Дети миллиардера. Требуется бабушка! - Мария Сергеевна Коваленко

Завершить свою мысль я не успела. На одной из дверей оказался нужный номер, и без стука, дернув за ручку, я ворвалась в палату.

Как и ожидалось, Марина была там. В нарядном обтягивающем платье, с макияжем как на выпускной, и не одна.

– Ты?.. – Взгляд остановился на мужчине возле окна. Сердце замерло.

– Ну наконец-то! Нашел!

Константин Сергеевич Арбенин расстегнул верхнюю пуговицу белоснежной рубашки. Улыбнулся. И, пока я пыталась сделать хоть один вдох, подтолкнул мою абсолютно здоровую подругу к выходу.

– Нет, я здесь не… – Сделать шаг назад или хотя бы попытаться схватиться за дверную ручку я не успела.

– А тебя никто не отпускал! – Будто находился не в больнице, а у себя дома, Арбенин достал откуда-то ключ и закрыл дверь. – Слишком долго я за тобой гонялся.

Костя впечатал меня в стену своим телом и мгновенно стал серьезным.

– Вы… Вы с Мариной обманули меня? – От стыда, страха и радости хотелось сквозь землю провалиться.

– Ты заблокировала мой номер у себя в телефоне.

Голубые глаза с внимательностью профессионального оценщика заскользили по мне, останавливаясь на щеках, носу, на подпухших от слез губах.

– Ты перепугал всех моих преподавателей и друзей. – Голос совсем сел.

– У меня не было выбора. Даже твоя мать не знала, где ты.

– Ты был у мамы? – Худшей новости и быть не могло.

Чтобы хоть как-то закрыться от хмурого взгляда, я протиснула между нашими телами ладони и спрятала лицо.

– Вероятно, большой любви с твоей мамой у нас не получится. Но я как-нибудь переживу. – Этот нахал обхватил мои запястья и заставил убрать ладони. – А ты? Переживешь?

Он склонил голову набок и напряженно заглянул мне в глаза.

– Костя, ты спрашиваешь, как я отнесусь к твоим отношениям с моей мамой? – Я, кажется, уже ничего не понимала.

Мало того, что он не злился, так еще и интересовался моим мнением. Наверное, пора было звать санитаров.

– Да. Все верно.

– Ты же не поверил мне… там, на острове.

– Считаешь, я не способен отличить бредовые сказки бывшей жены от правды?

Горячие руки спустились с моих ладоней. Обвили талию. И впечатали меня в твердое мужское тело.

– Думала, ты меня не простишь… – От близости внутри будто что-то лопнуло. Не осталось сил на сопротивление. Не могла я больше бояться.

Хотелось стать еще ближе. Обнять этого невозможного мужчину так же крепко, как и он. Зарыться носом в рубашку и… снова разреветься. Только сейчас – от счастья.

– А я и не прощу… сразу! – Руки Кости заскользили назад и ниже. Обхватили за ягодицы. Сжали, словно я мягкая игрушка-антистресс. – Как ты смотришь на то, чтобы быть отшлепанной?

– Что?!

– Сама напросилась на порку!

– У тебя поднимется рука на женщину? – Во рту все пересохло, и пришлось облизать губы.

Костя внимательно проследил за моим языком. Кадык на его горле дернулся.

– Рука – нет. Я знаю более интересные способы, – прохрипел он на ухо.

– Так ты искал меня, чтобы… – Наверное, сейчас было не самое подходящее время, чтобы говорить о чувствах, но я запнулась.

Арбенин никогда не говорил о любви. Мы целовались, обнимались, сходили с ума на кровати. Я даже призналась, что влюблена в него. А в ответ была тишина.

– У меня большие планы. Даже грандиозные. Но вначале все же придется тебя отшлепать! – Костя однобоко улыбнулся. Как хищник, который уже сцапал свою добычу. – Долго шлепать… Качественно! Чтобы вся дурь вышла.

– А потом?..

– А потом снова пойдем по магазинам. Ювелирным.

– Там нет женского белья и примерочных, – вырвалось у меня с нервным смешком.

– Я найду какую-нибудь кладовку, и будем мерить.

– Украшения?

С сердцем происходило что-то странное. Оно то замирало, будто тоже прислушиваясь. То билось так быстро, словно само готово было бежать по магазинам вместе с Костей.

– Кольца, – с важным видом уточнил Арбенин.

– Ты хочешь… – Горло перехватило.

Это было больше, чем я могла надеяться. Больше, чем мечтала. Настоящая сказка. Но не о принце, а сразу о короле. С империей и детьми.

– Хочу. – Костя положил широкую ладонь на мой затылок и впился взглядом в губы.

– Ты точно мне не снишься?

Невозможно было больше на него смотреть. Глазам от счастья было больно.

– Давай проверим. – Теплое дыхание обожгло щеки. – На ощупь.

Жадные губы накрыли мой рот, и пол окончательно уплыл из-под ног.

Глава 33. Дорога домой

Костя

Вот чего в моей жизни еще не было, так это близости на больничной койке! Как-то и не мечталось о таком удовольствии. Хватало удобных и широких горизонтальных поверхностей. Однако и с русалками я тоже раньше не встречался.

Если бы не дети, мы, вероятно, заночевали бы в палате. Я даже готов был на небольшой эротический отпуск в четырех стенах. Не пять звезд, да и жестковато. Но когда Варя стонала подо мной и смотрела как на бога, остальное казалось не таким важным.

Хорошо было! Она постепенно успокаивалась и раскрывалась. Будто это не вторая близость в ее жизни, а как минимум десятая, соглашалась на любые ласки. Сама подавалась навстречу. Как молитву повторяла мое имя и убивала пульсацией и дрожью.

Крыша ехала от того, насколько с Варей было горячо и сладко. Шалел от нежности и отзывчивости. От искренности и такой же одержимости. Наплевав на соседей, под стук изголовья о стену и скрип пружин я вколачивал в свою девчонку главное.

Как дико соскучился.

Как шизею от нее.

Как сильно она нужна.

И как счастлив, что мне досталось такое чудо.

Брал ее осторожно и жадно. Приучал к своему темпераменту. Будил в этой скромной, робкой русалке такую же сумасшедшую.

Делал все, чтобы простила и забыла. И меня, и подругу, и даже странноватую мамашу. Возможно, если бы не голод, я бы даже уговорил ее на няню. Чтобы не думала ни о какой работе и была нашей Варей без всяких обязанностей.

Однако в два, когда ее желудок уже требовал обеда, в дверь постучали.

Вначале осторожно и тихо. Тук. Тук. Тук.

Потом активнее и в четыре руки. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.

А после – как взбесившийся ударник на рок-концерте. Бам-тук-бам-бабах. И в два голоса на весь коридор разнеслось: «Папа-папочка!»

Можно было, конечно, отсидеться взаперти и изобразить, что никого не знаю. Охрана больницы и администрация получили достаточную благодарность, чтобы закрыть глаза на некоторые «спецэффекты». Временный нянь Валера тоже зарабатывал немало, так что обязан был разобраться со своими беглецами.

Но моя раскрасневшаяся