Будьте моей семьей - Татьяна Алюшина

Он смотрел на нее, смотрел, даже думать не мог толком, переживая бурлящую, клокочущую ярость в груди. Встал из-за стола, собрался и уехал… в загс, где подал заявление на развод.

А вечером, вернувшись домой, сообщил:

– Отдай мне ключи от квартиры, собери свои вещи, и больше я не хочу тебя видеть в моей жизни никогда. Я подал на развод. Не придешь – нас разведут автоматически. Все.

– Ты чего сорвался-то? – опешила Лия, совершенно натурально не понимая причины столь бурной реакции мужа на ее невинное, в принципе, признание.

– Давай собирайся и к родителям вали, – указал он ей на дверь. – Не хочу больше иметь с тобой ничего общего.

– Да перестань, все это такая ерунда, – уговаривала она его.

– Все, Лия, – выставив руку вперед, отрезал Красногорский и повторил: – Все.

И она поняла, что и на самом деле это все.

– Я люблю тебя, Горыч, ты знаешь, как я тебя люблю, – напомнила она.

– Видимо, недостаточно, – горько усмехнулся Артем, – чтобы хотеть от меня ребенка.

Любила ли она его на самом деле так, как уверяла? Бог знает. Он склонен считать, что да, просто у нее было своеобразное представление о любви, жизни и отношениях между людьми. Иное.

За всей неординарностью и эксцентричностью ее поведения и характера он не понял и не заметил главного: что она просто избалованная до невозможности богатыми родителями, позволявшими ей все, без ограничений, современная женщина, играющая в жизнь, в чувства, с удовольствием потакающая любым своим желаниям, прихотям, капризам и придури. Любующаяся собой до самозабвения.

Как говорят в Одессе: «Женщина всегда сюрприз, но не всегда подарок». Вот абсолютно точно!

Любил ли он ее? Вряд ли, но она была ему дорога, это точно.

И он ей верил и впустил в круг своих близких людей. Пустил, а она там нагадила.

Вроде бы все давно прошло и даже не болит, не свербит и забыто, однако что-то ведь осталось и где-то в глубине души саднит, незаметно меняя характер, привычки и образ жизни.

Ладно, на хрен! Чего это его вдруг потянуло на воспоминания?

О другом надо думать, о другом. Вернее, о другой!

Как встретиться с Ариной и рассчитать эту встречу так, чтобы она получилась в удачном месте, в удачное время и при ее хорошем настроении, чтобы они могли спокойно с ней пообщаться.

Красногорский решил, что вот они вернутся с курорта, Матвей отправится в садик, они войдут в привычный режим и в привычную колею, и где-то через недельку он попробует встретиться и поговорить с Ариной. И надо обязательно подключить маму – пусть предложит приехать им в выходные на дачу, надо придумать какой-нибудь важный предлог, значимый повод.

Вот над чем стоит думать и размышлять, а не о своей неудавшейся семейной жизни вспоминать не ко времени и не к месту.

Было – прошло, все – отрезали.

Господи, какое же это счастье, что у нее есть бабушка!

По несколько раз в день возносила ей сердечную благодарность Арина. Вот где бы она была сейчас и как жила, если бы не бабуля с ее житейской мудростью и весьма неординарным взглядом на жизнь, которая никогда не поддается панике и унынию.

А еще какое великое счастье, что у нее есть Матюшка!

Благодаря им Арина смогла преодолеть в себе какое-то безысходное отчаянье, непроходящую, саднящую душевную боль и черную обиду на жизнь в целом, на Артема в частности и на себя вдогонку.

Да, все еще щемит сердце и иногда накатывает такая тоска, что становится нечем дышать, и постоянно и бесконечно с ней, перед ее мысленным взором, даже во сне, все стоит образ Красногорского, в основном в те бесподобные моменты их близости или тот их разговор на залитой утренним солнцем веранде.

Но она уже может дышать и улыбаться, и тихо радоваться каким-то простым вещам – теплому ласковому морю, солнцу, красоте природы, особому ощущению свободы, когда заплываешь далеко-далеко, раскидываешь руки и лежишь на волнах, глядя в бесконечное небо.

Радоваться вкусной еде, замечательному концерту классической музыки в исполнении звезд мировой симфонии, на котором они побывали с бабушкой, прогулкам, тихим вечерним разговорам за столом на веранде. Посмеиваться над сынком, ухаживающим за девочкой Марьяной, наслаждаться приятным и интересным общением с ее родителями, разговорами с бабулей, возможностью выспаться и лениться, хорошим дням.

Чему-то малому и простому, на поверку оказывающемуся самым главным. Как иронизирует Анна Григорьевна: «Дезинфицируем душевные раны!»

Ведь бабушка права: руки-ноги целы, голова работает, сама здорова и близкие здоровы, крыша над головой есть, работа есть, не нищенствуешь и не побираешься, войны нет, угрозы жизни нет – тогда имей совесть и не гневи бога, отдаваясь с особым наслаждением жертвы своим страданиям, сотрясая пространство жалобами, обидами и сетованием на жизнь.

Конечно, воспринимая эти маленькие радости через призму постоянно присутствующей внутри печали и грусти по несбывшемуся счастью, вздыхала, когда бабуля не видела, чтобы ее не расстраивать, вспоминала дачу Красногорских и те мощные, яркие чувства, что переживала там.

И тихонько плакала, уткнувшись в подушку, чтобы никто не услышал.

Но, как-то так незаметно, потихоньку Арина выправилась из перекоса на тему «несчастная я, нелюбимая, ай-ай-ай, жизнь закончилась!».

Да нет, не закончилась, идет себе. Вот уж и последний день на отдыхе, завтра в Москву, а там и Матвею в садик, бабуля, решив что ей скучновато будет, объявила, что переговорила с руководством районной библиотеки и выяснилось, что ее опыт очень даже нужен и востребован, и она пойдет «помочь девочкам», и ее даже берут на полставки со свободным графиком работы. Хотя трудно представить, что такое половина суммы, приближенной к нулю, – ноль?

Арина вообще восхищалась безмерно подвигом работников библиотек – фантастические люди! При очень скромных зарплатах они все преданные, увлеченные энтузиасты своего дела и такие интересные и важные дела-мероприятия проводят, привлекают людей.

Да что говорить! Это пообщаться с ними надо, тогда поймете.

Анна Григорьевна сообщила, что будет работать в первой половине дня, после чего забирать Матюшку из сада и заниматься им. За хозяйством теперь присматривает домработница, которую Арина с бабушкой решили нанять для пробы, посмотреть, получится ли у них такой уклад жизни, к тому же та согласилась помогать и с Матвеем.

Так что – новая жизнь, новые реалии, новые высоты – без присутствия во всем этом господина Красногорского.

А что он? Бабушка рассказала, что Артем постоянно интересуется их жизнью, здоровьем и делами, и Лидия Архиповна ему передает новости и пересылает снимки и видео. Арина не возражала – да пусть себе, толку-то от этого его знания.

Поинтересуется еще какое-то время и постепенно остынет, забудет, встретит другую женщину, заведет с ней своих детей и будет жить счастливо, как и мечтал. Аминь.