Воин Островов - Дебби Маццука

— Молодая, красивая, что вы нашли в Маклаудах? Будь у вас вкус, а он у вас определенно есть, вы нашли бы молодых красавцев под стать вам.

— Отец! — воскликнула Элинна.

— Что? Разве я не могу выразить свое мнение?

— Пусть каждый останется при своем мнении.

— Но почему? Как ты себе мыслишь жизнь этой крошечной девчушки среди Маклаудов, этих высокомерных мужланов? Да ты и сама понимаешь это, только не говоришь.

Сирена не могла без улыбки слушать эту семейную перебранку. От нее не укрылось, что Элинна не согласна с мнением отца относительно всех Маклаудов. Но вот в отношении Эйдана…

Аласдэр тоже заметил шутливый тон Элинны и по-дружески положил ей на плечо руку.

— А где родители этой крошки? Я бы хотел познакомиться с теми, кто произвел на свет такую симпатичную девушку. К тому же я дал бы им пару советов, как ладить с Маклаудами.

— Увы, лорд Макдональд, это невозможно, — ответила Сирена. — Они… ушли.

— Печально слышать это, — сказал Аласдэр и более внимательно пригляделся к Сирене. Желая поддержать девушку, он обнял ее за плечи.

— Если вам потребуется помощь, буду рад видеть вас в нашем доме. Мы не обманываем хорошеньких девушек, как эти Маклауды.

Элинна тихо простонала, поглядывая на дверь.

— Если ты опять начнешь, я отправлю тебя домой. Где тетя Фиона? — спросила она с таким выражением, словно эта незнакомая Сирене женщина была единственной защитой от советов и поучений.

Макдональд лишь вздохнул.

— Как, разве она не говорила, что не приедет? — удивленно проговорил он.

— Но почему? Что ты сделал на сей раз, что она не захотела приехать? — спросила Элинна, сложив на груди руки и пристально глядя на отца.

Сирена переминалась с ноги на ногу, уже подумывая о том, чтобы уйти, но семейный разговор, похоже, подходил к концу.

— Элинна, ты просто невозможна. Давай обсудим тетю с ее странностями позже.

— Странностями? — фыркнула Элинна, но было видно, что ее отец уже решил продолжить разговор с Сиреной. — Извините нас, — сказала Элинна Сирене. — У моего отца специфические представления.

Неподалеку появилась миссис Мак, и Элинна с облегчением вздохнула.

— Мак, покажите моему отцу его комнату, — попросила она, указывая пальцем на Аласдэра.

Седовласый последовал за миссис Мак и, уже уходя, бросил через плечо:

— Элинна, пусть за ужином Сирена сядет рядом со мной.

— Этот человек невозможен, — пробормотала Элинна, когда ее отец вслед за миссис Мак исчез в дверях. — Признаться, я и сама не знаю, почему назвала вас невестой Эйдана.

— А я надеялась, что вы объясните мне, а то Эйдан злится, словно я перешла ему дорогу.

Элинна усмехнулась:

— Дело вовсе не в вас, я это точно знаю. Но в одном вы правы. Нет у него счастья.

Сирена вздрогнула. Элинна только что подтвердила ей, как мало места отвел для нее Эйдан в своем сердце.

Элинна подняла тонкое плечо, и светло-голубая ткань платья с шелестом сбежала с него.

— Я не представляю, как рассказать отцу, откуда вы, — сказала она. — Но как-то я должна объяснить ваше появление.

— А что, ваш отец так же предубежден, как Эйдан? — спросила Сирена, чувствуя, что не может скрыть дрожь в голосе.

Сирена понимала, что предубеждения Эйдана или кого-либо еще не должны ее волновать, но ничего не могла с этим поделать. Она и так большую часть жизни потратила на то, чтобы соответствовать чужим ожиданиям. Так почему же это должно продолжаться и здесь?

— Да, но не к… — Элинна заметила печаль в глазах Сирены и порывисто обняла ее. — Мне очень жаль. Поверь мне, я знаю, каково это — чувствовать себя чужой. Ведь и меня в Данвегане люди не сразу приняли. Что же касается моего отца, то он все еще злится на то, что флаг Волшебного королевства некогда забрал у него меня и мою маму… Но если тебе от этого лучше, — немного помолчав, весело добавила Элинна, — то знай, что больше всего он обвиняет семейство Маклауд. Кроме того, вы ведь никак не связаны с флагом Волшебного королевства.

— Но тогда почему бы вам не сказать отцу правду? — спросила Сирена.

— Конечно, это было бы лучше всего… — заговорила Элинна, но ее прервал громкий рев Эйдана.

Дверь распахнулась, и перед Сиреной предстал Эйдан с Алексом в одной руке и раскрасневшимся Джимми в другой. Мальчики сжимали в руках луки и стрелы с длинными красными наконечниками. Одна из стрел торчала из плеча Эйдана.

Сирена прикрыла рот, пытаясь сдержать смех, но все было бесполезно. Эйдан впился в нее красными от ярости глазами на бронзовом от загара лице.

— Вы думаете, это смешно?! А что бы вы сказали, если бы попали в вас?

Бросив мальчишек на пол, Эйдан с негодованием смотрел на Элинну.

— Интересно, кто дал мальчикам луки? — спросил он.

— Это подарок нашего дедушки! — закричал Джимми.

Он размахивал руками, стремясь схватить лук, но Эйдан уперся ладонью в его лоб и не пускал. Сообразительный мальчишка чувствительно пнул его ногой в голень.

— Джимми, сейчас же прекрати! — сказала мать, оттягивая его за рубашку от Эйдана.

— Но это подарок, он не может отнять его!

— Дядя Эйдан прав. Это плохой подарок для пятилетних, и я поговорю об этом с дедушкой, — сказала Элинна, мысленно прибавляя еще один пункт в и без того уже длинный список для обсуждения.

Сирена представила себе разговор Элинны с отцом, стоявшим в сторонке, и подумала, что не хотела бы при нем присутствовать.

— Джимми, Алекс, почему бы вам не погулять? Покажите мне то тайное место, которое вы вчера обнаружили.

Братья неохотно согласились и, косо поглядывая на Эйдана, взяли Элинну за руки.

— А у меня есть идея, дети! Вы пойдете с тетей Сиреной и поиграете с ней, а мама продолжит заниматься приготовлениями. Скоро день рождения папы.

Тетей?

Уже ничего не понимая и моля Бога, чтобы не взорвался Эйдан, Сирена подталкивала мальчиков к дверям.

Когда дети оказались в небольшом внутреннем дворике, Джимми спросил:

— А почему мама назвала вас тетей?

Сирена оглянулась и увидела, что Эйдан не преследует их.

— Она думает, что я собираюсь выйти замуж за Эйдана.

— За монстра? — испуганно переспросил Джимми.

— Почему бы и нет? — неожиданно для себя ответила Сирена.

Когда-то она мечтала об этом. В том мире, который Сирена создавала в своих фантазиях, Эйдан любил ее, несмотря на «магическое», как бы сказал он, происхождение.