Впотьмах - Людмила и Наталья Корниловы

Небольшой караван из трех повозок и нескольких верховых двигался по грунтовой дороге. Еще в этом караване находились два с половиной десятка пеших людей, в числе которых были и мы с Эжем. Все мы считаемся паломниками и идем на поклонение святым местам. Караван направлялся в Тарсун — это что-то вроде небольшого селения, вернее, храмового комплекса, в котором располагаются старинные церкви и монастыри. Как мы поняли из расспросов — это нечто вроде здешнего религиозного центра. Считается, что в том святом месте творятся чудеса, исцеляются больные, выполняются заветные желания, а вместе с тем отпускаются грехи, и потому побывать в Тарсуне стремится едва ли не каждый верующий человек, живущий в здешней округе, и, судя по разговорам окружающих, всегда найдется немало тех, кто желает посетить эти дальние места.

Казалось бы, нам с Эжем там делать нечего, если бы не одно «но»: по словам Гаппа, именно туда и увезли Лидию с ее ухажером. Вот потому-то уже на следующий день после посещения «Пенной кружки», с утра пораньше, мы отправились к небольшому храму на окраине города — так поступить нам посоветовал хозяин гостиницы, в которой мы остановились. Дело в том, что узнав о нашем желании посетить Тарсун, этот человек любезно сообщил, что с окраины города каждый день уходит небольшой караван, большей частью состоящий из паломников, стремящихся приобщиться к святым местам, а заодно замолить свои прегрешения, коих у каждого скапливается немало. По словам хозяина гостиницы, в последнее время Боги стали милостивы к тем, кто посещает то святое место, и потому многие стараются оказаться в Тарсуне, а паломники все чаще рассказывают о чудесах исцеления страждущих, пришедших на поклонение.

Дорога, ведущая к Тарсуну, считается довольно многолюдной и сравнительно спокойной, на пути хватает небольших деревушек, и потому некоторые паломники (особенно те, кто не может заплатить за охрану в пути) отправляются в Тарсун самостоятельно, и, как правило, их путь заканчивается благополучно. Тем не менее (как сказал все тот же хозяин гостиницы): конечно, всегда стоит надеяться на милость Богов, но и самим лишний раз не помешает о себе побеспокоиться, а потому все же предпочтительней не брести в одиночку, а идти с караваном паломников, где всегда есть охрана. Разумеется, за это придется заплатить, но для такого дела денег жалеть не стоит…

Именно потому утром следующего дня мы с Эжем вышли из гостиницы с рассветом, но хотя дорогу до нужного места нам описали во всех подробностях, мы все же заблудились в переплетениях городских улочек, и едва не опоздали к выходу каравана из города. К нашему появлению паломники отнеслись спокойно, хотя и со сдержанным любопытством — просто появилось еще несколько новых спутников, что уже неплохо: все же чем больше людей в караване, тем безопасней в дороге.

Возраст тех, кто шел вместе с нами, был самым разным — от совсем юного парнишки до мужчин весьма преклонных лет. Паломники передвигались пешком, но те из них, кто уставал — они присаживались на телеги, в которых еще до выезда из города расположились те путники, которые не мог двигаться самостоятельно, или же шли с большим трудом. Все они направлялись в Тарсун, надеясь на выздоровление — по их словам, в том священном городе случаются чудесные исцеления!.. Надо сказать, что здешняя дорога, и верно, была достаточно оживленной, во всяком случае, на ней хватало как крестьянских телег, так и тех, кто предпочитал пеший путь. Не раз нам попадались богатые экипажи — похоже, Тарсун посещали и состоятельные люди.

Что касается нас с Эжем, то мы представились братом и сестрой — для посещения Тарсуна подобное выглядит более подходящим предлогом. Вообще-то народ в караване подобрался не очень любопытный, но все же надо хоть что-то сказать нашим новым спутникам о себе, и потому Эж выдал заранее приготовленную печальную историю. Мол, его сестра, бедняжка, недавно овдовела, очень переживает случившееся, все еще никак не может придти в себя после смерти любимого мужа, и потому брат решил вместе с ней посетить святое место, чтоб попросить Богов послать сестре счастье, а заодно и удачи для всей нашей семьи. Что ж, повод вполне достойный, и вряд ли у кого-то вызовет подозрения.

Когда караван двинулся в путь, то паломники были оживлены, много разговаривали промеж собой. Потом пошли поля, которые сменились лесами, люди стали уставать, и постепенно разговоры умолкли. Сейчас всем хотелось только одного — хоть немного передохнуть.

А еще мне хотелось спать — глаза едва ли не закрывались сами собой, потому как большую часть сегодняшней ночи я, если можно так выразиться, занималась рукоделием. Вчера вечером, направляясь в гостиницу, мы купили в небольшой лавчонке пару широких кожаных поясов из кожи (которые здешние мужчины надевали под одежду на тяжелых работах), кусок крепкой ткани, иголки и нитки. Дело в том, что оставшиеся у нас деньги не стоило оставлять спрятанными в нитках, да и тащить с собой большие клубки тоже не имело смысла. Вот потому-то я при свете лампы пришивала небольшие кармашки к кожаным поясам, и раскладывала монеты по этим самым кармашкам. Кожа была довольно жесткой, иголки грубыми и не очень острыми, так что времени на работу у меня ушло куда больше, чем я рассчитывала первоначально. Вдобавок исколола себе все пальцы, что вовсе не прибавило мне хорошего настроения…

— О чем думаешь?.. — негромко поинтересовался у меня Эж, который все это время шел рядом. После того, как мы пообщались с Гаппом в «Пенной кружке», он стал меньше огрызаться — как видно, смирился с моим присутствием.

— Думаю про то, что до этого самого Тарсуна нам еще идти и идти… — вздохнула я. — А еще о том, как мы будем назад возвращаться…

— Я так далеко не заглядываю… — усмехнулся Эж. — И тебе не советую.

— Надеюсь, Гапп нам не соврал.

— Не должен — мы его хорошо припугнули. Когда прибудем на место, для начала надо будет каким-то образом выяснить, в Тарсуне находится наша парочка, или их отвезли в иное место…

Нетрудно догадаться, о чем говорит Эж. Если принять во внимание, что Тарсун считается местом, куда приходят для молитв и благочестия, то непонятно, для чего там нужны два человека, которых считают колдунами. Говоря откровенно, на этот счет у меня были кое-какие предположения, только вот оптимизма они точно не внушали.

— А сам-то что думаешь по этому поводу?

— Я, говоря откровенно, пока что