Легенда о розе. Цена предательства - Ольга Рузанова

За сегодняшнее утро я смеялась и улыбалась больше, чем за два последних года. Это наполняет счастьем и поднимает внутреннюю панику, потому что счастливой быть я не привыкла.

Перепрыгивая через две ступеньки, миную два лестничных пролета, добегаю да кабинета и торможу, чтобы выровнять дыхание.

Толкнув дверь, захожу внутрь и вижу сидящего напротив дяди Алекса.

Оба смотрят на меня. Грозовой – пряча за серьезным выражением лица интимную улыбку. Дядя – задрав бровь и, звонко размешивая ложкой сахар в чае.

- Уже вернулся? – спрашиваю, направляясь к нему, чтобы поцеловать в щеку.

- Кот из дому – мыши в пляс, - строго глядя на нас по очереди, вздыхает он.

Ясно. Сейчас влетит и за Кляйса, и за Льва.

Приготовившись к выволочке, присаживаюсь на краешек дивана.

- Что случилось? - изображаю на лице святую невинность.

- Да тут, - кивает в сторону Алекса, - Грозовой к тебе сватается.

- Что?..

Поворачиваюсь к нему, но тот, сцепив руки в замок, не мигая, сверлит дядю взглядом.

- Говорит, любовь – морковь у вас… - громко швыркает, отпивая из чашки горячий чай, - благословения моего просит.

Мое сердце раздувается как воздушный шар, тяжело бьется, прокачивая и разгоняя по телу горячую кровь. Лицо багровеет.

Не от стыда, нет. Дядя разыгрывает миниатюру, желая, чтобы Алекс повторил официальное предложение при мне.

Я не могу осознать своего счастья. Оно необъятно, его так много, что я боюсь в нем утонуть.

Растерянно хлопая ресницами, смотрю на мужчин.

- Так, правда это или нет?

- Пра… - голос глохнет, я прочищаю горло и повторяю, - правда.

- Странно, - пожимает дядя плечами, - и когда только успели.

«Сегодня ночью» - едва не срывается с языка, но я вовремя осекаюсь.

- Старый, хорош, - вдруг подает голос Алекс, - мы с твоей племянницей любим друг друга. Нравится тебе это или нет.

- Да-а?.. – тянет дядя.

Кажется, он открыто над нами потешается. Чешет затылок, собрав пальцы в кулак, лениво любуется своим перстнем, снова отпивает чай.

- А какого лешего, тогда столько времени потеряли?

- Так вышло…

- Так вышло, - ворчит дядя.

Я с опаской поглядываю на Грозового. Не в его характере терпеть подобное обращение, но он, сцепив зубы, молчит. Делает это только ради меня.

А затем вдруг встает, подходит, за руку поднимает меня с дивана и, положив обе руки на плечи, спрашивает.

- Ирма, ты выйдешь за меня?

- Выйду, - наверное, чересчур поспешно отвечаю я.

Уголки его губ подрагивают в улыбке, лицо расслабляется. Обняв меня, увлекает к выходу.

- С внуками не тяните, - летит вдогонку.

Когда дверь закрывается, Алекс разворачивает меня к себе и, подцепив двумя пальцами мой подбородок, целует в губы.

- Мы, правда, поженимся?

- Разгребем оставшееся дерьмо и поженимся.

- Где сейчас Лев?

- Нигде. Нет его, Ирма…

По коже прокатывается волна ледяного озноба. Еще вчера вечером я разговаривала с ним, смотрела в его глаза, а сегодня его уже нет. К такому невозможно привыкнуть.

- Не жалей его. Он знал, чем рискует. Как только но вытащил бы всю информацию по месторождению, прирезал бы вас в ваших же кроватях.

От ужаса скручивает живот, и подкашиваются колени.

- А Кляйс?.. Его тоже… убрали?

- Уберу, если увижу реальную угрозу. Пока он просто безобидный наркоман, но шкуру трет в Шумовских клубах.

Переплетя пальцы, мы неспешно идем по коридору, Алекс предупреждает, что расслабляться рано. Валентин может сорваться и пойти на крайние меры или попробует снова кого-нибудь завербовать.

Я молчу, послушно киваю головой.

- Когда открытие твоих ресторанов?

- На следующей неделе.

- Не вовремя…

Я и так затянула с ними. Они должны были открыться еще в прошлом году. Просто не до них было.

Злые языки в городе стали шептаться, что Стародубцева сдает, не тянет конкуренцию. Давно пора заткнуть всем глотки.

- Мы анонсировали торжественное открытие по телевидению и в соцсетях.

- Ладно, не волнуйся, я организую охрану.

После обеда он уезжает в охранное агентство по делам. Подозреваю, это связано с тем, что произошло вчера.

Я остаюсь дома. Дистанционно решаю организационные вопросы, а после ужина, воспользовавшись теплой погодой, иду прогуляться по саду.

Начало лета я люблю почти так же, как и осень. Когда листва еще молодая и сочная, а удушливой жары и назойливых насекомых еще нет. Пройдясь по тропинке, дохожу до вольера с доберманами.

Нынче мы прокараулили нашу суку Марту, и теперь она ждет щенков. Дядя ругается, а я все равно рада. Мне кажется, это хороший знак.

- Привет, - просовываю руку между прутьями и даю ей лакомство.

Она съедает и благодарно облизывает пальцы.

- Я тоже малыша хочу, - шепчу ей по секрету.

Собака поднимает уши торчком, какое-то время смотрит на меня, а затем начинает активно вилять купированным хвостом.

- Ирма, - слышу голос крестного.

Зовет меня, не приближаясь к вольерам. Я еще раз треплю Марту по холке и иду к Митричу.

- Как дела? - хитро сверкая глазками, интересуется он.

- Нормально все… вот, замуж собралась.

Крестный довольно кряхтит, кладет мою руку на сгиб локтя и ведет по каменной дорожке вдоль дома.

- Я рад, дочка… Грозовой хороший мужик, только больше не испытывай его терпение.

- Знаю.

- Я в него верю. Они с Андреем сейчас к Шумову подбираться будут. Совсем, сука, охренел… Ведет себя, как в девяностые…

- Скорей бы все это закончилось, - проговариваю сдавленно.

От подобных разговоров меня неизменно начинает трясти.

- Пока Валя не сыграет в ящик, это не прекратится.

Я прерывисто вздыхаю. Как хорошо, что Грозовой решил вернуться!

- Скажи, это ты позвонил Алексу после покушения на нас с дядей?

- Я?.. Нет, - отрицательно качает головой, - наверное, Андрей.

- Ну, да, скорее всего…

- Погоди, - вдруг останавливается Митрич, - ты решила, что он вернулся, узнав про покушение?

- А разве нет?

- Нет. Он позвонил сказать, что возвращается, за два дня до того.

- Как?..

Чувствую, как на лице расцветает глупая улыбка. Растерянно смотрю по сторонам и не могу собрать мысли в кучу.

Это что значит?

Это значит, что бабушка правильно сказала? Алекс вернулся ко мне?

Значит, я не зря к нему ездила?..

Глава 46.