Хо`шен императора - Мелина Боярова

– Это последствия опрометчивого поступка, который совершила мать, только что потерявшая сына. Источник сам по себе опасен, и нет в том заслуги самозванца, – нашелся с ответом повелитель молний. – Пусть другие подтвердят то, что вижу я: мальчишка – неодаренный.

Желающих оказалось много, и все в один голос заверили, что не видят в парне искры. Не обманули ведь, потому что я тоже не видела. Оттого стало вдвойне непонятнее, как же он прошел инициацию? Магией светился только княжеский венец, наподобие того, что носил Алим, и фамильный перстень.

– Вань! – негромко окликнула парня. – Юсупов прав, магии в тебе нет. Но я чувствую древнюю силу в артефактах и не понимаю, как ты выжил в источнике.

– А ее и не должно быть, – не оборачиваясь, ответил Иван. – Или ты думала, зря отдельным пунктом древнего договора прописано, что ваш род обязан предоставлять защитника по требованию императора?

– Кто бы еще дал его прочитать! – пробурчала под нос. – Может, объяснишь в двух словах?

– Кхм, сейчас как бы не подходящий момент. Юсупов только и ждет повода, чтобы напасть. Он сам собирался стать вольным и конкуренты ему не нужны.

– Это не настоящий князь! Самозванец! Подделка! – раздались выкрики с трибун, поднялся ропот протестов.

– Вы рты-то попридержите! – раздался басовитый голос из ложи Голицыных, откуда поднялся великий князь Андрей Иванович. – Я от родной крови не отказывался. Парень на мать покойную похож, дочку мою младшую. Уверен, любой маг крови подтвердит близкое родство. Но я и так вижу – наша порода! А что до магии, вспомните, разве не бывало такого в истории, когда неодаренный достойным главой становился?

– Так, это когда было! – возразил Меньшиков, относительно недавно возглавивший золотой род. – Вы еще первого императора вспомните!

– А чего бы и не вспомнить? Раз уж у нас тут вольный князь объявился! – фыркнул Любомирский, род которого славился сильными магами земли. – Вы к артефактам, что на парне, присмотритесь. Наследник это, и думать нечего. Иль кто из присутствующих отважился бы за ними в огненный источник прыгнуть?

– Ну, раз наследник, пусть клятву императору дает, как и все мы когда-то! Чего ерепенится-то? – огрызнулся Юсупов.

– Так, он и не отказывался! – вступился Голицын за Ваньку. – А только клятвы обоюдные давались. Мальчишка справедливости ищет, и я в этом желании его первый поддержу! Больно уж хочется узнать, кто дочь с мужем и внучку сгубил. Выходит, зря я столько лет Сашку Забелина виновным считал! Должен я теперь его роду, который до последнего оставался верным клятвам. Нина Константиновна, – посмотрел на меня седовласый старик, чьи глаза были похожи на хмурое небо, – при свидетелях приношу извинения роду Забелиных за обидные слова, сказанные сгоряча, и признаю за родом Голицыных долг жизни. Я сам, мои сыновья и дружина придут на помощь по первому зову.

– Благодарю! – Я склонила голову. – Род Забелиных принимает извинения и долг жизни. Если в том возникнет необходимость, мы обратимся за помощью. Также хочу заверить, что и вы можете рассчитывать на поддержку и защиту рода Забелиных, как знак доброй дружбы и сотрудничества.

– Принимается! Тем более, что ты и так уже прикрываешь спину моего внука, – ответил князь, по-доброму усмехнувшись. – Ваше величество! – тут же обратился к императору. – Я присоединяюсь к просьбе Ивана и прошу найти и покарать убийц князя Бельского. И заодно учинить проверку тем, кто вел следствие и приговорил невиновного к смерти.

– Семен Павлович, поиск преступников находится ведь в вашем ведомстве? Немедленно займитесь этим вопросом и разберитесь, кто допустил ошибку! – поспешно распорядился государь.

– Всенепременно! – согласился Стужев. – Вот только Тайная канцелярия не участвовала в расследовании. По вашему приказу следствие проводила особая комиссия, возглавлял которую великий князь Юсупов Виктор Максимович. Это его люди опрашивали свидетелей и собирали улики. Осмелюсь заметить, что Ксения Богдановна приходится внучкой князю Сумарокову, который возглавляет младшую ветвь Юсуповых.

– И что вы хотите этим сказать? – не повел бровью Виктор Михайлович. – Дворянин Забелин подписал признание, что в момент гибели семьи князя он отсутствовал. А в это время убийцы прорвались в дом и всех уничтожили.

– Наглая ложь! – вдруг выкрикнул Игнат. – Враг находился внутри и напал по ее приказу! – ткнул пальцем в Ксению Бельскую.

– Кто он? Назови имя! – потребовал Голицын.

– Это Гратен уничтожил семью великого князя! – вмешался Игнат. – И наняли его на службу по рекомендации князя Юсупова, который и является идейным вдохновителем и заказчиком убийства Бельских.

– Да, как ты смеешь кидаться подобными обвинениями, отщепенец? – прорычал князь.

– Игнат Александрович, – вмешался Стужев, пресекая оскорбления, – у вас есть доказательства, что к убийству причастен маг Гратен?

– Клянусь магией, Гратен сам рассказал об этом перед смертью! Хотел напоследок ударить побольнее, – процедил брат. – А вы спросите у нее, как было на самом деле! – Указал на притихшую княгиню.

Стужеву только того и надо было, он подошел к женщине и подал руку, помогая подняться, придержал за локоток.

– Пожалуйста! – она подняла на мужчину заплаканный взгляд. – Я ни в чем не виновата! Это все ложь и наглая клевета!

– Если так, – вмешался Иван, который со скрипом зубов наблюдал перепалку учителя с князем, – клянись жизнью и магией, что не предавала отца! Что не приказывала Гратену уничтожить беззащитных женщин и детей!

Семен Павлович вопросительно уставился на Ксению в ожидании ответа. Та рывком высвободила руку и отшатнулась от мужчины. Ксения и так растеряла привлекательность, но сейчас ее лицо исказила гримаса гневного возмущения.

– Вы сомневаетесь в моих словах? Я давно все рассказала следствию, столько натерпелась, будучи беременной, и не намерена больше оправдываться.

– То есть, не хотите давать клятву в том, что невиновны? – Стужев удивленно вздернул бровь. – В таком случае, вы задержаны по подозрению в убийстве мужа с семьей до выяснения обстоятельств.

У главы Тайной канцелярии даже наручники при себе нашлись, которые он защелкнул на запястьях обвиняемой. С трибун тут же раздались выкрики, что нельзя так поступать с человеком, которого постигло горе. Что князь – ледяной истукан, у которого нет сострадания к ближнему. Очевидно, и среди приближенных императора нашлись подпевалы, которые нарочно подзуживали, накаляя конфликт.

– Семен Павлович, действительно, Ксения Богдановна только что потеряла сына. Быть может, дадите ей время оплакать потерю, и вызовите для беседы позже?

– Ваше величество, я готов отпустить княгиню немедленно, если она подтвердит, что обвинения ошибочны. И даже принесу публичные извинения! Пока что у меня есть