Научи меня - Людмила Молчанова

- Наташ, поезжай домой отдыхать. Я все равно в ту же сторону сейчас поеду, что и Катя.

- Но мне же по пути. Мы потом домой все.

- Куцова.

Ната забавно заморгала и суетливо начала сгребать бумаги в одну кучу.

- Ой, все, иду-иду. Мне, кстати, надо еще заехать в этот...как его...

- Магазин, - заботливо подсказал Михаил.

Девушка, как болванчик, согласно закивала.

- Да-да, в магазин надо. Купить срочно...эээ...рис. Да, рис. А то у меня кончился, внезапно. Ну я...пока, в общем, - она вихрем пронеслась мимо, успев шепнуть Кате на ухо: - Приедешь когда домой - позвони.

* * *

Все произошло быстро, спонтанно и совершенно спокойно, как будто это в порядке вещей.

- Михаил Иванович, не нужно...

- Одевайтесь, Катя. Адрес тот же?

- Тот же, но...

Слушать ее никто не стал - мужчина молча взял со стола свой мобильный, накинул на плечи пальто и направился к выходу, по пути аккуратно ухватив Катю за локоть. Она подавила порыв вырвать свою руку из его крепкой и уверенной хватки, чтобы потереть разгоряченную прикосновением кожу.

- Уже уходите? - с любопытством прищурилась Галя, рассматривая их двоих.

- Да, Галь. Насчет завтра ты ничего не забыла? - и тут же без перехода Михаил обратился к застывший как соляной столб девушке. - Одевайтесь пока.

Катя встретилась взглядом с не менее ошарашенной женщиной и слегка пожала плечами. А что она? Она ни при чем. Это все он. Вот пусть Галя на него глазами сверкает.

- Да, Михаил Иванович, я не забыла. Вы завтра приедете?

- А почему я должен не приехать?

Секретарша снова кинула испытующий и изучающий взгляд на Катину напряженную спину.

- Не знаю, мало ли...

- Если что-то пойдет не так, я позвоню, - спокойно и без эмоций произнес Михаил, возвышаясь над своей секретаршей, и даже та поежилась от холода, сочившегося из каждого произнесенного слова. - Все, до завтра. Катя, вы оделись? - через плечо бросил он.

- Да.

- Отлично. Прошу.

Миша внимательно наблюдал за тем, как Катя, занервничав, дернулась в сторону, когда он сделал шаг к ней, а потом, желая хоть как-то реабилитировать себя, выпрямилась и улыбнулась ему благодарной и едва подрагивающей улыбкой. Кивком головы поблагодарила и на спринтерской скорости рванула к выходу.

Против воли он улыбнулся. Удивительно забавная женщина. И открытая. Не легковерная дурочка, которая только что и умеет хлопать глазами, и не наивная идеалистка, которая своей восторженностью и верой в доброе и светлое раздражает всех вокруг, а просто обычный человек, которому лгать, притворяться и скрывать истинные мысли ни к чему. Такое дорогого стоит.

С такими, как Катя, Михаил в последнее время не сталкивался. Не попадались что-то. Не сказать, что его такие уж плохие и расчетливые люди окружали, совсем нет, просто те, с кем он общался и с которыми варился в одном котле, имели другие ценности, приоритеты и желания. Каждый носил определенные, вылепленные под него маски, практически сросшиеся с собой настоящим. И чтобы заглянуть под такую маску, нужно руки стереть в кровь, вывернуть себя и человека. Еще не факт, что и получится.

А Катя не такая. И эта необычность, непривычность его удивительным образом...притягивала, наверное. Заинтриговывала, возможно. Мишка сам не знал, почему так, но он старательно к ней приглядывался и так же старательно изучал, наблюдая за тем, как она волнуется и нервничает от его пристального внимания. Сам себя понимать перестал. Особенно после той злополучной случайной встречи и своего спонтанного решения извиниться.

Он двое суток себе места не находил тогда, все думал о чем-то, а поговорив - даже скорее уговорив, - успокоился. Действительно успокоился. Как будто все вернулось на свои места и стало правильным. Бред сумасшедшего, наверное, но ощущение от принятого решения было именно таким. Его смущали подобные мысли. И не потому что он собирался их отрицать или они каким-то образом были для него чужды, совсем нет. Для Михаила подобные эмоции, испытываемые по отношению к этой малознакомой девушке, были непонятными и необъяснимыми. Они заставляли его размышлять о чем-то неизвестном и сложном для себя. А ему не нравилось что-то не понимать. Но и отмахнуться не получилось. Поэтому...он решил отпустить поводья и...Пусть все идет как идет. Как бы то ни было.

В машину они сели молча, девушка старательно отводила глаза и всеми силами делала вид, что ее безумно заинтересовал рекламный плакат, на котором была изображена стиральная машина.

- Кирилл ваш племянник? - желая хоть как-то завязать разговор, через несколько минут поинтересовался Михаил.

- Да.

- А сколько ему?

Не поворачивая головы, Катя негромко ответила:

- Пять будет.

Все. Это единственный вежливый вопрос о ребенке, который он смог придумать. Он выдохся. Устал. И вообще, дети - это...ну это что-то такое далекое, маленькое, вечно ноющее и...Не его. Но, как бы невежливо снова замолчать, а ехать им еще достаточно долго, поэтому Миша решился задать давно интересующий его вопрос, впрочем, не особо надеясь на ответ.

- Катя, а он с вами живет?

Наконец, она повернулась к нему. Правда, не сказать, что выглядела довольной его вопросом. Скорее, наоборот.

- Да, а что?

- А его родители? - осторожно поинтересовался он.

На лице девушки промелькнула масса эмоций - слишком сильных и не самых приятных. Он себя последним козлом почувствовал, как будто своими грязными руками к ней в душу влез.

- А что родители?

- Они...есть?

- Есть. Мать.

Как все запущено.

- Вам неприятно об этом говорить?

Неожиданно она съязвила:

- Какой вы проницательный!

Ей было плохо, больно - это читалось в образовавшихся напряженных складках вокруг рта, в сузившихся голубых мятежных глазах, пронизывающих насквозь, в упрямо вздернутом подбородке. Даже в осанке проскальзывал стальной стержень, даже не так - стальные оковы, которыми она сама себя сковала, чтобы держаться.

- Я теб...вас чем-то сейчас задел?

- Это не ваше дело, - как можно мягче попыталась сказать она, старательно пытаясь скрыть досаду из своего голоса. - И знаете, я вообще этого всего не понимаю.

- Чего всего?

Катя неопределенно взмахнула рукой. Светлая густая прядь упала ей на глаза, но девушка даже внимания не обратила.

- Всего этого. То вы останавливаетесь посреди улицы, то вы меня вечно начинаете куда-то возить...Вы что, со всеми себя так ведете? Я правда не понимаю.