За поворотом времени, или Магия сердца - Галина Сергеевна Горшкова

— И что поставил на кон этот безумец?

— Не спрашивала, извини. У меня голова кругом идет. Быть может, безрассудно согласился пожертвовать магическими способностями. А может, поставил на кон свое бессмертие. Я без понятия. Что для него более важно? И как, объясни мне, мы сможем теперь ему помочь выиграть это ужасное соревнование? Мы ничего не знаем о госпоже Екатерине. Да даже если бы и знали, после того, как Злот забросил ее на облако, вряд ли она когда-нибудь вообще сможет испытывать к нему симпатию! Я уж не говорю о любви.

— А что объясняет Злот? Чем он думал, когда соглашался на эту сделку? Где он, кстати, сам?

— Отправился в свой замок. Сказал, что отдохнет у себя немного, а к вечеру сюда вернется. Кириак, ему весело, понимаешь? «Без паники, сестренка! — успокоил он меня. — Я выиграю это пари. За четыреста с лишним лет я в достаточной мере изучил женскую природу. Околдовать эту крошку, влюбить ее в себя — это легко и забавно. А после — Амалия исполнит мою заветную мечту».

— И что загадал себе этот мальчишка? — Кириак нервно искусал себе все губы. — Он не говорил тебе, чего желает более всего? Что Амалия предоставит ему в качестве выигрыша?

— Не признаётся. Улыбается и меняет тему. Да у него каждый день новая блажь. Слушай, Кириак, а может, он загадал стать Советником Климентия? Вдруг я зря так нервничаю, и Злот нашел более верный и надежный путь в Совет Ардалиона?

— А что уж не стать сразу Высшим Советником? Или лицом, равным по своему статусу нашему Верховному Судье? Вот ерунда! Я же сам, глупец такой, подал ему идею — добиться чего-то большего и тогда получить возможность нарушать любые правила, какие взбредут ему в голову. Ведь именно в этом последние годы Злот находит смысл своего существования? Что-то разрушать и веселиться?

— Вообще-то да. — Георгина выпрямилась в кресле. — Кириак, ты и впрямь подозреваешь, что Злот хочет занять место высшего Советника Климентия вместо тебя? Обогнать тебя по статусу?

— А что ему сможет помешать? Помнишь, как он шутил накануне относительно полновластия? И я очень сомневаюсь, что, взлетев так высоко, Злот будет беспокоиться о тех, кто ему помогал, то есть о нас с тобой. Мы его и так замучили нравоучениями… Ах, я слепец! Ничего не вижу дальше своего носа! Нет, нет, Георгина, я не собираюсь ему помогать выигрывать это пари! И ты тоже сделаешь громадную глупость, если в это ввяжешься! Сколько народу тебя проклянет, когда Злот с твоей помощью достигнет вершины, а затем начнет своевольничать. Вспомни его фокусы и скандалы на всех твоих праздниках! А если это будет в масштабах Ардалиона? Ой-ой-ой!

— Да, но… Нет, Кириак. Злот не должен так поступить. Хотя… Я уже не знаю, чему верить. Что же нам делать?

— Что делать? А ничего! Мы не будем ему помогать! Пусть сам плюхается! Точнее… Нет, Георгина, мы должны помешать Злоту выиграть это пари! Вот — справедливое наказание за его шуточки!

— Но как же Совет Ардалиона? Если Злот проиграет, то ни Амалия, ни Митродора, ни Хронос не будут за него голосовать. Ты же утверждаешь, что Климентий назначит тогда в Совет Присциллу. А она сделает так, что растащит наши земли. Да и тебя выше уже никуда не пропустит. Какая нам выгода от проигрыша брата?

— Выгода? Никакой. Но и для политики Злот не создан. Одни проблемы от него. Да, похоже, я ошибся с его кандидатурой с самого начала, — Кириак мучительно соображал, растирая ладонями виски. — Что же делать? Присциллу, конечно, пускать в правление нельзя. Нужно что-то придумать. Полагаю, я должен подыскать и порекомендовать Совету Империи другую кандидатуру от темного сектора. Уважаемое всеми лицо, за кого можно будет проголосовать, не краснея. И кто в дальнейшем сможет меня продвинуть.

— Но, Кириак, осталось же всего три месяца! Где ты найдешь такого верного человека?

— Ой, не представляю, Георгина. Найти надежного друга нынче крайне трудно. Я никому не доверяю. Разве, что тебе… — Кириак осекся и вопросительно посмотрел на сестру. Его только что посетила гениальная мысль.

«Красивая и общительная женщина. Георгину очень многие знают и относятся к ней с почтением. Тактичная и мудрая, когда надо. Надежная, в отличие от Злота. Я могу рассчитывать, что она не выкинет какой-нибудь фокус, как мой двоюродный брат. И она всегда меня поддержит. Да, всегда. Она плохо разбирается в политике и экономике. У нее нет своего мнения. И именно поэтому моей кузиной очень легко управлять. Чем не отличный кандидат на место уходящего Филарета? Присцилла не идеальна. А вот все жалобы в адрес Георгины можно будет переадресовать на Злота. „Да, это он, негодник, или по недоразумению, или в силу своего ужасного характера невольно бросил тень на сестру. За три месяца, господа наблюдатели, вы изучили Злота достаточно хорошо. Теперь можете вообразить, как тяжело Георгине, бедняжке? Требуется дать больше правления в ее руки. И тогда она и брата сумеет приструнить, и порядок на землях наведет!”. Хм… Весьма правдоподобно. Климентий должен поверить. И Амалия с Митродорой будут на нашей стороне. Разве они не пользуются сегодня гостеприимством Георгины? Разве у них есть какой-то повод для недовольства ею?».

— Да, Георгина, я решил. Я буду просить Верховного Судью и членов Совета рассмотреть твою кандидатуру. Место Филарета должна занять ты.

— Я???

— Ты, сестренка, ты. Что так удивляешься? Ты мудрая и практичная женщина. Ты всегда меня выручала, и я могу на тебя рассчитывать. В округе все отзываются о тебе уважительно. Конечно, Злот иногда подрывает твою репутацию. Это прискорбно. Но сейчас, когда в твоем дворце проживают Высшие Советники Империи, лови шанс и показывай им свою порядочность и лояльность к Магистрам-соседям и крестьянам ваших земель!

— Я… Кириак, я как-то не мечтала об этом никогда. Я мало что смыслю в политике.

— Думаешь, твоя соседка Присцилла более смышленая и достойная, чем ты? А ведь половина Совета собирается голосовать именно за нее.

— Присцилла? — Георгина от возмущения вскочила на ноги и вновь надела бальные туфли, добавляя себе роста и уверенности. — Какая она достойная? Только и может, что нос передо мной задирать. И сады-то у нее лучше, и дом уютнее, и крестьяне более покладистые!

— Вот и я так считаю. Сколько можно тебе быть на вторых ролях? То перед Злотом раскланиваться приходится, то перед