Отчаянный шантаж - Нора Робертс

– Представляю, как ему было больно, когда он обнаружил, что у него есть дочь, о существовании которой он даже не знал.

– Папа хотел помочь ей, спасти ее, – тихо сказал Этан.

– И он видел, что ей уже ничем не поможешь, – отозвался Кэм. – Он решил спасти Сета.

– Своего внука. – Филип проводил взглядом проскользнувшую в темноте цаплю. – Я много думал об этом. Естественно, он попытался связаться с матерью Глории, хотел услышать подтверждение.

– А на это требовалось время. – Кэм помолчал пару секунд. – Она замужем, живет в Европе и, как я понял из слов Сибил, вовсе не жаждала объясняться с ним.

– Папе не хватило времени, – с горечью произнес Филип. – Но теперь мы знаем. И мы закончим то, что не успел он.

Сибил долго стояла под горячим душем, затем решила поработать, а еще – позвонить матери, высказать все, что думает, и потребовать письменного подтверждения своего заявления.

Ничего этого она не сделала, а просто упала на кровать лицом вниз, закрыла глаза и тут же провалилась в глубокий сон.

Разбудил ее стук в дверь. Сибил сползла с кровати, нащупала выключатель. Плохо соображая, она добрела до двери номера и заглянула в глазок… и, испустив долгий раздраженный вздох, открыла дверь.

Филип взглянул на ее взлохмаченные волосы, сонные глаза, практичный темно-синий махровый халат и улыбнулся.

– Умница. Я ведь велел тебе не одеваться.

– Прости, я заснула. – Сибил провела рукой по волосам, с отвращением представляя, как выглядит, особенно по сравнению с Филипом, бодрым и… как всегда, элегантным.

– Могу зайти в другой раз.

– Нет-нет… раз уж пришел, заходи. – Сибил отступила, пропуская его в комнату. – Я только оденусь.

– Не утруждайся. – Филип обхватил ее за шею, привлек к себе и поцеловал. – Я уже видел тебя голой. Ты очень аппетитная.

"Неужели ему так нравится вгонять меня в краску?» – подумала Сибил.

– Я не собираюсь заявлять, что совершила ошибку, – с вызовом сказала она.

– Вот и хорошо.

Филип поставил принесенную бутылку вина на журнальный столик.

– Однако, – продолжала Сибил с тем, что казалось ей восхитительным терпением, – мы поступили опрометчиво, а мы оба разумные люди.

– Говори за себя, док. Я теряю разум каждый раз, как вдыхаю твой аромат. – Филип наклонился и втянул носом воздух. – Что это за духи?

Сибил отпрянула.

– Филип!

– Сибил, – рассмеялся он. – Хочешь, я попытаюсь вести себя прилично и не потащу тебя в постель, пока ты окончательно не проснешься?

– Я высоко ценю твои намерения.

– И я это заслужил. Проголодалась?

– Откуда у тебя патологическое желание все время кормить меня?

– Аналитик – ты, – пожал плечами Филип. – Я принес вино. Бокалы есть?

Сибил принесла два невысоких толстостенных стакана и вопросительно приподняла брови, заметив усмешку на губах Филипа. Он чертовски сексуально ухмылялся.

– Оскорбительная посуда для изысканного вина, – заметил он, открывая бутылку собственным штопором. – Но если это лучшее, что ты можешь предложить, обойдемся.

– Я забыла запаковать свой хрусталь.

– В следующий раз не забудь. – Филип разлил янтарное вино по стаканам и передал ей один. – За начало, процесс и конец.

– То есть?

– Загадки закончились, сотрудничество налажено, и мы стали любовниками. Я доволен всеми тремя аспектами наших взаимоотношений.

– Сотрудничество? – Сибил выбрала наиболее безопасный аспект.

– Сет – Куин. С твоей помощью мы очень скоро это узаконим.

– Тебе так важно, чтобы он носил ваше имя?

– Имя его деда, – поправил Филип. – И Сету это гораздо важнее, чем мне.

– Да, ты прав. Я видела его лицо, когда он узнал эту новость. Должно быть, профессор Куин был замечательным человеком.

– Они с женой были особенными. И у них был редкий брак, основанный на доверии, уважении, любви. Не представляешь, насколько мучительно было сомневаться в отце.

– Вы боялись, что он изменил вашей матери с Глорией? – Сибил опустилась на диван. – Как ужасно, что она посеяла в вас семена сомнения.

– И ужасно было жить с этими сомнениями, – признался Филип. – Особенно когда я смотрел на Сета. Неужели он сын моего отца? Его настоящий сын, когда я – всего лишь приемный? Но я в это не верил, – добавил Филип, садясь рядом с ней. – Сердцем не верил. Это просто одна из тех злых шуток, которые воображение играет с тобой в три часа ночи.

"Как минимум, я облегчила его душу, но этого недостаточно», – подумала Сибил.

– Я потребую от мамы письменного подтверждения моего заявления. Сомневаюсь, что она согласится на это, но все равно попытаюсь.

– Сотрудничество. Об этом я и говорил. – Филип поднес ее пальцы к своим губам, и она настороженно взглянула на него.

– У тебя разбит подбородок?

– Да. – Филип скривился, подвигал челюстью. – У Кэма отличный удар левой.

– Он ударил тебя?

Фил рассмеялся, услышав в ее голосе неподдельный ужас. Сибил явно не привыкла к миру, где машут кулаками.

– Я хотел ударить первым и не успел, так что я в долгу перед Кэмом. Я бы с ним расквитался, но Этан подкрался сзади и придушил меня.

– О боже! – Сибил вскочила. – Это из-за нас?

Из-за того, что случилось сегодня на яхте? Я так и знала, что это поссорит тебя с семьей.

– Да, из-за нас с тобой. И мы во всем разобрались. Сибил, мы обмениваемся тумаками с тех самых пор, как стали братьями. Это семейная традиция Куинов.

Сибил ничего не понимала в отношениях между мужчинами.

– Ты дерешься с ними? По-настоящему дерешься? – недоверчиво переспросила она.

– Конечно.

Честно пытаясь понять, Сибил сжала виски пальцами. Не помогло.

– Почему?

– Может, потому, что они рядом? – улыбнулся Филип.

– И ваши родители допускали такое?

– Моя мама была врачом. Она всегда сама накладывала нам швы и лечила раны. – Фил подлил себе вина. – Думаю, ты плохо представляешь нашу семью. Ты ведь знаешь, что Кэма, Этана и меня усыновили.

– Да. Я постаралась выяснить о вас все, что можно, прежде чем… – Сибил оглянулась на свой компьютер. – Ну, это для тебя не секрет.

– Не секрет. Ты знаешь лишь некоторые факты, но не их значение. Ты спрашивала о моих шрамах. О них я расскажу потом. Кэм был первым. Рэй поймал его, когда он как-то утром пытался угнать машину Стеллы Куин.