Вечная магия - К. Н. Кроуфорд

В гостиной Люциус сидел на позолоченном стуле с Экскалибуром на коленях. Урсула нахмурилась. На нём была чёрная рубашка и тёмно-синие брюки. Единственным золотым украшением на нём была тонкая цепочка на шее.

— Какие-то проблемы? — поинтересовался Люциус.

— Я просто удивилась, что на тебе нет золотой рубашки.

Люциус пожал плечами.

— Это было бы излишне показушно.

— Послушай, — сказала Урсула, — я оценила душ, но чего ты от меня хочешь?

— Я хотел услышать твою версию истории.

— Мою версию, — повторила она, ошеломлённая такой переменой в его поведении.

Люциус прочистил горло.

— Гризиал. Пожалуйста, присоединяйся к нам.

Дверь между двумя саркофагами со скрипом отворилась, и в комнату вошла Гризиал, чьи белые волосы ниспадали на ярко-красное платье.

— Привет, Урсула.

Урсула моргнула.

— Что ты здесь делаешь? Я думала, ты сбежала.

Гризиал улыбнулась.

— Я тоже так думала, но Люциус догнал меня.

— Значит, ты тоже пленница?

— Нет, — сказал Люциус. — Гризиал вольна уйти, если она того пожелает.

Урсула скрестила руки на груди.

— Не могли бы вы немного ввести меня в курс дела? В последний раз, когда я видела вас двоих вместе в комнате, вы пытались убить друг друга. И это было всего несколько часов назад.

— У нас сложное общее прошлое. Но ты единственная, кто заставляет меня нервничать. Если я правильно помню, ты выпотрошила моего друга Дрека, — серьёзно произнёс Люциус.

— Ну, он съел меня, — пробормотала Урсула. — А что я должна была делать?

— Большинство людей считают большой честью быть съеденным драконом. Говорят, что драконья желчь очищает душу от греха и освобождает от любых земных уз. Если бы ты позволила себя переварить, то могла бы прожить славную загробную жизнь.

«Славная загробная жизнь, ну да, ну да».

— Ясно… — протянула Урсула.

Люциус наклонился вперёд, пристально глядя на неё своими янтарными глазами.

— Гризиал рассказала мне твою историю о том, как ты заполучила Экскалибур. Я хотел бы, чтобы ты поняла, что я годами работал в качестве палача. Я знаю, когда люди лгут, а когда говорят правду. Скажи мне. Это правда, что ты разговаривала с Вивиен? Что она дала тебе Экскалибур?

Урсула понятия не имела, что происходит.

— Ты имеешь в виду Владычицу Озера?

Люциус пронзил её взглядом.

— Я предположил, что ты украла у неё клинок

— Нет. Она дала его мне, чтобы я сразилась с Дитём Тьмы.

Люциус уставился на клинок, лежащий у него на коленях. Со своего места Урсула могла видеть слова «брось меня», выгравированные на стали.

— Вивиен была моей большой любовью. Если бы не этот клинок, она бы не умерла, — тихо сказал Люциус и медленно оторвал взгляд от стали. — То, что ты рассказала Гризиал про Дитя Тьмы, также правда?

— Да, — сказала Урсула. — Пока мы говорим, Абракс набирает силу. Он говорит, что намерен освободить человечество, но он хочет только править им. Если он добьётся успеха, то подчинит себе мир людей и магические царства.

Люциус медленно кивнул.

— Я помогу тебе, — Люциус перевел взгляд с неё на клинок. — Мне жаль, — сказал он, — но клинок мой, — он поднялся, убирая Экскалибур обратно в ножны.

Люциус уже поворачивался к двери, когда она распахнулась. В комнату ворвались пятеро охранников. Они направили свои винтовки на Урсулу.

Из-за их спин в комнату вошёл дедушка Урсулы.

— Король просит аудиенции со всеми вами троими.

Глава 34

С винтовками, направленными ей в спину, Урсула вошла в большой зал. Король Мидак пристально смотрел на неё со своего трона.

— Почему заключённая вышла из своей камеры? Почему ты общаешься с ней?

Люциус подошёл к королевскому трону.

— Сэр, я верю, что девушка говорит правду. Что существует непосредственная угроза королевству.

Король склонил голову набок, и его губы скривились.

— Я решаю, когда королевству угрожает опасность, — он поднялся со своего трона: — Разве я не король?

— Да, Ваше Величество, — сказал Люциус, опуская глаза.

Король свирепо посмотрел на оборотня, затем указал на Гризиал. Она перекинула свои белые волосы через плечо, что выглядело как акт неповиновения.

— Кто это? — проревел король.

— Это Гризиал, — ответил Люциус.

Лицо Мидака вспыхнуло от ярости.

— Ты поймал Белую Драконицу и не сказал мне сразу же?

— Ваше величество, — начал Люциус. — Я был в процессе допроса…

— Это моя работа — определять судьбу наших заключённых, — рявкнул Мидак и указал тонким пальцем на Гризиал. — Приведи её ко мне.

Охранники направили свои винтовки на голову Гризиал. Она медленно подошла к краю трона.

— Почему ты пыталась убить меня? — прорычал Мидак, и в его голосе слышалась ярость.

На Урсула произвело впечатление то, насколько искренне Гризиал смогла улыбнуться.

— Я пришла сообщить важные новости. Новости, имеющие решающее значение для выживания королевства. Дитя Тьмы…

— Не говори о Дитя Тьмы! — вена запульсировала у него на лбу, когда Мидак закричал: — Его не существует, и даже если бы он существовал, мы в полной безопасности здесь, на горе Асидейл. У меня есть легион драконов, чтобы защитить нас. Мы отразили последнюю атаку, когда демоны теней пытались убить нас.

«Этот парень выпил слишком много огня богини и сошёл с ума».

Урсула подошла на шаг ближе к королю.

— Я видела Дитя Тьмы, и вы тоже. Здесь, в вашем королевстве. Он участвовал в нападении, в результате которого погибла королева. Он похитил меня из Нью-Йорка, чтобы попытаться заставить присоединиться к его делу. Он собирает армию в Царстве Теней. Если он сможет доставить своих приспешников на Землю, он захватит ваше царство…

— Кто ты такая, чтобы перебивать меня? — огонь Эмеразель вспыхнул в глазах Мидака. — Я король этого королевства. Ты всего лишь… — король Мидак застыл, взглянув на нее. — Т-ты… — пролепетал он дрожащим голосом. — Эта девушка. Я узнаю её.

«О, чёрт». Нутро Урсулы сжалось.

— Дочь убийцы королевы. Как она смеет говорить со мной с такой дерзостью? — лицо короля побагровело, изо рта у него полетела слюна. — Её мать убила мою жену. Она была предательницей.

Король Мидак махнул Люциусу, и тот потащил Урсулу вверх по ступеням к его трону. Он шагнул ближе к ней, и огонь Эмеразель струился из его правой руки огромными волнами пламени. Его глаза горели безумием, сумасшедшим, как сами боги.

— Ты будешь гореть за то, что сделала твоя мать, — прорычал он.

Прежде чем Урсула успела отойти, король схватил её за одежду и притянул к себе. Затем он прижал свою руку, пылающую адским огнём, к её лицу.

Жар и боль ворвались полыхнули перед её