вытаскивал шпильки из ее волос. Когда же огненные пряди волнами упали на плечи и на спину Софии, он осторожно откинул назад ее голову, открыв шею для поцелуев. Ее запах опьянял его, и ему хотелось во всеуслышание объявить, что София — его женщина, хотелось сказать каждому из мужчин, чтобы держались от нее подальше, потому что она принадлежала только ему, Адаму Басвичу.

Только это было не так. Она принадлежала какому-то викарию, собиравшемуся превратить ее жизнь в нескончаемую пытку. Хотя… Ведь можно было устроить так, что викарий отправится вместе с Королевским флотом… куда-нибудь на Восток.

Положив руку на лодыжку Софии, Адам медленно провел ладонью по ее ноге, и, по мере того как задиралась юбка девушки, твердела его плоть.

Почувствовав его возбуждение, София с улыбкой спросила:

— Очень удобное кресло, не так ли?

— Рад, что ты так считаешь. Потому что мы здесь и останемся.

С этими словами Адам чуть приподнял Софию, и она уселась ему на бедра. Впившись в ее губы страстным поцелуем, он просунул руку меж ее ног и коснулся пальцами лона, уже влажного и горячего.

Пока София освобождала его от жилета, он расстегивал пуговицы на ее платье.

— Подними руки, надо снять его, — сказал Адам. И через несколько секунд чудесное алое платье уже лежало на полу.

Герцог тут же стал ласкать груди девушки; когда же он легонько прикусил сосок, она со стоном пробормотала:

— О, ты такой развратник…

Адам улыбнулся и спросил:

— Что, прекратить?

— О, ни в коем случае! И вообще-то… — София потянулась к его ремню, и Адам немного приподнялся, чтобы она могла стащить с него брюки. Она уже знала, где искать, поэтому без промедлений достала из его кармана презерватив и определила его куда следовало.

— Как ловко и быстро у тебя это получилось, — с улыбкой заметил Адам. — И ведь ты даже не смотрела…

— Я действовала по памяти, — ответила София, медленно опускаясь на возбужденную мужскую плоть. Через некоторое время она приподнялась, а потом стала снова опускаться, и Адам резко подался ей навстречу. София громко застонала и, склонившись над любовником, поцеловала его в губы. А затем руки ее скользнули под его рубашку, и она принялась кончиками пальцев теребить его соски. Адам глухо застонал и, положив ладони ей на бедра, стал двигаться все быстрее и быстрее. В какой-то момент, почувствовав, что она близка к финалу, он мощным движением вошел в нее последний раз, и оба одновременно громко вскрикнули и затихли на минуту-другую.