#ЛюбовьНенависть - Анна Джейн

– Что – я? – Мой тихий голос звучал изумленно – ничего такого я не помнила.

– А ты прислала мне свой фирменный блюющий смайл, – усмехнулся Даня и невзначай поддел край лифа, а потом, словно опомнившись, убрал руку.

– Я не помню такого, – призналась я.

Такое простое касание, а меня будто насквозь светом пронзило. И я прижалась к Дане, потому что хотела поделиться с ним этим светом, потому что хотела, чтобы мой свет пронзил и его.

– Ты ничего не помнишь, – с этими словами он вновь нашел мои губы.

Все происходящее со мной было прекрасным. Но… Нам помешали. Наше тайное убежище раскрыли. И едва мы успели отпрянуть друг от друга, как на балкон завалилась делая толпа выпускников.

– О, Дан, ты тут! – приблизился к нам нетрезвый Петров, который в костюме с бабочкой-галстуком смотрелся неожиданно элегантно, только шальные глаза все равно выдавали в нем дурачка. – А мы тебя потеряли! Что делаешь в таком месте с такой феей? – с хохотом, больше похожим на неопознанное гыгыканье, спросил он. Я криво улыбнулась – в последний раз феей меня называли в шестом классе, когда мы играли в волшебное королевство.

– А, это ты, Пипетка! – подмигнул Петров. – Не узнал тебя в гриме.

– Я тебя тоже не узнала, – усмехнулась я. – Верни костюм тому бедняге, у которого ты его украл.

– Тс-с-с. – Даня приложил указательный палец к губам. – Эй, чел, разве она не красотка?

Петров озадаченно посмотрел на меня, потом на друга, потом снова на меня.

– Красотка, – вынужденно признал он и почему-то опустил глаза на мои слишком оголенные ноги, но я тут же поправила воздушную юбку. А Матвеев приподнял его за подбородок.

– Не надо туда смотреть, приятель, – дружелюбно улыбнулся он.

Петров почему-то коротко хохотнул.

– По-о-онял! Так что вы тут вдвоем делали, а?

– Да так, – неопределенно пожал плечами Данька, и мне подумалось, что он не хочет никому открывать наш маленький секрет.

На сердце стало еще теплее. Но Петров, зараза, что-то понял и заиграл бровями, за что получил от Дани Дружеский тычок в плечо. Матвеев спрыгнул с перил, но не перестал удерживать меня – как и обещал. Он весело разговаривал с друзьями, шутил, смеялся, но не убирал руку – это видели все, кто был на балконе. И в какой-то момент я почувствовала себя особенной. Я – под защитой самого Дани Матвеева. Я – с ним. Я – его.

– Народ, а идем на реку встречать рассвет! – объявил кто-то весело.

Все тотчас согласились – видимо, им хотелось приключений.

– Ты в деле? – спросил Петров.

– В деле, – отозвался Даня. И обернулся ко мне.

– Как мы пойдем? – растерялась я, хотя идея казалась безумно заманчивой. – Тут же родители, они нас никуда не отпустят.

– Вылезем через окно в туалете, – ответили мне.

– Или ты боишься, что мамочка тебя отругает? – лукаво улыбнулся мне Даня и снова словно невзначай дотронулся до моего колена.

– Не боюсь, – отозвалась я.

– Тогда идем со мной?

Не «с нами», а «со мной»! Господи, неужели любовь и правда существует?

И я согласилась. Единственное, что меня смущало, – туфли. До набережной в них я не дойду, хоть и очень хотелось – я словно чувствовала, что не могу сейчас оставить Даню. Особенно после такого. Вариант идти по лужам босиком мне совсем не нравился. И в голову пришла гениальная мысль – поменяться обувью с Ленкой. У нас один и тот же размер, и если я надену ее блестящие босоножки, то буду чувствовать себя вполне комфортно. Все равно она переоделась в балетки, которые предусмотрительно взяла с собой. А вот я свои взять забыла. К тому же надо позвать с собой Ленку.

– Через десять минут отходим! – сообщил организатор сбора.

– Я сейчас буду, жди, – сказала я Дане.

– И куда ты? – удивился он. – Не уходи.

– Решить проблему с обувью.

Я слезла с перил, и, прежде чем я ушла, он взял меня за руку, задержав свои пальцы на тыльной стороне моей ладони всего на мгновение. Но этого мгновения мне хватило, чтобы в груди появился незнакомый вихрь чувств. Я слабо улыбнулась Дане, взглянув из-под ресниц, и поспешила в зал, в котором все так же весело гремела музыка. Я была уверена, что он будет ждать.

Я была уверена, что сейчас все будет хорошо! Боже, какой же наивной я была.

На танцполе все еще было горячо, разноцветные лучи светодиодного шара пронзали тьму, а музыка гремела так, что пульсацией отдавалась в легких. На одной стороне танцпола зажигали учителя и родители. Краем глаза я даже успела заметить, что наши с Матвеевым родители тоже танцуют и, похоже, им всем очень весело. На другой стороне танцпола веселились парни и девчонки, ставшие в круг, и в центре этого круга показывал азы брейкданса какой-то безбашенный тип из «А» класса. Кое-кто сидел за столиками, мешая ложками мороженое, превратившееся в суп, кто-то стоял под кондиционерами – в помещении было ужасно жарко.

Я стала искать глазами Ленку, однако нигде ее не видела.

– Да-а-аш! – вдруг позвал меня кто-то по имени.

Я резко обернулась и увидела Павла, который почему-то держался за стену и широко улыбался. Пиджак и галстук на нем отсутствовали, голубая рубашка была расстегнута сверху на несколько пуговиц, и вид у него был какой-то помятый. Я тут же поняла: Павел пьян.

– Что тебе? – спросила я.

– Ты мне нравишься, – сообщил Павел, пошатнувшись. – Спасибо, что не кинула ради Матвеева на этом… как его… танце!

Вот идиот.

– Не за что. Слушай, ты мою подругу… – договорить я не успела.

Павел вдруг шагнул ко мне, вцепился ладонями в лицо и поцеловал. Ну как поцеловал… впился горячими противными губами в мои губы – так, что меня передернуло от отвращения. Я почувствовала горький противный вкус алкоголя и дешевых сигарет, и меня захлестнула волна злости. Что он себе позволяет, гад?!

Я тут же оттолкнула его от себя – так, что Павел врезался спиной в стену, за которую еще недавно держался.

– Горячо, – сообщил он все тем же нетрезвым голосом, явно не понимая, что делает.

– Горячо будет в аду, когда я тебя туда отправлю! Козлина пьяная! – выкрикнула я, вытирая влажные губы. Черт, как же противно! Отвратительный запах!

– Тебе не понравилось? – явно расстроился Павел.

Я выдала ему еще несколько бранных слов и убежала, сама не своя от злости. Было ужасно неприятно. И несравнимо с тем, как меня целовал Даня. Лену, явно уставшую от танцев и сохнувшую над бокалом с теплым соком, я обнаружила почему-то за столом другого класса в компании девчонок.

– Ты где была? – удивленно спросила меня подруга.

– Потом расскажу, – нетерпеливо махнула я рукой и покосилась на сидевших рядом девчонок, давая понять, что при них рассказывать не хочу. – Пойдем со мной!