Мы - сводные - Эля Пылаева

Подхожу к знакомой машине.

Рядом с нами припаркована машина Рафаэля.

Наш водитель, опережая меня, выходит, открывает мне дверь.

— Выйди на минуту, пожалуйста, Сэм, — строго прошу я.

— Ася, дождь… Давай, садись.

— Нет.

Выходит ко мне. Сталкиваемся взглядами.

— Спасибо за серьги. Я их почистила. Забери.

Протягиваю ему на раскрытой ладони.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сэм хмуро смотрит на мою Ладонь. Рука зависает над моей. Подхватив мою кисть снизу, второй медленно закрывает по очереди мои пальцы в кулак как лепестки. Сжимает снизу, обхватывая мой кулак.

— Это подарок, Ася. Они твои.

Отрицательно кручу головой.

— Забери. А к вам я не поеду. На выходные я решила оставаться в школе до конца года. Думаю, так всем будет комфортнее.

Интернат, так интернат. Выживу как-нибудь.

— Бред не неси. Садись, я сказал, — тяжелеет его тон.

— Не поеду. Твой отец подарил мне путёвку в школу. Что ж… Я приняла этот подарок. Но если у меня есть выбор, я не буду жить бедной родственницей в чужом доме. А выбор есть.

Делаю шаг назад.

Окно в машине Рафа ползет вниз. Выходит.

— Ася, тебе необязательно оставаться в школе. И ехать к Решетовым. Моё предложение в силе. Поехали? — стреляет он глазами на открытую дверь машины.

— Какое еще предложение? — напрягается Семен. — У тебя челюсть лишняя, Дагер?

— Решетов… — презрительно. — Тебе же не четырнадцать. Так эти вопросы уже не решаются. Девушка должна выбрать. Давай играть по-взрослому.

— Не надо диктовать мне правила, Дагер. Не лезь сюда.

Подхватывая за талию, Сэм тащит меня в машину.

— Сэм! — возмущаюсь я сначала растерянно, а потом пытаясь выкрутиться из сильных рук.

— Ты едешь домой, — засовывает меня в машину, с силой давя на макушку, чтобы я не ударилась о крышу машины.

— Да Семен! Решетов! — отбиваясь, отлетаю от него и машины.

— А ну-ка отпусти её, — подлетает к нам Рафаэль. — Долбанутый!

Сцепляются.

От адреналина и агрессии моя голова опять кружится. И подкатывает тошнота.

Из машин вылетают водители.

— Устинова, села в тачку! — рычит Решетов. — Иначе, я ему сейчас морду сломаю.

Мамочка…

Не надо… не надо!!!

Я как зомби послушно сажусь в машину. Сэм — рядом.

С рычанием заряжает кулаками в спинку переднего сиденья.

— Предложение у него! Поспешила согласиться?!

Бьет по кнопке, поднимающей стекло между водителем и нами. Оно медленно ползет вниз.

— Семён, — с тревогой смотрит на него водитель.

Лицо Сэма агрессивно подрагивает.

— Всё нормально, — чеканит он. — Поехали домой.

Стекло соединяется с потолком, отрезая нас от водителя.

— Нормально? — истерично выдыхаю я. — Нормально?! Ты!…

Срывая с сиденья маленькую подушку, лежащую между нами, со всей силы луплю его, пытаясь попасть между отбивающих ее рук.

— Придурок! Гад… Возомнил о себе!

— Устинова! — вырывает подушку из моих рук.

Я в эмоциях продолжаю лупить его ладонями.

— Шантажировать он меня будет! Да я сама тебе сломаю сейчас…

Перехватывает и дергает меня к себе, сгребая в объятья.

Сжимает крепко-крепко. До боли. Так что не шелохнёшься.

Губы втыкаются мне в ухо.

— Всё… — шепчет он.

— Сволочь, — всхлипываю я.

Губы ласково целуют моё ухо. Я растерянно замираю от острых ощущений.

— Дома Вера испекла нам пирог, — подрагивает его голос, проникая в мою грудную клетку. — Клюквенный.

В его руках так тепло и хорошо. Не хочется вырываться. Я даже на мгновение забываю, почему мы ссоримся.

И еще через минуту я лежу у него на коленях головой, на заботливо подложенной той самой подушке, которой я лупила его.

Хмуро глядя в окно, Сэм успокаивающе перебирает пряди моих волос и рисует пальцами какие-то приятные узоры. От него так хорошо пахнет, что мне хочется воткнуться в него и вдыхать, вдыхать…

Закрываю глаза, боясь сказать что-то или пошевелиться, и разрушить это теплое ощущение, что совершенно неожиданно возникло сейчас между нами.

На сиденье валяются жемчужные серьги, выпавшие из моей руки. Машина гудит и покачивается усыпляя меня.

И я сдаюсь… "Только на один час!" — обещаю я себе, пока мы едем домой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мне снится что я задремала на руках у папы. Мне тепло, защищенно и кайфово в этих ласковых сильных руках.

Притягиваю ладонь к носу, вдыхая запах кожи. Он отличается от привычного папиного. Но тоже очень знакомый и близкий.

— Просыпайся… пойдём… — треплет меня по волосам Сэм.

Уснула! Обескураженно присаживаюсь. Он тянется, позвонки хрустят.

— Где мы? — оглядываюсь я. — Это что?

— Слишком много вопросов, Устинова, — ухмылочка.

Вытаскивает меня из машины.

Магазин " Подводный мир".

— Да ты что, Решетов, я же в пижаме!