Дура среднего возраста - Ирина Мясникова

Данилка в соответствии с европейскими традициями прилетел на католическое Рождество. Любаша вцепилась в него в аэропорту и никак не могла от себя отпустить. Обцеловала всего. Очень хотелось взять двухметрового детину на ручки и потискать от души, как в детстве. Слезы сами собой струились по её щекам, несмотря на совершенно дурацкую улыбку счастливой мамаши. Данилка, не пытаясь выпутаться из объятий матери, всё же ухитрился пожать руку Комарову и представить свою девушку. Девушку звали Магдой и ко всеобщему изумлению она оказалась негритянкой, причем очень хорошенькой. По-русски она говорила плохо, поэтому Сергею Сергеевичу пришлось отдуваться со своим плохим немецким, а уж Любаше с её примитивным английским и вовсе было не до этого. Из аэропорта всех повез Комаров на Любашином кроссовере. Счастливая мать уселась на заднем сидении вместе с сыном и всю дорогу не выпускала его руку из своих, а Комаров поглядывал на них в зеркальце заднего вида. Любаша очень надеялась, что Комаров и Данилка понравятся друг другу. Ведь они оба её любимые мужчины. Она попыталась посмотреть на Данилку глазами Комарова. Лицо у Данилки открытое, взгляд прямой, улыбка приветливая, рукопожатие сухое и крепкое. У мужика должны быть большие и уверенные руки, а у Данилки Тарасова они были именно такие. Внешне Данилка стал очень похож на Любашу, об этом сразу же с восторгом сообщила Магда, как только увидела их вместе. Правда, иногда как-то вдруг неуловимо в Данилке проступало что-то отцовское. Однако то, что сразу настораживало и отталкивало в папаше, а именно нагловатость и псевдо-простота, начисто отсутствовало в его сыне. У Данилы Тарасова, считай, на лбу было написано, что он интеллигентный мальчик из хорошей семьи. Вот, что значит воспитание. Несомненно, Любаша хорошая мать. Не зря говорят, что ни делается, все к лучшему. Неизвестно еще, каким вырос бы Данилка под влиянием своего папаши.

Неделя до Нового года прошла, как говорят гадалки, в пустых хлопотах. В «Галактике» царило уныние, и соответственно, никаких корпоративных праздников и увеселений не намечалось, новогодних бонусов тоже не предвиделось из-за саботажа бухгалтерии во главе с Гавриловым. Комарову пришлось ставить на уши владельцев и настоящих, и будущих, чтобы бонусы коллективу всё же выплатили. В «Михайловой же и партнерах», наоборот, корпоратив отгремел, как положено, и довольные сотрудники, прижимая к груди конверты с бонусами, разлетелись по заграницам, кто куда. Любаша получила свой конверт непосредственно из рук самой Михайловой и в свою очередь выдала соответствующий конверт Марине. Обе они своими бонусами оказались довольны. Несмотря на кризис, дела в «Михайловой и партнерах» шли замечательно. Ну, да! В кризис у волков аппетиты не убавляются. Они овец, как стригли, так и продолжают, да еще сами промеж собой грызутся. А со своими проблемами, что волки, что овцы идут к аудиторам, юристам и адвокатам.

С утра тридцать первого всем благородным семейством наряжали «главную ёлку страны», как её называли Любаша с Валентиной. Пушистая красавица росла у крыльца. Для нее в свое время были закуплены шары огромных размеров и гирлянды из разноцветных лампочек. Наряжать ёлку пришлось с помощью стремянки, так как у практически двухметровых Комарова и Данилки достать до верха никак не получалось. Под ёлкой установили светящихся оленей с Дедом Морозом в санях. Магда с Любашей подавали мужчинам игрушки, и чувствовалось, что Магде это занятие по душе.

Гостей пригласили к десяти часам. Повар приехал к семи, и к десяти стол уже ломился от закусок, а на плите чего-то булькало и жарилось, распространяя экзотические ароматы.

Любаша, спустившаяся к приходу гостей со второго этажа, поразила воображение всех присутствующих, даже Магда рот приоткрыла, что уж говорить про Сергея Сергеевича Комарова. Чёрное вечернее платье превратило начальника аудиторского отдела и примерную мать взрослого сына в звезду красных дорожек. Любашину фотографию смело можно было бы поместить на обложке любого модного журнала. Остолбеневший Комаров, не сводил с Любаши глаз и глупо улыбался. Довольная произведенным впечатлением Любаша сделала вид, что ничего такого особенного не произошло, и она так шикарно выглядит постоянно, чуть ли не каждый день. Она прошлась туда-сюда перед изумленным Комаровым и уселась на диван. Увидев такую картину, Магда помчалась в Данилкины апартаменты и через некоторое время тоже выступила в чем-то явно вечернем, только оно было миниатюрным и жемчужно серым. Это жемчужно-серое на шоколадной коже Магды смотрелось просто ослепительно. Комаров крякнул, тоскливо посмотрел на Данилку и отправился переодеваться. Данилка тяжело вздохнул и последовал примеру старшего товарища. Магда с Любашей переглянулись и победно расхохотались.

Когда Комаров спустился вниз в элегантном синем костюме, Данилка уже был там и тоже в костюме. Правда, костюм Данилки разительно отличался от костюма Комарова, как костюм ведущего музыкального телешоу отличается от костюма политического обозревателя.

Начали подъезжать гости. Никто и не сомневался, что первым появится Гений. По случаю праздника его длинные волосы, обычно торчащие в разные стороны, оказались аккуратно причесаны, сам он был приодет в костюм наподобие Данилкиного. То есть, в соответствие с молодежной модой. Не по возрасту, конечно, но очень мило. Гений рядом с Данилкой, и правда, выглядел, как старший брат.

– А где же моя ненаглядная церберша Валентина? – первым делом поинтересовался он, с вожделением разглядывая накрытый стол.

– Валентины в Париже, – сообщил Гению Комаров. – У людей тоже должен быть праздник.

– Отличненько! Значит, никто на меня не заругается, если я чего-нибудь утащу со стола! – Гений сглотнул слюну и зашарил глазами по закускам.

– Я заругаюсь, – Любаша показала Гению кулак.

– Ну, тогда пойду на кухню и стащу чего-нибудь из холодильника.

– Не получится. Там у холодильника дежурит Евдокия, сестра Валентины. Ей дано указание, как только у холодильника появится длинноволосый фраер, бить его поварешкой по лбу.

– Беда какая! Ну, что за люди вокруг! Дайте, хоть выпить чего-нибудь на аперитив.

– Сдается мне, что ты и без аперитива голодный, – заметила Любаша. – Ладно уж, возьми чего-нибудь.

– А мне можно? – спросил Данилка, направляясь к столу.

– И мне? – поинтересовался Комаров.

– Вот мужики, ну что с вами делать. Ешьте уже.

Следом за Гением на такси приехала Валерия. Она вошла в гостиную на негнущихся ногах, чувствовалось, что хождение на высоких каблуках для нее в новинку. Валерия тут же дополнила собой парад уже имеющихся в доме практически голливудских красавиц. На взгляд Любаши, девочка, конечно, была несколько полновата, но эта была такая пикантная полнота в стиле Мерелин Монро. Зато от лица Валерии трудно было отвести взгляд. Любаша тут же представила, насколько красива её мать, и сильно разволновалась.

При появлении Валерии Гений оживился, перестал жевать и начал стрелять глазами в её сторону. Рядом с ним тут же нарисовался Комаров и чего-то такое ему сказал, после чего Гений сник и уставился в темное окно.

Познакомившись со всеми, Валерия прибилась к Магде, и они принялись щебетать на немецком.